Развоплощенный (СИ)

Удобно, что изображение континента было довольно крупным. К сожалению, если порт Перт был нанесён, то бухта, находящаяся на юг от Кулгарди никак не была помечена. А ведь именно оттуда, судя по одной книге, которую когда-то в юношестве читал, и началось движение в северную сторону за золотом. Помню лишь, что там имелись земли каких-то фермеров, которые ещё и скот разводили. Хорошо, попробуем подойти с другой стороны.
— Мистер Хопкинс, если измерить от Перта на восток, то месторождения должны быть примерно в 350 милях, — веду пальцем в нужном направлении.
— Подождите, мистер, здесь имеется масштабирование, позвольте.
Он достал линейку, примерно измерил требуемое расстояние и…
— Где-то здесь?
— Да, только к югу от вашей отметки находится бухта, — теперь я веду тыкательным пальцем вниз к океану, — от неё можно начинать изыскания и создавать инфраструктуру. Наверняка она имеет название. Причём это место заселено и обустроено фермерскими хозяйствами. Полезно будет, если вы свяжетесь с каким-нибудь географическим обществом. Они наверняка имеют гораздо более точную информацию.
— Я вас понял, а на пересечении этих линий и находится искомое месторождение, — то ли подтвердил, то ли переспросил управляющий.
— И не одно, мистер Хопкинс, а много. Главное найти хотя бы одно, а потом и все другие отыщутся. Это максимум, чем я могу вам помочь, сорри. Моя экспедиция гораздо удобнее, благодаря большей точности привязки к местности. Поэтому и хочу своим золотом заняться в первую очередь.
Банкир завошкался, желая выпытать у меня дислокацию, но не стал напрягать отношения. Всё-таки теперь он имеет хоть какую-то конкретику по Западной Австралии в отличие от множества других людей планеты. Причём, странным образом, уже не сомневается в моей правдивости. Вчера я выглядел в его глазах болтуном, но ему ведь «авторитетный человек» то же самое сказал. А как и откуда сей авторитет получил инфу уже роли не играет, никто не будет копаться в непринципиальных мелочах.
Практически в это же время в трёх блоках от нас (в трёх кварталах) золотопромышленник устраивал выволочку своему секретарю. Несмотря на возмущения своего клерка и перевирания всего и вся, он быстро разобрался в том, что произошло. Службист-понтовила, изображая сугубую недоступность шефа-олимпийца, попутно и своё реноме возвеличивал. Если его начальник — бог, то сам «правая рука» естественно полубог! Попытка выставить меня хамом и быдлом не дала результата, а наоборот озлобила босса.
— Стивенс, вы идиот, ещё вчера вы должны были согласовать мою встречу с мистером Изборски. Молчать, не возражать! Согласовать, а не назначить время.
— Но я подумал что мистер Изборски должен посчитать за честь с вами увидеться…
— Заткнитесь, пень вы дубовый. Вы и сегодня, встретив мистера Изборски, обязаны были учтиво с ним поговорить и спросить, когда ему будет удобно со мной встретиться.
— Но…
— Я велел вам заткнуться! Этот мистер знал о золотых месторождениях в Западной Австралии задолго до того, как информация пришла во Фриско!
— Откуда вы знаете?
— Болван, об этом в письме моего брата было упомянуто. А оно написано почти две недели назад! И как прикажете теперь наладить отношения со столь важным для меня человеком? Тем более, что я ему крупную сумму денег должен, чёрт вас побери.
Мегабосса калифорнийского уровня реально волновала ситуация, сложившаяся по глупости его секретаря. Брат упоминал, что мистер Изборски нацелен даже не в Австралию, а в другой регион, где тоже имеются месторождения по профилю. Мало того, он оценил высокую эрудированность молодого человека явно высоких кровей, упомянув что кое-кто называет его «сэр Эндрю». Тем более, что перепуганный Стивенс передал весь разговор возле банка, включая реплику спутника Изборски.
И очень важным являлось ещё одно — упоминание о какой-то методике некоего Аносова, повышающую процент добычи золота из песка. Конечно, промышленник мог и сам сделать запросы в Россию о русском полковнике, но проще встретиться с человеком, который может сообщить дополнительные сведения об учёном. Тогда запрос может быть более точным и гораздо быстрее прояснится тайна обогащения породы.
