Маккой X. Целуй — и прощай! Кокс Дж. X. Безутешная вдова. Пайк P. Л. Побег из Синг-Синга

— Прессу не пускать! — велел он.
А Бекон уже уставился на Мердока. Глаза его раздраженно блеснули, он прищурился, но тут же взял себя в руки. Он хорошо знал Мердока и не впервой встречался с ним на месте преступления.
Мердок ответил ему таким же взглядом, и лейтенант отвернулся с видом строгого учителя, который отложил на время наказание ученика.
Подойдя к врачу, он стал рядом, пока тот производил осмотр. Много времени это не заняло. Поднявшись с колен, доктор заявил:
— Все, что я могу сделать, лейтенант.
Он потянулся к шляпе.
— Один выстрел, практически в, упор. Полагаю, на одежде будут обнаружены следы пороха. Во всяком случае, пока мое мнение таково.
— Он умер сразу?
— Видимо, да.
— Давно?
— Недавно. Меньше получаса назад.
Бекон смотрел, как дактилоскопист приподнял револьвер карандашом, просунув его в скобу курка и положил на стол. Пока устанавливали освещение для фотографа, он повернулся в сторону Френка Керби.
— Вы его нашли, Френк? Расскажите. Как случилось, что вы пришли сюда?
Френку Керби было лет тридцать пять. Высокий, стройный, весьма компетентный с виду мужчина, чьи серо-зеленые глаза смотрели смело, деловито и холодно. Светло-каштановые волосы и вытянутое лицо придавали ему некоторое сходство с терьером. По характеру он был задирист и агрессивен, временами грубоват — результат двенадцатилетней службы в полиции, где ему приходилось ловить правонарушителей, таких же несговорчивых, как он сам.
Сейчас, подняв глаза на Бекона, заговорил он глухо и скорбно.
— Днем мы вместе работали по небольшому дельцу на Келлера — хозяина ресторана, где подают такие роскошные отбивные.
И он рассказал ту историю, которую Кент уже слышал от Тома Брейди.
— Я знал, что Том свое дежурство уже закончил, ну и зашел узнать, нет ли чего нового, прежде чем идти туда к одиннадцати часам.
— Когда это было?
— Около девяти или чуть раньше, точно не скажу.
— Получается, вы потратили многовато времени, нам-то позвонили в 9.07.
— Да, — вздохнул Керби, можно сказать и так.
Он замялся, лицо его в ярком свете фотоламп казалось неестественно бледным и лоснящимся.
— Когда я увидел револьвер и понял, что произошло, я слишком растерялся, чтобы рассуждать логически. Мы не были партнерами, только делили пополам помещение и расходы. Мы с ним даже не были слишком близки. Но когда ты день за днем рядом с Брейди, начинаешь понимать, какой он замечательный человек и полицейский, даже если часто он тебе и не нравился. Ну и когда ты видишь такое, то не можешь поверить своим глазам, и единственное желание — схватить того мерзавца, который это сделал.
— Да, — протянул Бекон. — Значит, вы вошли. Что было дальше?
— Кажется, я прежде всего обратил внимание на раскрытый шкаф, а уже потом на него, — Керби кивнул в сторону письменного стола. — Я же знал, что Том держал его запертым, а тут он был раскрыт и опустошен… во всяком случае, так мне показалось. Револьвер я заметил не сразу. Да я о нем и не подумал. Том лежал на полу, его пальто и шляпа тоже. Вот я и решил, что это сердце…
— Его пиджак был так расстегнут, как сейчас?
— Да, я заметил пятно крови, когда склонился над Томом, но тогда оно было гораздо меньше. Окликнув Тома, я потряс его за плечо, не зная, что он мертв. И тут я увидел револьвер.
— Когда вы решили, что он мертв?
Керби заморгал, словно такая мысль раньше не приходила ему в голову, и ответил, что не знает.
— Мне не удалось нащупать пульс, но кожа у него была теплой. И пятно крови росло на глазах. Я понял, что случилось это перед самым моим приходом, и у меня мелькнула дикая мысль, что мерзавца мне удастся поймать прямо на месте преступления. Теперь-то я вижу, что это глупо, но тогда…
— Ладно, — Бекон заметил, что Керби замолчал. — Так что же вы сделали?
