Маккой X. Целуй — и прощай! Кокс Дж. X. Безутешная вдова. Пайк P. Л. Побег из Синг-Синга

— Мы ей все объяснили, и она согласилась. О ревнивом приятеле не вспоминала. Так что если это все, то я еду домой.
— Телефоном воспользоваться можно?
— Для чего?
— Я обещал позвонить Говарду.
— Только осторожно…
— Кит, о ней позаботилась полиция. Не здесь… Но с ней все в порядке… Выпей что-нибудь покрепче и ложись спать. Ясно?
— Так и сделаю. Большое спасибо, Кент. Я… я вел себя как свинья… Поверь, мне так жаль…
Мердок заявил, что уже забыл о недоразумении, и положил трубку. Потом вместе с Беконом они вышли из кабинета и направились к лифту.
  
Глава 16
 
Вернувшись к себе, Кент Мердок заперся наконец в лаборатории и принялся печатать пленки, работая почти автоматически. Он успел сделать девять снимков, когда во второй раз за вечер в его дверь позвонили.
Это было уже слишком; Кент просто рассвирепел, нервы у него и так были на пределе, давала себя знать усталость.
— Звоните сколько угодно, — буркнул он. — Меня это не трогает!
Но после нескольких долгих звонков непрошенный визитер принялся колотить в дверь кулаками так, что должно было поднять с постелей всех жильцов на этаже. Поэтому, снова приняв все меры предосторожности насчет материалов, Кент вышел в гостиную, сунул пистолет в задний карман и, ругаясь уже не про себя, а вслух, пошел отпирать.
Стоило едва приоткрыть дверь, как, позабыв про пистолет, разинув от изумления рот, он отступил назад, пропуская Риту Олдерсон. И тут же ощутил сильный дух виски, заметил остекленевшие глаза и сведенные судорогой губы.
— Что с вами? — пробормотала она, проходя мимо. — Слишком крепко спите?
Пошатнувшись, широко расставила ноги, чтобы не упасть.
— Да нет, вы и не ложились. Что, звонков не слышали?
Кент был настолько ошеломлен, что разглядывал ее молча. Коричневая габардиновая юбка, голубой свитер… и едва не падавшее с плеч пальто из верблюжьей шерсти!
Доводилось Мердоку и раньше видеть пьяных женщин, но сейчас он испытывал совершенно особое чувство отвращения и жалости при виде ее прищуренных глаз, помятого лица и криво накрашенных губ.
Пошатываясь, Рита подошла к нему и положила руки на плечи. Сумка ее при этом с грохотом полетела на пол, но тогда Кент не обратил внимания на этот звук.
— Эй, что это значит? — севшим голосом выдавил он.
— Я немного выпила, — Рита старательно выговаривала слова, — выпила бы и еще, но они так рано закрылись… Вы бывали в баре у Фреди? Очень славное местечко!
Тут Кенту пришлось подхватить ее обеими руками — так ее повело. Он не мог не чувствовать мягкую упругую грудь под тонким свитером. Прислонившись лбом к его плечу, чуть откинув голову, Рита с пьяной ухмылкой спросила:
— Я вам нравлюсь, да?
— Вы мне кажетесь удивительной…
— Нет во мне ничего удивительного, — возразила она. Я и нравлюсь вам только из-за Джорджа. Он-то вами восхищался… и я тоже. Потому что я могла говорить с вами о чем угодно… А вы относились ко мне, как к леди. Я — леди? Смешно!
Теперь она обхватила руками его шею.
— Вы не беспокойтесь… Спать я здесь не останусь. Вы мне друг, да?
— Конечно.
— Тогда дайте мне выпить и немного денег, и я сразу тихонько уйду, ладно?
Голова ее снова повисла, и попыток поднять ее она больше не делала. Имей Мердок дело с мужчиной, надавал бы ему пощечин, чтобы привести в чувство, но тут он растерялся.
— Рита, слушайте, так не годится!
— Что не годится?
— То, что происходит.
— Вы мне друг, да? — снова завела она.
Он не ответил, не зная, что делать.
Откинув упавшие на лицо золотистые волосы, вдруг заметил на лбу синяк. Спрашивать, откуда он, было бесполезно — Мердок догадался, что она чего-то боится. Несомненно, что бы ни произошло, это так ее перепугало, что она прибегла к виски как к лекарству от страха.
Мердок снова приподнял ее голову.
— Вот что мы сделаем, Рита…
— Что?
— Я приготовлю вам выпить…
— Ладно.
— А потом отвезу вас домой.
Глаза ее испуганно расширились.
— Ну уж нет!
Она попыталась погрозить ему пальцем, потом кокетливо улыбнулась.
 
