Охота на неверного мужа (СИ)

— Потому что он спрашивал, где сейчас Ангелина Божок…
У меня перехватило дыхание. Я дружила с Люсей со школы. Вопреки тому, что после выпускного наши с ней пути разошлись. Она пошла учиться на швею, я сумела поступить в университет на экономический. А прозвище… В последнем, выпускном классе к нам в класс пришел мальчик, сын военного, которого перевели служить в наш город. Тогда девчонки чуть не передрались за него: русоволосый, с чуть более длинной, чем обычно носят мужчины стрижкой и густыми кудрями, с ясными, голубыми глазами и хорошо развитой мускулатурой спортсмена, Юра обладал именно той внешностью, что способна была кружить головы всем женщинам без исключения. Хотя тогда мы этого еще не понимали в силу юности и неопытности. Просто сходили с ума, пытаясь привлечь внимание красавчика. А он почему-то выбрал меня. Хоть и очень своеобразно: Юра вроде и старался все время держаться рядом со мной, но особо сближаться не торопился. Был скорее другом. И это именно он прозвал меня почему-то Божком…
  
— Юра?.. — шокировано и неуверенно выдохнула в трубку.
— Непохож, — безапелляционно отмела предположение Люся. И вскоре я поняла, почему: — Я тоже, было подумала, что это он. Просто изменился до неузнаваемости. Даже придя домой, полезла в выпускной альбом. И поняла, что до такой степени измениться нельзя: у Юры было чистое лицо, а у этого мужика на левом виске, почти на границе роста волос багрово-фиолетовое родимое пятно, напоминающее спрута. Оно небольшое, но не заметить невозможно. — Сквозь слова Люси пробился какой-то шум. И подруга быстро затараторила: — Мой пришел. Ладно, будем прощаться, подруга. Ты не забывай меня, звони хоть изредка! И это… — неожиданно добавила она, засопев в трубку, — будь осторожна. Может, все это и выеденного яйца не стоит… Все, Лин, пока! — скомкано закончила подруга, когда я услышала совсем рядом с ней требовательный голосок Лизы: «Мам, есть хочу!»
Я задумчиво нажала на отбой, заблокировала экран смартфона и сунула его в сумку. Глупость какая-то получается. Столько лет никому не была нужна, и на тебе. Да нет, похоже, что это какое-то недоразумение. Просто нелепое совпадение. Зря Люська накрутила себя. Не стоит эта встреча внимания.
* * *
Последующие два дня прошли очень тихо. Я была предоставлена сама себе и редко пересекалась с Филипом. Откровенно говоря, я начала недоумевать, с какой целью он взял меня к себе в дом. Чем дольше я за ним наблюдала, тем больше понимала: он давно потерял мобильность и вполне успел приспособиться к своей неполноценности. Я ему совершенно не была нужна. Но зачем-то же он меня взял в дом?
За ужином четвертого моего дня в его доме Филип неожиданно спросил, с аппетитом поедая едва обжаренной бифштекс:
— Ангелина, а ты суеверна?
Я ужинала салатом с куриной печенью, и от неожиданности эта самая печень с моей вилки свалилась:
— Странный вопрос… — Я окинула Филипа внимательным взглядом. — Не знаю, не задумывалась. А почему интересуешься, можно спросить?
Мой работодатель обычно вел себя невозмутимо-спокойно. Неторопливые жесты. Отсутствие лишней болтовни. Но сейчас я вдруг с удивлением поняла, что Филип сегодня как-то излишне возбужден. Будто чего-то ждет.
Отправляя в рот очередной кусок мяса, с которого капал кровавый сок, мужчина пожал плечами:
— Просто. Просто застольная беседа. Вспомнил, что сегодня — пик полнолуния. Самое мистическое время. Вот и решил спросить, как ты к этому относишься.
Когда Глеб приглашал к нам гостей, за столом разговоры велись на самые различные темы: от бизнеса и инвестиций до модных тенденций, гадалок и карт таро. Потому объяснение Филипа мне показалось естественным.
— Да никак, — выдохнула в ответ, снова набирая на вилку салат. — Никогда этим не заморачивалась. Да и мистикой интересуюсь лишь на уровне прочтения заинтересовавшей меня книги.
— А что любишь читать? — тут же спросил у меня Филип, отпивая из своего пузатого бокала красное вино.
Мазнув взглядом в этот момент по лицу работодателя, я с трудом подавила внутреннюю дрожь: прочему-то померещилось, что у мужчины на губах не вино, а кровь. Похоже, нервы у меня расшалились совсем. Надо бы попить успокоительного. А может, это как раз влияние той самой полной луны. Никогда в это не верила. Но не на пустом же месте возник фольклор?
— Мне нечасто выпадает возможность почитать, — ответила, опустив взгляд в тарелку. Так было почему-то спокойнее и проще отвечать. Хотя тянуло посмотреть на Филипа неимоверно. Как магнитом. — Но, если случается свободное время, люблю фэнтези про попаданок и драконов.
— А сама хотела бы встретить дракона? — последовал новый вкрадчивый вопрос. — Или другого какого-нибудь сказочного героя? Оборотня, например?..
Меня передернуло. Я старательно обходила стороной книги про перевертышей. Мне почему-то казалось, что это сродни зоофилии — крутить любовь с тем, кто время от времени покрывается шерстью и превращается в какого-нибудь зверя. Люся надо мной открыто потешалась. Мол, драконы ведь тоже могут считаться оборотнями, хоть и покрываются не шерстью, а чешуей при смене ипостаси. Но вот драконы мне почему-то нравились своей силой и благородством. А оборотни в первую очередь ассоциировались с волками и лисами, неверностью и похотью.
— Лучше эльфа или вампира, — неловко хохотнула я. Надеюсь, Филип не пристанет ко мне с расспросами почему. Все-таки странную тему для застольной беседы он выбрал сегодня.
К счастью, Филипа мой ответ удовлетворил. Он закинул в рот последний кусочек мяса, забрал недопитое вино и, пожелав мне приятного аппетита, отправился куда-то по своим делам. Шорох колес быстро потерялся где-то в той стороне, где располагалась хозяйская спальня. В той части дома я еще не была. Филип не приглашал, а без спросу бродить там мне казалось неудобным.
Доев свой салат и убрав со стола, я решила подниматься наверх. На первом этаже мне нечего было делать. Особенно если Филип уже удалился к себе. И я чуть не сковырнулась от испуга и неожиданности с лестницы, когда за спиной раздался вкрадчивый голос хозяина дома:
— Ангелина, ты помнишь правило? Ни в коем случае не спускаться на первый этаж! Что бы ты ни услышала! Ты меня поняла?
Оглянувшись через плечо, я неловко кивнула. И с трудом сглотнула вдруг ставшую вязкой слюну: кресло Филипа стояло в тени, спиной к окну. Его заливал какой-то зловещий и холодный лунный свет, превращая в ожившего покойника. И лишь на месте глаз мужчины мне чудился кровавый блеск…
  
