Та ещё штучка (СИ)

И вот я купила этот дом, хотя до этого жилье мы всегда снимали, потратила последние деньги на ремонт, на обустройство комфорта и удобства родных людей, отправила сына в местный детский сад, и вот уже пять лет мы живём тихо, не выставляя напоказ личную жизнь, достаток, не совершаем лишних движений. Мой сын пошёл здесь в школу, живёт и взрослеет, как обычный мальчишка. Он счастлив в этом посёлке. Единственное, что его расстраивает, это мои отъезды в город, но для него и для всех соседей и просто любопытствующих, есть отличное объяснение – я езжу в город зарабатывать деньги. А в остальном у нас обычная, среднестатистическая семья. Правда, без папы. Но ведь этим обстоятельством сейчас никого не удивишь, правда? Только я со страхом жду того момента, когда Гриша задаст мне тот самый опасный вопрос: «Мама, а кто мой папа?». Маленьким он уже интересовался этой темой, когда пошёл в сад. Понял, что у других детей есть по два родителя, и спрашивал меня, где наша недостающая частичка семьи. Но тогда его вопросы были неосознанными. Маленькому мальчику хватило объяснений, что его папа очень его любит, но быть с ним не может. А вот взрослому мальчику потребуются уже совсем другие ответы, согласитесь. И я боялась этого момента, всё чаще и чаще задумывалась о том, достаточно ли Гриша повзрослел для того, чтобы принять правду. И нужна ли ему эта самая правда. Тая вот считала, что не нужна. Что Грише хватит банальной истории про расставание и отъезд отца в другую страну. А вот я пребывала в сомнениях. Ведь сказать сыну, что отец его бросил, что он ему не нужен, было бы проще, я не спорю, но так несправедливо… Несправедливо по отношению и к Грише, и к его отцу. Который совершенно не виноват, что так и не увидел родившегося сына. Ложь казалась мне предательством по отношению к первому мужу. Я ведь его любила. Любила так, как, возможно, никого больше полюблю. По крайней мере, больше таких чувств я ни к кому не испытывала. Может, и хотела бы почувствовать нечто подобное к Сергею, но не случилось.
Может, я однолюбка?..
За пять лет проживания в доме, мы с Таей его буквально выпестовали. Отремонтировали, я потратила все последние деньги на ремонт. Даже второй этаж возвели, обустроив там две отдельные спальни и ванную комнату. Подвели все коммуникации, полностью заменили крышу и полы, и старый, покосившийся дом превратился в завидный, крепкий пятистенок. Тая на участке разбила огородик, клумбы, Гриша выпросил для себя щенка, затем котёнка, и жизнь потихоньку наладилась. С соседями мы жили дружно, но особо ни с кем не сближаясь. Я знала, что обо мне в селе ходят слухи, люди гадают, чем я занимаюсь в городе, и считают меня «девушкой с железным характером». Наверное, из-за того, что я смело взялась практически за перестройку дома, без всякой мужской помощи. А ту, что предлагали одинокие мужчины-односельчане, я вежливо отвергала. Ко мне даже свататься пару раз приходили, людям ведь невдомёк, что в городе меня ждал официальный муж. Я временами смеялась над всей этой историей, а временами принималась грустить. Из-за того, что, кажется, окончательно завралась, и моя жизнь превратилась в театр абсурда.
- Может, тебе перебраться сюда? – спросила меня Тая после нашего с Серегой развода. – Что тебя в городе держит?
Я вздохнула. Сидела на веранде, в плетеном кресле, пристроив ноги на маленькой табуреточке перед собой. Так обычно Тая отдыхала в конце дня, а я иногда любила повторять за ней, было в этом что-то по-особенному близкое и родное.
- И что я буду здесь делать? – переспросила я её. – Работы нет, каждый день не наездишься.
Тая устремила на меня долгий взгляд.
- А что с деньгами?
Я красноречиво поджала губы, затем развела руками.
- Ничего. Основные деньги ушли на покупку моей половины квартиры и ремонт здесь. Остатки тянула, как могла. Но сейчас будем жить на мою зарплату.
Тая вздохнула, присела рядом со мной. Помолчала, потом за руку меня взяла.
- Не переживай. Как-нибудь проживем. У меня, в конце концов, пенсия.
 