— Нарваться в таком виде на Гарриет? Думаете, ей это понравится?
— Она давно спит. Уже два часа ночи.
— Гендерсон увидит и все доложит. Нет, чтобы Рита могла такое позволить? — она явно кого-то передразнивала. — Потому я и пришла сюда, к вам. Вы же мне друг?
— А как насчет Джерри?
— Заявиться к Джерри, когда я в стельку пьяна? Вы что, смеетесь? — она громко икнула.
— Простите, Кент, Джерри не поймет. Я его люблю, но таких вещей он не понимает. Он не понимает людей, как вы. Дайте мне десять долларов, я свои все пропила, и я спокойно уйду.
— Куда?
— Сниму номер в отеле, — ответила она, словно это подразумевалось само собой. — Мне сейчас не нужно ничего, кроме постели. Десять долларов — по-дружески, а?
— Ладно, — согласился Кент, лихорадочно обдумывая собственный план. Он уверен был, что Рита до отеля не доберется. А если и доберется, непременно привлечет к себе внимание и наживет впоследствии кучу неприятностей. Самому везти ее в отель и устраивать там невозможно было по тем же причинам.
Отыскав банкноту в десять долларов, он протянул ее Рите. Та, прежде чем спрятать, поднесла бумажку к лицу и изучила самым тщательным образом. Потом подошла к нему и, привстав на цыпочки, едва коснулась губ, чуть не потеряв при этом равновесия.
— Вы прелесть! — протянула она.
— Расскажите мне об этом поподробнее, когда в следующий раз мы будем пить вместе.
— Вы дадите мне еще на дорогу? Мне так нужно…
— Потому что вы чего-то боитесь?
— Откуда вы знаете? — Рита покачнулась так сильно, что Кент едва успел подхватить ее и отвести к дивану.
Вернувшись из кухни, он обнаружил ее с закрытыми глазами и откинутой на подушки головой. Но когда тихонько окликнул, тут же встрепенулась, открыла глаза и схватила предложенный стакан сильно разбавленного виски.
— Ваше здоровье, — отхлебнув, она поморщилась, но потом допила залпом до конца.
— Этого мне и хотелось, — пробормотала она, закрыв глаза. Стакан выскользнул из разжавшихся пальцев.
Мердок осторожно поднял ноги Риты на диван, подложил под голову подушку и, решив, что пора заняться делом, отправился в лабораторию. На всякий случай запершись, отпечатал все пять оставшихся снимков и положил сушиться девять первых. Потом заглянул в гостиную. Рита крепко спала, разбудить ее без холодного душа и большой порции черного кофе было невозможно.
И он решил оставить ее в покое. Правда, дверь в лабораторию все же запер.
Осторожно приподняв гостью, решил снять с нее пальто. И подняв его, встряхнув, остановился, потрясенный страшной мыслью. Попытался отогнать ее, но напрасно. Снова посмотрел на помятое пальто верблюжьей шерсти. Странно, что всегда аккуратная Рита разгуливала в таком одеянии. Может быть, оно просто не просохло?
Когда она могла попасть в нем под дождь? Не сегодня — сегодня дождя не было. Но теперь Кент ясно вспомнил рассказ Керби о высокой женщине, выскочившей в ливень из подъезда дома, где располагалась их контора.
Не желая дальше думать об этом, он свернул пальто и положил его на стул. Потом принялся устраивать гостью поудобнее: принес еще одну подушку и укрыл одеялом. Сумка все еще лежала на полу. Подняв, Мердок удивился ее тяжести. Собравшись положить рядом с пальто, он под действием какого-то импульса вдруг раскрыл ее и увидел ствол пистолета, утонувшего в россыпи женских мелочей.
Взвесил оружие на руке. Малокалиберный маузер с деревянными накладками на рукоятке, гораздо легче армейских пистолетов того же калибра. Проверив обойму, убедился, что недостает двух патронов. Понюхал дуло — похоже, недавно из него стреляли. Сама нехватка двух патронов ничего не доказывает — некоторые считают, что так меньше снашивается пружина.
Выключив повсюду свет, кроме ночника, Мердок удалился к себе в спальню, думая лишь о чудом уцелевших негативах. Чудом оказалась здесь предусмотрительность Тома Брейди.