Начало траектории (СИ)

Второй вызов — усталость точек. Люди выгорают. Продавцы теряют интерес. Особенно те, кто не видит, куда всё это идёт. Нужно вдохновение. Мотивация. Решение — внедрение рейтинговой системы. Август уже чертит на полях: «Значки за эффективность», «Тайные награды», «Доступ к редким позициям — только лучшим». Он понимает: если хочешь, чтобы сеть жила — она должна быть не только системой, но и игрой. Где каждый хочет победить.
  
Третий — финансы. Долги. Дыры. Кто-то недосчитал, кто-то недовёз, кто-то потерял. Отчётность становится не роскошью, а необходимостью. Решение — усиление контроля и прозрачности. Он думает о создании простой формы учёта: ручкой на листе. Подписи. Чек-листы. Не формально — а психологически: чтобы каждый чувствовал свою часть ответственности.
Но самое главное — впереди. То, чего ещё нет, но что приближается. Как грозовое небо за крышами домов:
Старшие. Гопники. Те, кто живёт на инстинктах и физической силе. Когда доходы сети станут заметными, они почувствуют запах. Придут не с договорами — а с кулаками. Как их остановить? Решение зреет: Август уже начал прощупывать, кого из старших можно завербовать до того, как они станут угрозой. Сделать частью, а не врагом. Купить не деньгами — вниманием, уважением, схемой, в которой они чувствуют себя важными.
Предательство. Он знает: Вадим — надёжен, но не навсегда. У каждого взрослого есть предел интереса. Если тот увидит, что может воспроизвести модель Августа без Августа — он попробует. Решение — не давать полного доступа. Структурировать закупки. Не зависеть только от него. Параллельные источники. Тайный дублирующий канал поставок. Безопасность — в избыточности.
И самое тяжёлое — отсутствие ядра. Люди есть. Движение идёт. Но нет тех, кто видит всю картину. Кто понимает не только «что», но и «зачем». Макс — слишком прямолинеен. Артём — умен, но медлителен. Валя — лояльна, но не амбициозна. Пока что все — исполнители. Август мечтает о тех, кто сможет строить вместе с ним. Участвовать в разработке. Делать ходы самостоятельно. Мечтает — но не спешит. Такие люди приходят не по объявлению. Их надо вырастить. Или найти. Или распознать — в самом неожиданном лице.
Решения:
Мотивация: вводить рейтинг продавцов
Ротация: менять локации, не давая застаиваться
Расширение: выйти за пределы школ. Ищем спортивные секции, ПТУ."
Он провёл пальцем по последней строчке. Потом добавил:
"Запах денег — не в купюрах. Он в темпе. В осознании, что ты строишь. Когда понимаешь, что не просто зарабатываешь, а управляешь логикой происходящего.
Пока я один. Но это неважно. У меня уже есть сеть. Есть метод. Есть шаг.
Следующий — создать ядро. Не тех, кто выполняет. А тех, кто думает.
И тогда — всё возможно."
Он закрыл блокнот. Встал. И пошёл домой. По лестнице. Вниз. Уверенно.
  
