Эльфанутый (СИ)
— Младший человек был в том отряде, — резко погрустнел Улук-Урай. — Но вся Мурьяки дымилась. Эльфы были повсюду. Если бы кто-то сунулся в поселение, его бы заметили. Лишние вопросы — лишние ответы. Так что нет, Трайл. Никто не стал возвращаться в поселение. Мы не знаем, что с нашей Кентавряшей.
— Значит нужно вернуться. И на этот раз расспросить о белом кентавре. Мы так со своими не поступаем. Пропал — ищем. Умер — хороним.
— Сделаем, молодой вождь.
Черт! А я надеялся…
Я так и не навестил Каю. Ссал. Мне сказали, что она крепко спит под снадобьями. Ну и славно. Через десяток минут мозговой активности, я пробухтел:
— Надо бы придумать название.
— Че? — плюнул Бом, сидящий напротив меня. — Кого назвать?
— Поселение. Есть идеи?
— А че его звать, — сказал Гым, потирая набитый живот. — Дом. Во.
Я фыркнул.
Как же это слово то называется. Змеи… много змей… Клубок змей… Сперм… Серп…
Вспомнил.
— Нет, мы назовем его…
Стол затих. Даже дети перестали играть, навострив уши.
Подул ветер.
— … Серпентарий.
Тишина.
Которую нарушили братья.
— Спр-фр-пр, — начал плевать Бом, — чо?
— С-с-с-ерп, — прочавкал Гым. — Серп?
— Серп, ага, — улыбнулся я.
У нашего поселения появилось имя: Серп.
***В Серпе наладилось производство луков. Незадолго до того, как мы ушли, Улук-Урай отнял у орка странный пергамент, которым он хотел подтереть зад. Он утверждал, что нашел его в том месте, где часто обитал Эльдарион.
Внимательно покрутив перед носом находку, шаман понял — это подробное описание изготовления лука. Эльф сделал от себя некоторые правки, подстраивая оружие под огромные орочьи лапы. Стало понятно, какое дерево подойдет, как его обрабатывать и отмачивать. Из чего сделать тетиву. Какие перья подойдут для слишком массивных стрел.
Вот почему Элик сутками сидел у себя. Он словно знал, что ему осталось недолго. И несмотря на то, что не был во мне уверен, все равно помог.
Я сделал еще глоток крепкой орочьей сивухи, хлюпнул носом. Поднялся из-за стола. Хотел уйти… но передумал. Иногда чувства правильного приходят слишком неожиданно.
Десятки глаз устремились на меня.
— Я… хлебну еще, — буркнул я, и подняв деревянный стакан, залпом осушил кислое пойло. В голову ударил молот Тора, прибавляя уверенности и будущей головной боли.
Стало тихо.
— Я — Трайл… и это…
Бам!
Дал себе пощечину. Дернулись даже некоторые орки. Блюм соскочил с моего плеча. Многие переглянулись. Один только Улук-Урай добродушно улыбался.
Я вздохнул, наполняя легкие воздухом.
— Я — Трайл! И я сегодня вернулся к вам не с пустыми руками! А с решением! Непоколебимым и…
Я запнулся, опустил голову. Хех, ораторство не всегда получается хорошо. Сжал кулаки, больно впившись ногтями в ладони. ГОВОРИ!
Поднял голову.
— Отныне и навсегда, мы едины! И каждый, кто посмеет поднять руку на Зеленую Анаконду, будет вписан в Книгу Мести!
Надо будет завести такую.
— Может быть наш змееныш и не набрал сил, но память у него отменная! Мы не будем ласковыми и пушистыми с теми, кто нас не уважает! Мы не будем вылизывать задницы! Поэтому я предупреждаю всех вас! Из-за этого вы можете погибнуть! Но теперь у вас есть выбор, как вы это сделаете! Бессмысленно и всеми забытые! Либо станете сильными в своих убеждениях и умрете за них счастливыми! Иного не будет!!!
Вздох!
— Вся моя жизнь здесь стала победой или смертью! Ваша станет такой же! Но сегодня мы поговорим о смерти! О смерти тех, кто не будет забыт и через тысячу поколений! Их смерть станет столпом нашего становления!
Я сделал паузу, оглядывая окружающих. Никто не дышал, стараясь уловить каждое мое слово.
— Джыр, сын Жыра! Погиб от руки проклятого ничтожества! Знайте, что он спас жизнь мне, прикрыв от смертельного удара! Он ранил самого Урлу, сына великого Гомзы! И был убит. Но даже после смерти он даровал мне силу, которая теперь всегда со мной!
Я набрал полные легкий воздуха и взревел:
— За орду!!!
