Маккой X. Целуй — и прощай! Кокс Дж. X. Безутешная вдова. Пайк P. Л. Побег из Синг-Синга

— Короче, вы заключили с ним сделку, — продолжал Керби. — Он обещал молчать, а вы должны были с ним делиться. И много он хотел?
— Половину, — подняв голову, она торопливо добавила: — Но дело вовсе не в деньгах.
— Ну да? — усмехнулся Керби.
— Да, Джордж всегда был щедр, и у меня хватало денег — была масса туалетов, кольца, драгоценности, которые он дарил… Но тут все дело в Джерри, — она повернулась к Мердоку, умоляя взглядом понять ее.
— Вы не знаете, что мы испытывали друг к другу.
Он хотел на мне жениться, и я хотела, потому что любила его. Это даже Барри заметил, когда пришел к нам обедать. И сказал, что готов молчать, а когда я получу наследство, заплачу ему, и он по-тихому оформит развод, так что никто ни о чем не узнает. Но если я не соглашусь, он отправится к Гарриет и та больше меня вообще на порог не пустит. И мало этого, он не даст мне развода, и значит, мы с Джерри не сможем пожениться!
Кент ей верил, потому что хорошо знал Риту и понимал, что поступками ее всегда руководили не трезвый расчет, а чувства. Не умея справиться с Дантоном, она увязла в его сетях, а он не успокоился бы до тех пор, пока не выдоил из нее всех денег.
Ткнув в газету, Кент спросил, прочитала ли она про гибель мужа, и добавил, что у него на этот счет есть своя версия.
— Вчера вечером вы ведь приехали к нему в номер, Рита? И там он поставил вам синяк. Почему?
— Я сказала, что больше не могу, не выдержу, боюсь, что полиция узнает правду. Он пришел в ярость и набросился на меня с кулаками… Заорал, что если я теперь расскажу правду, то не миновать мне электрического стула.
— Вы ушли от него до того, как он покинул гостиницу? — спросил Кент. — Ему кто-то звонил, а судя по тому, что взял пистолет, он готов был к любым неожиданностям. Так вот, мне кажется, дальше дело было так: вы же знали, где он ставит машину?
— Да, знала.
— В поздний час, когда там один-единственный сторож, а вокруг нет даже забора, влезть в чужую машину — сущий пустяк. Вам осталось только дождаться, пока появится Данхем. Потом, когда он доехал до удобного места, вы приставили ему пистолет к затылку и велели остановиться. Оставалось отобрать его собственное оружие и выстрелить почти в упор. А перед тем, как захлопнуть дверцу, вы затолкали тело Данхема вниз, чтобы не видно было с улицы.
— Нет! Нет, нет! Ничего подобного не было!
Мердок сухо рассмеялся.
— Это только версия, Рита. Если бармен не ошибся, то у вас есть алиби. Он уверен, что в бар вы пришли в четверть двенадцатого — как раз тогда, когда Данхем покинул отель, и сидели там до закрытия, значит, не могли убить Данхема. Хотя мне кажется, что дело обстояло так, но как доказать это — вот вопрос… Брейди — другое дело. Вы так были, вас видели в холле в девять вечера. Он вас сможет опознать в полиции. Вы забрали портфель Брейди с его отчетом, а будь он жив, ничего у вас бы не вышло. Чтобы отобрать бумаги у такого человека, как Том Брейди, вам пришлось его убить!
— Нет!
— А я говорю — да! И полиция скажет то же самое!
На мгновение она растерялась, широко раскрытые глаза замерли, губы задрожали. Потом, сразу на что-то решившись, сунула руку под подушку и выхватив пистолет, откинулась в сторону, получая свободу действий.
Мердок не был захвачен врасплох, он предвидел, что такое возможно, и был начеку. Отшатнувшись к стене, ребром правой ладони он ударил ее по запястью.
Рита вскрикнула от боли и неожиданности, пистолет упал на ковер и отлетел к ногам Керби. Тот молча наклонился, поднял его с пола и положил возле себя, продолжая смотреть на Кента, словно ожидая продолжения.
Мердок перевел дыхание, понимая, что первый акт сыгран. Он узнал о прошлом Риты и о ее мотивах. Но это было далеко не все: как обернется дело дальше, он угадать не мог, но понимал, что отступать уже поздно. Нервы его были напряжены до того, что вряд ли он способен был думать об опасности. Все шло по плану, надо было только не останавливаться и продолжать натиск.