— Со второго этажа всего один выход, по парадной лестнице. Я решил, что мой приход загнал убийцу в ловушку. Вот о чем я тогда подумал. И побежал по коридору, дергая все двери, — рассчитывал, что он спрятался в одной из контор. Но все было заперто. Тогда я поднялся на четвертый этаж — там даже света нигде не было. И я понял, что обманываю сам себя: ведь если я спугнул убийцу, у него было достаточно времени, чтобы удрать, пока я находился у Брейди. Тогда я вернулся назад, снял пальто и шляпу, позвонил в полицию и стал ждать.
 
Бекон кивнул и пожевал губами.
— У вас есть оружие, Френк?
— Два револьвера, но они оба на месте.
— Встаньте!
Керби широко раскрыл глаза, он явно не мог поверить своим ушам, потом стремительно вскочил, сжав зубы.
— Да не валяйте дурака! — рассердился Бекон, заметив его реакцию. — Вы достаточно прослужили в полиции, чтобы знать правила.
Он сердито поправил свой просторный пиджак в полоску из дорогого серого твида. Подчиняясь взгляду лейтенанта, сержант Кио провел поверхностный досмотр и отступил назад.
— Это ваш стол? — Бекон указал на стол слева и снова кивнул Кио; сержант занялся содержимым ящиков.
Керби сел, все столь же хмурый, и буркнул:
— С виду револьвер похож на оружие Тома. Можно проверить по номеру.
— Он носил его с собой?
— Нет.
— Где он его хранил?
— В письменном столе, в том самом ящике, который вынут.
Рефлекторы уже выключили. Бекон спросил коллегу-лейтенанта, все ли вынули из карманов Брейди. Когда это сделали, отправил Кио проверить, прибыла ли санитарная машина. Тут же вошли санитары.
Мердок закурил и отвернулся. Но хотя он твердо решил ни на что не смотреть, все же чувствовал движение в комнате, а когда носилки подняли, горло у него перехватило, в глазах защипало, и только когда дверь закрылась, он снова взглянул на Бекона, прислушиваясь к его вопросам, оценивая ответы, с трудом сдерживая в себе неутихающий гнев.
Бекон покопался в бумажнике Брейди, потом попросил дактилоскописта осторожно прочитать номер револьвера.
— До сих пор мне ни разу не удавалось отыскать на оружии хорошие отпечатки, — заметил тот, — но заранее никогда не знаешь…
Осторожно перевернув револьвер кончиком карандаша, он вслух прочитал его номер.
Бекон подтвердил:
— Совершенно верно, это его револьвер. Как же могло получиться, что его застрелили из собственного оружия?
— Вы интересуетесь просто так или ждете, что я выскажу свои соображения? — спросил Керби.
— Есть что — выкладывайте.
— У преступника наверняка был собственный пистолет.
— Если бы он его выхватил, Брейди смог бы выдвинуть этот ящик.
— Непременно, — подтвердил Керби. — Он был не робкого десятка. Он бы не стал сидеть и ждать, что будет дальше.
Бекон задумчиво кивнул.
— Да, он его достал, но другой это заметил. Держа Брейди под прицелом, заставил положить оружие на стол. И хотел его забрать, но Брейди попытался отнять револьвер. Если на рубашке есть следы пороха, все так и было. Брейди ринулся вперед — тот выстрелил.
Лейтенант негромко выругался от возмущения и бессилия. Потом деловито взял себя в руки.
— Надо лучше проверить письменный стол, особенно выдвинутый ящик. Это что… лента от пишущей машинки? — спросил он, указывая на перевернутую корзину для мусора. — Если лента новая, можно попытаться прочитать, что с ней печаталось… Френк, что вы скажете насчет этого несгораемого шкафа?
— Он держал там папки с делами.
— Сколько их там было? Полный шкаф или только часть?
— Точно не скажу.
— А примерно?
— Примерно вот столько, — Керби развел руки фута на полтора.
— Столько не спрячешь в карман и не унесешь под мышкой.
— Если перевязать, — возразил Керби, — то унести нетрудно. — Встав, он подошел к столу. — У Тома был портфель…
Оглядевшись, он зашел за перегородку в дальнем углу.
— Если он не оставил его дома, значит, им и воспользовались, — заявил убежденно.
— Сегодня днем Том заходил с портфелем, — сказал Кент.
Бекон перевел взгляд на него.