Владыка (СИ)

И вдруг меня ударила молния. Такой силы, что я закричал и упал на мост. Кот с недовольным мявом успел спрыгнуть. А я, кажется, на пару секунд просто вырубился. Даже распределённая на тысячу, эта энергия была невероятно огромной.
— Всё, — прошептал я и повернулся на правый бок. — Всё, мать вашу так. Закончилось…
Повернувшись, увидел Сборщика. Тот выпрямился и поднял над головой останки владыки. Теперь уже окончательно дохлого. Размахнулся и швырнул их аж на самый берег. Тот берег, наш. Где оставались Гравий и Ждан.
  
А потом Сборщик просто повернулся и потопал в обратном направлении, выполнять свою вечную программу: искать и собирать.
Я же, поднявшись, заковылял по мосту обратно. Уже не заморачиваясь с поворотами — отпускал назад мост охотно, это он туда пускать абы как не любил.
Дышалось тяжело, с болью. Похоже, рёбрам досталось-таки некисло. Ну да ладно, это я сам вылечу — чуть позже, как маны подкоплю — или попрошу кого. Вот этих, например.
Гравий стоял, опираясь на плечо Ждана. Оба они смотрели на лежащую перед ними гигантскую тушу.
— Ну чего вы, — сипло сказал я. — Не знаете, что с тварными тушами делать?
Спохватившись, Ждан вытянул руку, и мёртвого владыку охватило пламя.
Как и все дохлые твари, прогорел он быстро. Костей внутри не оказалось. Это у земных существ, изменённых инопланетной энергией, она откладывалась в костях, а у исходных мразей, видать, процессы проистекали как-то иначе.
Зато осталось сердце. Такое же, как-то, что сожрала Тварь. Оно ярко горело на берегу речки Смородины.
— Что с этим делать? — спросил Гравий.
Вместо ответа я поднял ногу и раздавил сердце подошвой сапога.
Дрогнула земля. По ней пробежали разряды и ушли в реку. И всё.
— Мы победили? — прошептал Гравий.
— Почти, — кивнул я и улыбнулся. Посмотрел на Ждана. — Видишь то же, что и я?
— А то ж! — ухмыльнулся тот. — Век бы любовался!
Тут я был с ним полностью согласен. Глазами многих охотников мы смотрели на то, как драпают твари. Они бежали в страхе с полей брани, где кровь охотничья и тварная перемешались в серо-буро-малиновые океаны. Бежали из Смоленска, из Поречья и Питера, бежали из всех городов, из лагерей охотников в Пекле. Паника гнала их. Но никто не преследовал. Люди были слишком измождены.
Ничего! Мы отдохнём. Соберёмся с силами. И битва продолжится. До конца ещё далеко. Все эти полчища придётся истреблять. Возможно, и через десять лет какой-нибудь отважный охотник будет бродить по миру в поисках недобитков. И через двадцать. Сорок…
Но одно уже точно: новых тварей не появится. Как и новых охотников. Теперь игра пойдёт по новым правилам: кто быстрее. Нам нужно будет перебить всех тварей до того, как мы естественным путём отправимся на тот берег Смородины. Ну или куда там нам суждено будет отправиться.
Впрочем, кое-что очень важное, глобальное можно сделать уже сейчас.
* * *
Яйцо владыки ничем не отличалось от яйца Кощея. Точно такое же расположение всего. Точно такой же капитанский мостик с таким же пультом и голограммой.
Было только одно отличие. Опция, которую я нашёл мгновенно. Ну вот, да, мы можем перемещаться не только по Земле. Вот Луна, Солнце, Марс… Но меня интересует не это.
— Давай, — сосредоточился я. — Покажи мне, откуда ты прилетело, яичко.
Планета была красной. Она мерцала зловеще, от одного взгляда на неё делалось дурно.
Приближение. С минуту я любовался одним из «городов» трижды проклятых «хозяев». Посреди красной пустыни они лежали — тысячи и тысячи, переплетшиеся тентаклями, в непрерывном совокуплении, обмене мыслями, токами, энергиями и чёрт знает, чем ещё. Сейчас у них не было на примете кого-то, с кем можно завязать войну. И вот так они существовали, в ожидании.
— Не люблю оставаться в долгу, — процедил я сквозь зубы. — Теперь мы с вами в расчёте.
Мечом я начертал на голограмме Знак, который показал мне дядюшка.