— Рита, вскоре вам придется убеждать полицию, — негромко заметил он, — и неплохо бы вначале прорепетировать. Откуда вы узнали, что Том Брейди собирается поручить мне изготовление фотокопий?
 
Рита, опустив голову, терла ушибленную руку, светлые волосы упали на глаза, голос звучал еле слышно.
— Я подслушала его разговор с Гарриет.
— И это настолько вас испугало, что вы помчались просить меня рассказать, что я увижу в этих документах?
— Я просто не подумала, когда обратилась к вам с такой глупой просьбой. Я не знала, что делать…
— Ладно, — перебил ее Мердок, — и тогда вы отправились вечером в контору Брейди?
— Да.
— Зачем?
— Он звонил мне во время обеда и сказал, что днем будет занят, но если я подъеду часам к девяти, мы кое о чем сможем поговорить.
Взвесив ее слова, Кент нашел их правдоподобными. Письмо Брейди к дочери доказывает — его мучило сознание, что результаты расследования многим доставят неприятности. Он знал правду о Руфи Колби-Рите Олдерсон, и, по-видимому, хотел ее предупредить.
— И тогда вы отправились туда с этим пистолетом? — спросил Кент, указывая на маузер в руках Керби.
— Нет, оружия у меня не было. Я поднялась к нему, постучалась, но ответа не было… и я вошла. Он лежал на полу. Я не поняла, что он мертв. Что случилось, не знала, но совсем растерялась.
— Продолжайте, — подбодрил Мердок, потому что она замолчала, не справившись с волнением.
— Я решила, что он выпил лишнего, подошла и заговорила, даже пробовала потрясти за плечо… но увидела те ужасные пятна на рубашке… И сообразила, что он умер… Хотя нет, я не смогу объяснить, что тогда испытала. Слишком я была напугана. И единственная мысль была — поскорее убраться оттуда!
— Пистолет вы видели?
— Нет, зато на столе я увидела пачку бумаг, и не знаю, как заставила себя их просмотреть. Это был тот самый отчет, который назавтра он собирался передать Гарриет. И я взяла его… — с вызовом сказала она. — Не стала раздумывать, хорошо это или нет. Забрала и все. Идя к выходу, сообразила, что должны быть еще и копии.
— Несгораемый шкаф был открыт?
— Да. Времени рыться в бумагах не было, я сложила все в портфель и ушла.
— А карманы Брейди вы не проверили?
— Что вы! Я на это не способна.
— А плащ?
— Нет, я же вам сказала, — сорвалась она на крик, — забрала бумаги, сложила в портфель и…
Кент ее перебил:
— Ладно, а теперь скажите, когда с вами связался Керби?
Открыв рот, чтобы ответить, она тут же испуганно его закрыла и покосилась на Керби.
— Так когда? — настаивал Мердок.
— На другое утро, — тихо ответила она.
— Он вам позвонил?
— Да, и предложил встретиться. Я согласилась.
— Что он сказал?
— Что знает, что я — Руфь Колби, и что не разведена с первым мужем. Сказал, что будет молчать, пока я не получу наследство, если я с ним поделюсь.
— Сколько он хотел?
— Треть.
Тут Мердок впервые взглянул на детектива, но спокойный и насмешливый взгляд того не дрогнул. И поза не изменилась, но лицо вдруг стало злым, губы жестко сжались.
— Откуда вы узнали, что Рита — Руфь Колби?
— А кто докажет, что я это знал? — он взглянул в сторону Риты.
Мердок на эту реплику не отреагировал.
— Я твердо знаю, что Брейди вам об этом не говорил и не показывал отчета — он весьма старательно хранил конфиденциальную информацию. Значит, вы либо заглядывали в его отчет, либо видели мои фотокопии. Они были у Брейди, он забрал их из студии. Или и то и другое.
Керби зло хохотнул.
— Вы намерены настаивать на своем? Напрасно! Она будет утверждать, что я ее шантажировал, а я буду все отрицать. Ведь бумаги Брейди забрала она, а не я!
— Откуда вы могли знать, что она забрала отчет, если не видели этого?
— Но ведь она только что созналась!
— Но вы-то позвонили ей на следующее утро после убийства!
— Это она говорит.
— А я не сомневаюсь, что вы видели, как она их забрала. Она же едва не поймала вас на месте преступления, и если б ей не повезло, замешкайтесь вы чуть-чуть, пришлось бы вам застрелить и ее.