Маккой X. Целуй — и прощай! Кокс Дж. X. Безутешная вдова. Пайк P. Л. Побег из Синг-Синга

Сходство между христианским мистицизмом и Ведами Упанишады (в интерпретации профессора Джеймса).»
— Я же предупреждал тебя, разве не так? — прошептал Джинкс.
Я снова попросил его соблюдать тишину и положил брошюру на стул. В этот момент дверь отворилась и на пороге появилась девушка и ее хозяин. Он был уже без пиджака и галстука, воротник рубашки расстегнут. Он окинул нас взглядом, и заметно было, что Джинкс ему незнаком.
— Мэтр, — представила нас девушка, — это Поль Мерфи и Джозеф Стоктон.
— Здравствуйте, — сказал я, протягивая руку. Он никак не реагировал на этот жест, как будто никогда и не слышал ни о чем подобном.
— Не хочу показаться грубым, джентльмены, — устало сказал доктор Грин, — но я очень устал. Не могли бы мы обсудить эту проблему в следующий раз?
— Поверьте, сэр, будь это возможно, мы так бы и поступили. Кроме того, вы могли узнать моего друга…
Он пристально посмотрел на Джинкса, но лицо его осталось безучастным.
— Не могу вспомнить, — холодно ответил он. — Так в чем же состоит ваше дело?
— Могли бы мы поговорить наедине? — попросил я.
— У меня нет секретов от мисс Добсон, можете говорить спокойно.
— Это дело не имеет ничего общего с космическим сознанием, — пояснил я.
В его глазах появился блеск, а на скулах появились желваки.
— По другим вопросам я не консультирую, — заметил он.
— Извините, мэтр, но мне пора идти, — сказала девушка.
— У меня нет от вас секретов, мисс Добсон, — настаивал док.
— Конечно, но просто я очень устала сегодня, извините меня.
— Если вы настаиваете, — насупился он.
Она небрежно кивнула нам с Джинксом, поклонилась мэтру и направилась к двери. Ни жакета, ни шляпки на ней не было. Даже не оглянулась. Я был обескуражен. Конечно, я и не ожидал, что вызову в ней такой же интерес, как она у меня. Да и какой мог быть интерес к случайному посетителю. Но я про себя решил, что, когда мы снова встретимся, он появится…
Маэстро прикрыл за ней дверь, и, когда он обернулся, на его лице не осталось и следа былой усталости, а глаза гневно сверкали.
— Как вы осмелились появиться здесь? Как вы могли?
Вот это совсем другое дело, так было гораздо лучше.
— Минуточку, док… — остановил я его.
— Не желаю ни о чем слышать. Та жизнь для меня закончилась. Об этом всем хорошо известно. Я больше не лечу бренное тело, только душу…
— Хватит кричать на меня, не напрягайте так свои голосовые связки, — перебил его Джинкс.
— Заткнись! — бросил я ему. — Послушайте, док, не надо никого лечить. Мне нужен только ваш совет, который будет хорошо оплачен, естественно. Нам нужен прожженный адвокат, и мы не знаем, к кому обратиться.
— И ради этого вы меня побеспокоили? Все, что вам нужно, есть в телефонной книге, тысячи адвокатов…
— Черт побери! — занервничал Джинкс.
— Заткнешься ты наконец! — оборвал я его. — Послушайте, док, этот способ нам не подходит.
— Тогда не понимаю, что вы от меня хотите.
— Минуточку, док, будем благоразумны. Не может быть, чтобы вы никого из них не знали, пока вели дела…
— Это было давно.
— Всего два года назад…
— Послушайте, док… — настаивал я. — Нам срочно нужен адвокат. Я могу понять ваши чувства, снова окунуться в тот мир, с которым вы порвали… Но мы не хотим вас ни во что втягивать и больше никогда вас не побеспокоим. Вы нас больше не увидите.
«Интересно, а как же я тогда встречусь с этой девушкой?»
— У вас должен быть кто-то на примете. Вы же не хотите, чтобы мы снова вас побеспокоили?
— Нет, — отозвался он.
— Тогда посоветуйте нам кого-нибудь.
Он посмотрел на меня, покусывая верхнюю губу, затем на Джинкса. Тот мрачно смотрел перед собой и готов был уже прервать затянувшиеся пререкания. Это было очевидно.
— Попробуйте связаться с Кейтом Мэндоном, — неожиданно заявил док, — Чероки Мэндоном.
— Где я смогу его найти?
— У него контора в городе.
— Нельзя ли точнее?
