Ради жизни. Рассказы по миру романа "Дурак космического масштаба" (СИ)
Дерен поднял бэк, словно бы намереваясь отшвырнуть, и тут же крутанул левой рукой настройку фокуса.
— Ладно, — согласился бандит, увидев, что попытка активировать оружие оказалась небесплодной. — Держи в руках. Только сядь и успокойся.
Апло кивнул.
И бандит кивнул ему. Сделал вдох, готовясь говорить… И инженер вдохнул вместе с ним.
Бандит пошевелил пальцами в поисках подходящих слов, и Апло Дерен зеркально отразил его жест. Он пытался слиться с противником. Попасть в ритм. Начать двигаться, а потом и думать так же, как тот. Чтобы в нужный момент угадать следующее движение и опередить.
— Ситуация такова, — начал Шуль, и инженер мысленно заговорил в унисон с ним. — Неважно, за что я оказался крайним, но… ты верно всё понял, я здесь, чтобы заставить тебя стрелять по Кьясне. Я не идиот и прекрасно понимаю — за ударом по грунту там последует удар по грунту здесь. А я почему-то очень люблю жизнь. Как бабу, вникаешь?
Шутка показалась Дерену скверной, и он поморщился, выскочив из почти схваченного ритма.
— Ну-ну, — засмеялся бандит, — не кисли. Сейчас не до высокой морали.
Он подогнал кресло и тоже сел.
— Я не могу не исполнить приказа. Вдруг мы уцелеем? Вдруг они возьмут баб и детей в заложники и мы мирно разойдёмся, кто бы там чего не хотел?
— Кто? — вдруг спросил Дерен. Ему нужно было поймать вдох.
— Кто-то, — усмехнулся «геолог».
— Это наши, имперские спецслужбы, — не предположил, а констатировал Апло. И снова слился дыханием и жестами с врагом.
— Это твоё личное мнение, вот и держи его при себе. — Шуль посмотрел на секундомер — он отслеживал время, отведённое на эвакуацию. Судя по застывшим на миг глазам, время истекало. Дерен тоже хотел бы повернуть голову и увидеть проклятые цифры, но в этот раз он не дал себе сбиться.
— Я — твой невольный союзник, — продолжал «геолог» чуть медленнее, чем раньше. — Полиса и своего приятеля ты потом откачаешь, сейчас они полежат. А меня тебе придётся связать, иначе у меня будут неприятности. Вернее, я сам себя свяжу. И, если всё выгорит, я сумею исчезнуть в суматохе. А ты должен придумать, как ТЫ меня оглушил, чтобы тебе потом все поверили…
Шуль, не моргая, уставился на Дерена, как смотрит загнанная змеёй лягушка. Дерен тоже смотрел на врага не отрываясь:
— Я думаю, будет справедливо, если ты сам получишь сенсорный удар в грудь, — сказал инженер медленно и безразлично. — И мне не придётся никому ничего объяснять…
Он сумел. Бандит застыл на миг, словно загипнотизированный. Он ожидал слов, объяснений и не сумел уловить движения руки.
И тогда Апло Дерен выстрелил. В грудь. Один раз.
И тоже посмотрел на секундомер. До назначенного эрцогом Локьё сеанса связи оставалось 82 секунды. Апло как раз успевал обмотать скотчем любителя поболтать.
Дерена эрцог вызвал прямо из своей каюты. И снова, вглядываясь в его сухие пылающие глаза, засомневался, всё ли учёл.
Увидев Валлери рядом с Локьё, инженер кивнул:
— Вижу. Теперь я верю, что вы действуете разумно и способны разобраться в том, что здесь произошло. Я отзываю мо…
Его рука не успела опуститься на панель, как ординарец потянулся к пульту эрцога и ввёл дополнительный канал. И на экран потекло пламя.
Над Кьясной больше не было неба. Оно превратилось в пылающий ад…
Потом узнали, что в атмосфере Кьясны было уничтожено семнадцать пассажирских судов разного класса, не считая частных и полицейских катеров. Погибло около двенадцати тысяч человек.
Эрцог сумел принять удар. Не сумел капитан его корабля, называемого по традиции правящего дома «Айниксте» — «Леденящий», или «Убивающий холодом». Двадцатикилометровая туша боевого крейсера содрогнулась, и нестерпимый свет залил пространство.