Яйцо задрожало. Запищала какая-то сигнализация. Пронзительный голос начал что-то вещать, но на слух я инопланетный язык не воспринимал. Мне было плевать. Развернувшись, я вышел наружу, присоединился к остальным охотникам.
Вместе мы увидели, как из верхушки яйца в небо ударил ярчайший столп света.
— С Новым годом, — сказал я. — С новым миром.
Такого мощного светового эффекта не ожидал никто. Перед глазами плясало что-то безумное, бежали цветные пятна. Восстановление сил взять было уже негде, мы все измождены до предела. Исчерпали себя полностью, до последнего амулета.
— Хозяин! — раздался голос рядом со мной. — Ты чего жмуришься?
— Ничего, соринка в глаз попала. Скоро пройдёт.
Я уже понял, что тереть глаза бесполезно, нужно просто ждать. Опустил руки. Слепота постепенно проходила. Скоро смазанное пятно перед глазами начало принимать очертания кобылы. Раздался довольно противный звук. От кобылы отделилась радуга.
— Да прекрати уже, блин! Водички попей, что ли.
— Да я бы рада прекратить, не могу! Думаешь, самой нравится?
Мне в грудь ткнулась кобылья морда. Ну, как обычно, ещё и жалуется… Я машинально погладил Тварь. И услышал негромкий шёпот:
— Возьми мою силу. У меня её много. Даже слишком. Того гляди взлечу.
Гхм. Ну, по логике — чего-то такого следовало ожидать. Сердце Кощея сожрать — это тебе не бублик схомячить. С обожравшейся враждебной силы Тварью, по-хорошему, тоже надо что-то порешать. Это у меня шло следующим пунктом программы. Если бы, блин, голова ещё варила хоть немного! Всё же ушатался сегодня — будь здоров.
— Возьми мою силу, — повторила Тварь. — Тебе нужно. Я вижу.
— Что нужно, я и сам вижу. Взять-то её как?
— Просто. Как амулет берёшь, так и возьми.
Тварь на полном серьёзе приподняла ногу и протянула мне копыто — как ладонь для рукопожатия. Копыто было сплошь уделано засохшей тварной зеленью — команду отбиваться Тварь выполняла неукоснительно. Впрочем, сам я вряд ли выглядел лучше. Машинально взялся за копыто.
И в ту же секунду ощутил эффект, который возникал, когда бахнешь Восстановления сил. Картинка перед глазами стала чёткой, голова — ясной, мыщцы перестали ныть, а мозг скукоживаться. Я был бодр так, словно после долгого упоительного сна проснулся у себя в башне.
Тварь умильно смотрела на меня. Нежно фыркнула.
— Хозяин… А скоро мы домой? Там уже, небось, тётка Наталья пышек напекла.
— Есть мнение, в последние несколько часов тётка Наталья была занята немного другим.
— Чем это?
— В подвале сидела и молилась. Погоди пока с пышками. Ты остальных охотников можешь так же, как меня, зарядить?
Тварь покачала головой.
— Да не жадничай ты, блин!
— Да я не жадничаю! Просто чую, что нельзя им это — то, что во мне. Только тебе можно.
— Угу. Ну ладно. Пока примем как данность, разбираться будем потом.
Я принялся кастовать направо и налево Восстановление сил. Ослепшие от вспышки охотники приходили в себя.
— Владимир! Что это было?
  
Глава 24
 
Как-то само собой получилось, что ко мне пробились и собрались вокруг меня все мои самые близкие. Егор, Земляна, Захар, Неофит, Харисим, Глеб, Мстислава. Только Гравия не было, остался наводить порядок в загробном царстве. Зато появилась новая фигура — Ждан. Вопрос задал Разумовский — ну, ясное дело, он тут самый любознательный, — но выжидающе смотрели все.
— Возмездие.
— Что, прости? — Разумовский непонимающе сдвинул брови.
— Условно говоря, так. Эта тварь из яйца грозила, что уничтожит наше солнце, и на самом деле запросто могла это сделать. Тварь мы завалили в загробном мире, вы все своими глазами это видели. А чтобы оружие не пропадало попусту, я уничтожил мир, породивший эту тварь. Бахнул по ним из их же аннигиляционной пушки. Зря сюда тащили, что ли.
Я ожидал целого потока недоумения, но Разумовский задал единственный вопрос.
— Теперь все эти твари мертвы?