 
— Мистер Ричардсон, давайте я схожу в банк, может мистер Изборски ещё там?
— Нет уж, вы опять всё испортите. «Вэллс Фарго» я посещу сам и переговорю с Хопкинсом. А потом, если не встречу Изборски, поеду в «Эксельсиор» и буду ждать его там столько сколько нужно.
— Но вы же уроните свой авторитет, — промямлил Стивенс.
— Этот человек, а точнее его знания, мне нужны, как воздух.
Спонтанное решение представителя высшего света стало ещё одним «роялем» в моём становлении в Калифорнии. Причём я его в кусты не закатывал, разве что подтолкнул малёхо в нужном направлении. Прииски, в которых соучаствовал Ричардсон, постепенно истощались. И нужно было оперативно примазаться хоть к какой-нибудь золотой лихорадке, причём где угодно.
Меня он в банке не нашёл, но побеседовал с банкиром о своём, о женском, интересном обоим. В результате оба удостоверились со слов друг друга, что «этот Изборски» очень полезный и нужный человек. И следует ему довериться полностью, чтобы не пропустить ложку мимо рта.
Прибытие в гостиницу очень уважаемого человека вызвало некоторый шок, когда портье втихаря поделился кое с кем из посетителей к кому прибыл знаменитый золотовед и золотороб.
— Да кто же такой мистер Изборски? Сначала «Вэллс Фарго», затем мистер Ричардсон. Надо бы познакомиться с ним поближе, вдруг эта связь будет очень полезной?
Мы, обследовав три адреса, сошлись на проживании в уютном особнячке мадам Лежье с полным пансионом и сразу заплатили за шесть месяцев вперёд, чем порадовали хозяйку. Тем более, что за символическую плату нам предоставили каретный сарай и вспомогательную конюшню на четыре денника. Ещё и конюха выделили в распоряжение и не простого, а с рекомендациями. Да, за рыбу деньги, ну а что в этом странного? Всё-таки у нас три счёта в солидном банке открыто, причём Джиму на целую тысячу долларов. Ну и нам по 19 тысяч, если что. Ещё и на кармане кое-какие колобашки имеются, чтобы не нищебродствовать, хвала Ригану (вечная ему память от благодарных наследников)!
Звёзды сошлись, когда мы вернулись в отель на обед. Портье немедленно уведомил, что нас дожидается «сам мистер Ричардсон» в конференс-руме.
— Как приехал, так и ожидает. Единственно, что предполагает обед туда заказать, если вас не будет долго. Очень просил сразу его предупредить о вашем возвращении. Что прикажете?
Я сначала выдал целый доллар за важное сообщение, а затем предложил.
— Почему бы в конференс-рум не накрыть стол на четверых. Там и пообедаем с ним и пообщаемся, если это ему нужно.
— Извини, сэр Эндрю, но я пас, — тут же откорячился Джимми, — сами встречайтесь, я же пообедаю в общем зале, а потом займусь сборами. Уж очень хочется побыстрее переехать к мадам Лежье, не откладывая особо.
Вполне разумное решение, тем паче что беседа с промышленником может оказаться излишне секретной на его взгляд. Джордж — мой официальный компаньон, а Джим — потайной. В итоге мы отправились познакомиться с мистером Ричардсоном, а заодно и пообедать.
— Приветствую вас, мистер Изборски, приношу свои извинения за нелепые и непочтительные действия моего секретаря. Это моя вина, что не дал ему строгих инструкций.
— Здравствуйте, мистер Ричардсон, это мой компаньон и партнёр мистер Джордж.
— Очень приятно, — отреагировал подельник, соблюдая протокол и изображая некую отстранённость.
Мы расселись за столом на который шустрые «басбои» выкладывали блюда. Это у америкосов такое разделение (а может и во всё мире) — официанты принимают заказы, а их подручные приносят и уносят тарелки. В начале, конечно, насыщались, но двадцатью минутами позже началась беседа.
— Мистер Изборски, мой брат прислал подробное письмо о вас. Он даже указал, что благодаря вам уничтожена банда какого-то Моралеса и вы же наказали бандитов Ригана.