Расстояние между кораблём и луной было символическим.
«Ренние, серденько», — только и успел прошептать Дерен. Огонь выплеснулся из пустоты, словно инженер всё ещё был в навеянном лихорадкой сне.
Светочастотный удар оказался слишком силён для небольшой луны: её орбита была дестабилизирована. Спустя несколько циклов Эскгам, захваченный притяжением своей планеты, пошёл на сближение с массой в два раза превышающей собственную. Остатки столкновения поглотила звезда, именуемая по каталогу Солнце-5, что вызвало частичный сброс её короны, и таким образом сектор был полностью потерян для колонизации.
Вот так в войнах часто теряют земли, за которые воюют.
Вскоре выяснилось, что не модули инженера Дерена открыли огонь по Кьясне. Но вооруженный конфликт затянулся, претензии сторон разрастались, а таких, как эрцог Локьё, было совсем немного и в мирах Экзотики.
Несмотря на предвоенную истерию, эрцог отпустил заложников. Валлери приютили в сороднении мужа. На этом настоял дед инженера, сумевший прозреть, что человек ценен независимо от непринятых другими поступков.
Мальчик родился в срок. Но только его сын, внук Апло Дерена, стал наконец космическим десантником. И прославился он не столько воинскими подвигами, сколько крепостью духа.
Ибо таков девиз в боргелианских сороднениях: ак ренья — «сохраняющий сердце».
* * *
* «Чёрт возьми» (латыш.)
2. Не смотри ей в лицо
«…Вот ты за поминальный стол сел, а ножа тебе не дадут. Мертвецы стоят рядом, вдруг да порежутся? Голодные они. Еду взять не могут. Ты себя-то послушай: пихаешь в рот, а разве наелся? Через тебя сейчас мертвецы едят…»
Подслушано на поминках
Снег
Снежная пыль забивала глаза, не давала дышать. Сейчас пригодились бы тактический шлем и «плёнка» домагнитной защиты, но где их возьмёшь? Кругом на сотни единиц — ледяная пустыня.
Серовато-белые куртки проводников растворялись в снежной пыли, пух колыхался от ветра, как будто и он тоже был из вездесущего снега.
Вальтер в своём чёрном комбинезоне от «НиZей» казался, наверное, тёмным пятном в маленькой группе из трёх мужчин. Двое, что шли впереди, опоясанные лентами светошумовых зарядов, были его дальними родственниками. Данниками. По-здешнему — троюродными братьями, внуками Великого Дяди.
Дядя умер месяц назад. Он лежал непохороненный в каком-то обледенелом родовом гнезде. Вальтер должен был прилететь на Грану, чтобы Дядю предали льдам.
Гримаса судьбы: кто знал, что имперский полукровка окажется ближайшим родственником усопшего и без него невозможно будет правильно провести ритуал?
А если бы он не смог или отказался лететь, Дядю так и не закопали бы?
Такая экзотика эта Экзотика… Традиции первых переселенцев с Земли, древние Дома Камней, пафос и психоз: «Мы мудрее, мы старше»…
И где эта мудрость? В вымораживании мозгов? Иначе бы догадались, что сначала человек выдумывает ритуал, а уже потом подчиняется ему с упорством зому.
Вальтер, споря сам с собой, покачал головой.
Вся история с этой поездкой сразу была сумасшедшей.
Грана — не место для досужих туристов. Здесь особенно сильны пережитки древних разногласий между Империей и Содружеством. В Администрате планеты даже родство по крови не посчитали достаточным основанием для визита в предгорья Старой Граны, где когда-то опустился корабль первоколонистов с Земли.
Вальтеру с трудом удалось оформить визу с помощью друзей-таможенников. Он прибыл под маской официального представителя фирмы «НиZей» — термоодежда и лёгкие скафандры.
Квэста гата! Надо было надеть скафандр! Но откуда он знал, что его потащат в обледенелые горы?
Нечаянные братья шагали сквозь непогоду, одетые как два тысячелетия назад — в куртки из шкуры местного оленя. Они всё быстрее ввинчивались в снежную бурю, и Вальтер вдруг испугался, что может отстать, потеряться.