— ЗА ОРДУ!!! — заревели глотки.
Кричали все. И орки. И люди. И гномы.
— Эльдарион, порочный своим собственным народом! Но принятый нами, как равный, сильный и мудрый! Он одарил вас знаниями и верил в вашего вождя до самого конца. Смог убить проклятого Урлу, пожертвовав своей жизнью! Эльдарион не порочный, но друг, соратник и брат орды! Вечная тебе память! Да примет матерь Ашхая душу чада своего! Да примет мать!!!
— ДА ПРИМЕТ МАТЬ!!!
Удары сотен сердец. Горящие глаза. Сжатые кулаки.
Кто-то задышал, думая, что я закончил.
Нет уж. Так это не работает.
— Брык, сын Гротра!
Некоторые переглянулись, не понимая о ком речь. Другие горделиво вздернули подбородки.
Вождь.
Не.
Забывает.
Никого.
— Великий воин пал, сражаясь против мерзких фей! Он первым принял на себя их подлый удар! Мерзкие гниды подловили его враскаряку и с голым задом! Парализовали, забравшись в кишки! Его разорвало на моих глазах! Его дерьмо до сих пор ощущается на моих губах! Улук-Урай! Вписать всех ебаных пикси этого мира в Книгу Мести!
Я набрал в лёгкие столько воздуха, что они стали стонать:
— ЗА ЗЕЛЕНЫХ АНАКОНД!!!
— ВААААААААААААААААААААГХ!!!!!! — разнеслось на десятки миль вокруг.
Глава 11. Внезапное проникновение
После знатной попойки я все-таки отправился к Кае. Нужно расставить все точки над палочками и щепочки над веточками. Не знаю как, но что-нибудь да придумается. Интересно, есть ли в фэнтези мире детские дома?
Кая отдыхала в углу общинного дома, огороженного для меня. Улук-Урай посчитал, что орчиха теперь имеет право там находиться.
Я не дошел. Набуханного эльфа застали врасплох. Он попал в самую элементарную засаду.
Меня поймала Лоля. Просто ухватила за шкирку и затащила за дом. Приподняла. Я что-то пискнул, бултыхая ножками в воздухе.
— Ты чего? — офигел я.
Она не ответила. Рыкнула и со всей дури впечатала меня в сруб. Я охнул, ловя ртом потерянный воздух.
— Как… ого…
— Тихо быть, эльфец.
Конечно, блять, тихо. Ты выбила из меня все легкие. Хорошо бы не сдохнуть!
— Ты чего… творишь? — попытался вырваться я, но куда хлипкому и пьяному эльфу до силы огромного орка.
— Я устать! Думать о тебе! Почему ты выбрать уродка?! Она человече! Слабый! Страшный! Я сильная. Иметь сильный сын. Убивать врагов!
У Лоли загорелись глаза. Я нехило так перетрухнул.
— Лоля! Отпусти и…
Огромный кулак влетел мне под дых. От боли зазвенели бубенцы.
— Где сильный Трайл?! Я знать, ты сила! Сделать мне десять сыновей! Иди в Гыма. Потом бах-бах. Моя каста не проиграть Обохухе!
На этих словах она сорвала с меня эльфийские штанишки. Просто. Сорвала. Все. Что. Ниже. Пояса.
Серый эльфийский ужик уныло висел, не в силах осознать надвигающуюся угрозу.
Орчиха ухватила малютку двумя пальцами, сжала. Я бы завизжал от боли и страха, если бы до сих пор не ловил воздух.
— Мелкий! Не бах-бах! Надо больше. Могу сделать приятно! Знать как! Бывший Трайл любил! Покажу! Смотри.
Лоля сунула палец в рот, смачно обсосала. Вытащила. Расплылась в многообещающей улыбке.
— Сто-о… ой, — простонал я.
Поздно.
Лоли развернула меня животом к стене. Прижгла ладонью по серой заднице. А потом… я почувствовал у Кольца Всевластья что-то надвигающееся, толстое. Сопротивляться было бесполезно. Оно вошло резко!
— А-а-а-а-а-а!!! — заорал я и переселился.
Теперь я истекающая Лоли, держащая палец в заднице эльфа.
— А-а-а-а-а!!!
Я проснулся.
— А-а-а-а-а!!! — визжал я, не останавливаясь. — Нет! Нет! Лучше смерть!!!
Вечерело. Я вскочил из-за стола, на котором только что уснул, пуская пьяную слюну. Вялые орки лениво зашевелились. Кроме пяти караульных и детей, нажрался почти весь лагерь. Остальные лежали кучами, уткнувшись лицами в подмышки и задницы друг друга.