Глава 3-3
 
— Нет, это точно расшалившиеся нервы, — пробормотала я сама себе, ввалившись в занимаемую комнату и запирая за собой зачем-то дверь. — Нужно завтра же сходить в аптеку и купить себе валерьянки, — дала себе установку, подходя к окну и тяжело опираясь ладонями на подоконник, чтобы перевести дух. Это ж надо, дожиться до таких галлюцинаций!..
Лето, хоть и холодное, было в самом разгаре. И до темноты было еще далеко. Даже сумерки не собирались под кустами запущенного парка. Интересно, насколько большая территория участка? И почему Филип не наймет людей, чтобы привести в порядок буйно разросшуюся зелень? Ему же самому было бы лучше. Больше места для прогулок.
Вообще, личность работодателя меня сильно интересовала. В моем экземпляре договора о найме на работу стояла его фамилия — «Брюллов». Но я как-то нечаянно подслушала, как сам Филип представлялся по телефону. Я с первой минуты нашего знакомства заметила, что у моего работодателя очень хорошая, четкая дикция. Так что ошибиться точно не могла. Филип представлялся по телефону как «Брюллоу». Даже с каким-то легким акцентом. Но это была уж совсем ерунда. Если он родился в европейской стране, то почему, получив увечье, торчит здесь?
  
Вдоволь налюбовавшись на заросший и одичавший парк, слегка успокоившись, я прислушалась: в доме стояла тишина. Ну и ладно. Раз я сегодня не нужна Филипу, устрою себе выходной: наведу ванную с ароматическими маслами и поваляюсь в теплой водичке с книжкой. После всего я заслужила релакс.