Глава 12
 
Капитал и крышка люка
 
ГЛАВА 12. Капитал и крышка люка
На третий день после обмена Август проснулся раньше обычного. Комната была полутёмной, окно приоткрыто — в щель просачивался свежий, холодный воздух с запахом талой воды и далёких костров. Утро пахло предчувствием. Тишина не давила, а сосредотачивала. Внутри — ощущение, что что-то должно измениться. Он лежал, глядя в потолок, пока не стал различать звуки за окном: воробьи на дереве, шарканье раннего дворника, отдалённый стук трамвая.
Последние два месяца он прожил, будто собирал ядерное устройство. Всё должно было быть точным: контакты, маршруты, отчётность, форматы упаковок, мотивация людей. Его сеть уже включала двадцать две точки. Четыре школы, два двора, музыкалка, секция карате. В каждой — свой человек. В некоторых — по двое, на случай сбоев. Еженедельный оборот — около восьмисот гривен чистыми. Он был на уровне взрослого, работающего человека. А иногда — и выше.
Но он не думал о деньгах. Деньги были только инструментом. Он думал о влиянии. О структуре. О защите. Потому что вместе с прибылью приходили угрозы. Чем больше движения, тем громче шаги. А где шум — там интерес.
Он чувствовал, что приближается момент, когда всё, что он выстроил, окажется на грани. Школа — не изолированный мир. За ней — улица. А на улице — другие игроки. Старшие. Те, кто не привык выстраивать схемы. Те, кто забирает, а не строит.
Он оделся — не спеша. Чёрная куртка, кепка, удобные кроссовки. День был сухой, холодный. Он вышел во двор и направился не в школу, не к киоску, не к друзьям. Он шёл на разведку.
Через два дня Саша, по его просьбе, устроил встречу. Николай. Бывший спортсмен. Сейчас — частник. Полуофициальный водитель, полуофициальный перевозчик «всего, что влезет в кузов». Его бортовой «МАЗ» стоял у гаража, в гравийной яме за рынком. Запах — дизель, резина, железо и гниющие листья.
Николай курил. Август подошёл.
— Это ты? — голос был хриплым, спокойным. — Что надо?
— Безопасное место. Точка передачи. Раз в неделю. Без имён, без разговоров. Только слово — и результат.
Николай затянулся.
— Пацан… ты это серьёзно?
— Более чем. Я не прошу. Я предлагаю.
— Что с меня?
— Принять, передать. Иногда — подстраховать. За плату. Каждый раз. Без долгов.
— А если хвост?
— Уйду. Или сам закрою. У меня есть люди. У меня есть план.
Николай молчал. Потом усмехнулся:
— Хитрый ты. Хорошо. Где точка?
— Уже выбрана.
Эта точка была под крышкой старого люка. Заброшенная вентиляционная шахта, о которой никто не помнил. Сухой бетон, железные ступени, пыльный пол. Они расчистили её втроём: Август, Артём и Макс. Принесли старый коврик, фонарик, коробки. Это стало их штабом.
Первое собрание в новом месте началось с тишины. Внизу было тепло и сухо. Без звуков. Как в капсуле.
— Мы созрели, — сказал Август. — Теперь мы мишень.
Артём молча листал блокнот. Валя поджала губы. Макс уже вертел в руках пружинную ручку, как в фильмах про шпионов.
— У нас есть выручка. И слухи уже идут. Кто-то из старших уже слышал про «движ в школе». Один парень из ПТУ спрашивал, кто барыжит значками. Это проверка. Дальше — будут действия. Угроза — неизбежна. Вопрос — кто ударит первым.
— Мы не можем бить, — сказала Валя. — Мы не такие.
— Мы не бьём. Мы предупреждаем. Мы исчезаем. У нас теперь — три уровня защиты.
Он разложил схему. Бумажную. Чёткую.
— Первый: информаторы. Два парня из ПТУ уже на связи. За музыку, за сигареты. Второй — маршруты отхода. Каждый знает два. Третий — укрытие. Под люком всегда запас. И деньги, и товар.
— А если… — Макс поднял глаза, — если они придут всё равно? С кулаками?
— Никто не геройствует. Если давят — отдаём. Деньги — ничто. Сеть — всё. Мы — не армия. Мы — поток. Поток не бьют. Поток обтекает и возвращается.
Тишина. Потом — медленные кивки.
— Ещё одно, — добавил Август. — Николаю можно доверять. Но не полностью. Он взрослый. Взрослые — не вечны. Поэтому параллельно ищем дублирующий канал. Точка вне района. Запасной маршрут. Кто возьмётся?
— Я, — сказал Артём.
— Хорошо. С тебя — отчёт.
Когда все ушли, он остался. Посидел на бетонной плите. Потом открыл дневник:
"Структура на грани перехода в горизонтальный режим. Я не управляю — я направляю. И это опасно. Если исчезнет центр, всё рухнет. Надо построить ядро. Пока его нет. Макс — исполнитель. Валя — эмпат. Артём — аналитик. Но они не видят всей карты. Не держат дальний горизонт.
Что дальше:
— Контроль за конкурентами. Пресечь копирование схемы. Мягко. Через блок доступа к товару. — Устойчивость точек. Ввод рейтинговой мотивации. — Параллельные маршруты. Вторая сеть — на случай обвала. — Ищем первых взрослых союзников. Но не друзей. Контрактников.
  
И главное — скрытность. Сеть работает, пока её не видно. Как только появится имя — появится мишень."
Он закрыл тетрадь, поднялся по лестнице. На улице уже смеркалось. Люк он закрыл сам. Аккуратно. Без звука.
Мир снаружи оставался прежним. Но внутри него уже жила Империя. И она росла. Молча. Как корни под землёй.