Я смотрела вдаль, раздумывала. Потом пообещала:
- Я что-нибудь придумаю.
Тая тут же нахмурилась. Даже пальцем мне погрозила.
- Не вздумай. Не вздумай, Сима. Никаких придумок. Будем жить, как все. От зарплаты до зарплаты. – Она махнула на меня рукой. – Я всё сказала. Ты слышала меня?
Тогда я кивнула, согласившись. Но ощущение беспокойства уже несколько месяцев меня не оставляло. Хотелось большей стабильности, уверенности в завтрашнем дне. Хотелось дать своему ребёнку хорошее образование, не экономить на репетиторах, на летнем отдыхе. Понятно, что мой сын растёт на природе, на свежем воздухе, движения и энергии в его жизни в избытке, но мне, как матери, хотелось дать сыну море впечатлений. А получалось как-то не очень. Я привыкла каждое лето отправлять Таю с Гришей к морю, хотя бы к нашему, а это лето грозило стать финансово трудным. Поэтому я и пошла на языковые курсы, решив не откидывать хотя бы мизерную возможность на повышение.
От всех этих мыслей я без всякого аппетита доела кашу, что выдала мне Тая на завтрак, допила кофе, и вышла из дома. Позвала:
- Гриша, бери портфель и в машину садись. Опаздываем уже.
- Подумаешь, - фыркнул ответственный ученик. – Первым уроком физра.
- И что? Её не нужно посещать?
Гриша встал, опустил руки, закинул голову назад и простонал:
- Скорее бы учебный год закончился!
- Осталось две недели. Так что, не жалуйся. Бегом в машину.
Сын обожал, когда я приезжала рано утром, и отвозила его в школу на машине. Он всегда с такой важностью выходил из нашего старого автомобиля у крыльца школы. Мне было и смешно, и грустно, и умилительно одновременно.
- Мам, пока, - крикнул он мне, выходя из машины. А я помахала ему рукой.
Вернувшись домой, я застала Таю снова на кухне. Она затеяла печь пироги, а мне запретила что-либо делать.
- Сядь и отдохни, - сказала она мне. – И без того, как юла вертишься. Лучше расскажи, что нового. Твой как, съезжать не собирается?
Я вздохнула.
- Судя по всему, нет.
- Не хочет он тебя отпускать, вот и всё. Любит, наверное.
- Мы живём, как соседи, мам. И, напомню, он на развод согласился без всяких лишних слов.
Тая плечами пожала.
- Терпение у него закончилось. А потом, наверное, пожалел.
- Не надо ему ни о чём жалеть. Ему надо свою жизнь устраивать. А эта ситуация с совместным проживанием меня изрядно напрягает, если честно. Придётся ещё как-то квартиру делить, что-то покупать, наверное, брать ипотеку. – Я расстроено таращилась за окно. – Одни проблемы.
- Влюбиться тебе надо, - вдруг сказала Тая. – В хорошего мужчину.
Я даже фыркнула, не сдержалась.
- Где его взять?
- Не знаю. Должны же они где-то быть.
- Наверное, должны, - кивнула я, соглашаясь. – Я давно не встречала.
- Глупости. Просто ты влюбиться никак не можешь, пережить ту историю не можешь. А пора бы. Десять лет прошло. А тебя, милая моя, проблемы загрызли. – Она ко мне повернулась, посмотрела задумчиво. – Может, нужно было Сергею твоему про Гришу правду рассказать? Жили бы с ребёнком, возможно, всё по-другому было бы.
Я тут же качнула головой.
- Нет. Я Гришу в город не заберу.
- Боишься?
- Боюсь.
- А чего вот ты боишься? Про него даже не знает никто.
- Не хочу рисковать сыном. Одно дело я, а совсем другое – мой ребёнок.
Тая печально качнула головой.
- Неужели это никогда не закончится?
- Мам, ты телевизор смотришь?
- Смотрю иногда. А что?
- Пока та история будет всплывать, это не закончится никогда.
- А она всплывает?
 
- Только несколько дней назад по Первому каналу рассказывали. А Серега сидел и слушал, открыв рот.
Тая приложила руку к груди.
- Что рассказывали?
- То самое. И как тут расслабиться и всё забыть?
- Господи, что же это творится…
Я потёрла друг о дружку неожиданно похолодевшие ладони. А Тае сказала:
- Не переживай. Я всё решу, я придумаю как. Понадобится, уеду в другой город. Только вопрос с квартирой решу… Вас с Гришей никакие проблемы не коснутся.