— Точно не помню…
— Посмотрите в телефонной книге, — предложил я.
Он косо глянул в мою сторону, но все же вышел и вскоре появился с книгой в руках.
 
— М-э-н-д-о-н, — протянул я, листая справочник.
— Да, именно он.
— Вот. Мэндон Кейт, — указал я ему пальцем, — 608, Айрис Б А 1–9055, этот?
— Он.
— Спасибо, — сказал я, возвращая книгу.
— Самой лучшей благодарностью будет то, что я вас больше никогда не увижу.
«Ну, если только до завтрашнего вечера», — подумал я, затем повернулся и вышел вслед за Джинксом.
— Тебе не стоило так горячиться. Надо уметь ладить с людьми.
«Полоумный. Теперь понятно, почему ребята с ним расстались».
— Какая тебе разница.
— Я ему не доверяю, и этому Мэндону тоже.
— Выбирать нам не из чего и некогда, — подытожил я. — Будем рады тому, что имеем…
— И куда мы теперь?
— Постараемся найти Мэндона, и чем скорее, тем лучше.
Он сделал предупреждающий жест, и прежде чем я обернулся на звук мотора, моя рука нащупала в кармане рукоятку пистолета. Это был родстер, большая, мощная, двухместная машина с откидным верхом, которая подъехала к нам сзади с выключенными фарами. Она медленно катилась вдоль тротуара со скоростью пешехода, всего в каких-то пяти футах за нами. За рулем сидела мисс Добсон. Я улыбнулся и вынул руку из кармана: вот это девушка, предчувствия меня не обманули…
— Вас подвезти? — спросила она.
— Будьте любезны, — согласился я и повернулся к Джинксу. — Едем.
Она остановилась, дотянулась до боковой дверцы и открыла ее. Мы с Джинксом устроились на сиденье, и он захлопнул дверцу.
— Тебе не тесно? — полюбопытствовал я, и он утвердительно кивнул.
Девушка прибавила скорость.
— Откидное сиденье сзади все равно завалено всяким хламом, так что придется потерпеть, — сказала она и, виновато улыбнувшись, включила фары, понимая, что ее уловка разгадана.
— Очень мило с вашей стороны, — заметил я.
— Не стоит благодарности. И где же вас высадить?
— У аптеки, если вы не возражаете, там мы постараемся поймать такси… — я стал рассматривать ее подбородок. Мисс Добсон хотя и следила за дорогой, но наверняка почувствовала мой взгляд. Она по-прежнему была без шляпки и жакета.
— Это ваша машина?
— Мне она нравится…
— Скоростная штучка.
— Думаю, да. Но я никогда не давала полный газ…
— И какую же скорость вы из нее выжимали?
— Ну, восемьдесят… восемьдесят пять.
— Я бы мог и побольше. Ты согласен со мной, Джозеф?
— Думаю, да, — отозвался Джинкс.
— Будь уверен, — подтвердил я. — А вы всегда водите без жакета?
— Надеваю иногда, когда идет дождь, — рассмеялась она. — Я и верх уже несколько месяцев не поднимала.
Джинкс мрачно посмотрел на меня. Очевидно, он также считал ее ненормальной.
— Что вы думаете по поводу лекции мэтра?
— Какой еще лекции?
— Ну, которую вы слышали.
— Не знаю, что и ответить. Я не очень-то разбираюсь в космическом сознании.
— Лекция была посвящена психологии познания.
— Какая разница…
— Здесь вы неправы.
— Я хотел сказать, что обе темы для неспециалиста одинаково трудны для восприятия.
— Вы правы, но после некоторой практики… Вы выяснили с мэтром ваш вопрос?
— Спасибо, вполне…
Она притормозила у аптеки и свернула к тротуару.
— Вам еще далеко?
— На другой конец города.
— Тогда нам по пути. Такси что-то не видно, и вряд ли его можно встретить в этом районе. Я предлагаю подвезти вас до тех пор, пока оно не попадется по дороге.
— Нам не хотелось бы вас обременять, — сказал Джинкс, открывая дверцу, хотя машина еще не остановилась.
— Ерунда, — успокоила она.
— Мы будем вам очень признательны, — заверил я. — Закрой дверь, — тут я толкнул Джинкс в бок. Он ее с силой захлопнул. Сукин сын. Девушка снова нажала на газ, выруливая в средний ряд, и мы помчались в сторону центра города. Где-то там далеко-далеко были наша квартира и Холидей. Это было ужасное существо. Эльдорадо. Невыносимая, но ужасно влекущая.