Все решают пешки (СИ)
Всего их было шестеро, два мужика, на вид лет сорока, три женщины чуть помладше и мальчишка пяти-семи лет. Агрессию они проявлять не стали, но держаться старались на расстоянии, не поворачиваясь ко мне спиной. Я тоже не стал брать в руки лук, чтобы не провоцировать людей почем зря, да и толку от него, в случае чего, не особо много. Когда вежливо попросил быка остановиться и он меня послушался, поймал на себе недоуменные взгляды, в ответ на что лишь улыбнулся.
Вежливо поздоровался с ними и спросил куда они идут, на что мне довольно грубо ответили что это не совсем мое дело. Что-ж, ладно. Я сделал вид что их больше для меня не существует и собрался, было, ехать дальше, но пацан подбежал к Жаку, от чего тот даже попятился назад, и спросил меня можно ли погладить зверушку. Я рассмеялся и сказал чтобы спрашивал у самой зверушки, ибо не могу принимать за нее столь важные решения.
Его попыталась оттащить одна из женщин, видимо мать, но Жак на нее слегка рыкнул, от чего та в испуге замерла. Мужики в тот же миг похватали дубины, но бык начал бить копытом и их пыл так же поубавился. От этой картины мальчик лишь заливисто рассмеялся и, обращаясь к Жаку, спросил.
— Дядя бык, можно вас погладить? — дядя бык… Я хохотнул, а бык, утвердительно кивнув, подошел к нему и ткнул мокрым носом в маленькую ладошку.
Мальчик очень обрадовался и гладил морду, размером практически с него самого, минут пять, а потом начал дергать за рога. Пока Жак стойко выдерживал это испытание, я предпринял еще одну попытку наладить контакт, все равно делать нечего, а ребенка обижать, забирая такую интересную игрушку, не хочется.
— Товарищи, добрее быть надо! — обратился я ко всем взрослым, укоризненно покачав головой. — Я же вам ничего плохого не сделал, а вы грубите…
— Ну… Мы это… Мало ли кто ты… — замямлил один из мужиков и потупил взгляд, но остальные его не поддержали, все так же настороженно глядя на меня.
— Ты чего от нас хочешь? — подал голос второй, худощавый, невысокого роста дядька. — Дай угадаю, предложишь нас подвезти и отвезешь к своим дружкам, где они нас и прикончат, а баб секс рабынями сделают? — я окинул взглядом женщин, и не понял нахрена их брать в рабство. Тетеньки не первой свежести. В голову полезли всякие гадкие мысли и я даже встряхнул головой, пытаясь их выбросить.
— Да нахер вы мне сдались, идите уже куда шли, — у меня пропало всякое желание продолжать разговор, не хотят со мной идти, ну и не надо, по пути меня человек двадцать точно ждет. Дождусь когда пацан наиграется и поеду дальше, и так времени на них многовато потратил.
Мать мальчика снова к нему подошла и силой оттащила от Жака, гневно глядя на меня. Бык посмотрел на это безобразие, вздохнул, и потащил повозку дальше. Люди проводили нас взглядом, не решаясь идти следом, а я сидел и думал. По идее они ведут себя глупо, встречая всех сразу в штыки. Например сейчас у них была возможность осесть в неплохом месте, где относительно безопасно и хватит на всех еды.
Или это я идиот? Ведь относись они к людям иначе, любой ублюдок просто развел бы их, как меня в свое время Михаил. Ладно я, дуракам везет, но у них маленький ребенок, которого надо кормить, поить, одевать. А сколько уродов ходит вокруг? Уверен, подавляющее большинство. А значит логичнее просто слать куда подальше всех встречных. Если слышишь странный шум в подвале, лучше выстрелить, перезарядить и еще раз выстрелить, чем стоять и спрашивать "кто здесь?". И это так.
Но к сожалению в моем случае все же придется идти с людьми на контакт. Доверять каждому первому я конечно не стану, но теперь у меня есть возможность видеть ложь. Как минимум откровенную.
Пока добрался до владений Анастаса, ко мне присоединилось пять человек, парень лет двадцати пяти, два мужика неопределенного возраста, очень похожие на собутыльников, и две довольно симпатичные девушки, на вид лет двадцати-двадцати пяти.
Желающих было гораздо больше, но лишь эти пятеро без вранья положительно ответили на мой вопрос, можно ли им доверять. Это подтвердило мою теорию о том что большинство людей — подлое и мерзкое говно. Хотя, скорее, не так. Большинство выживших людей. Наивные и добрые передохли в первые дни. Я то не сдох исключительно по счастливому для меня стечению обстоятельств, можно сказать обманул естественный отбор. Даже не обманул, а жесточайше наебал, похлеще цыган сработал.
Границу владений "его величества" заметил сразу. Еще бы, прямо по ней выстроились двадцать суровых щей с гербами, изображающими какую-то хероту, вывешенными на груди у каждого. Мои пассажиры напряглись, поняв что эти ребята встречают именно нас, но я объяснил им что это всего лишь деловая встреча. Но это не точно.
— Именем Великого Анастаса, приказываю остановиться! — заблеял один из… Наверно солдат, так как все они вооружены.
Я послушно затормозил, и они тут же окружили повозку, от чего Жак наклонил голову и забил копытом по дороге, готовый в любой момент раскидать этих дурачков как кегли. По лицам тех кто стоял спереди можно было сказать что летать они сегодня совсем не хотят, но и отойти не могут.
— Чего столпились? Видите, животное напугали. А когда это животное пугается, обычно следом пугаются все остальные. Расступитесь и давайте поговорим по-нормальному.
Тот солдат, что приказал мне остановиться, видимо главный у них, решил показать свою крутость. Еще бы, стоит дальше всех от быка. Он подошел к повозке, и, что есть силы стукнув металлической палкой по борту, начал орать что-то про то что именно он здесь отдает приказы, очевидно, исключительно именем Великого Анастаса. Очень интересно его увидеть уже, а то это имя тут из каждого кустика звучит.
Жак, услышав громкий удар палкой об борт у себя за спиной, дернулся и начал разворачиваться, от чего прицеп чуть было не перевернулся, встав на одно колесо. Двое моих пассажиров выпали наружу, остальные, и я в том числе, просто попадали на пол, хватаясь за борта. Зрелище позабавило солдат, и они заржали, а их главарь начал бросаться оскорблениями, пытаясь нас унизить, я так и не понял зачем, но тем самым он лишь подливал масло в огонь. В огонь моего полыхающего пердака.
Я терпеливо дождался когда Жак поймет, что с прицепом на хвосте он не боец, и не остановится. Прицеп остановился и я встал в полный рост, на ходу напитывая руки хаосом. Солдаты все так же стояли и ржали, и я, воспользовавшись этим, спрыгнул с прицепа и подбежал к ошейнику на быке. Веревки жалко, но времени сейчас нет. Одним рывком сорвал с Жака все что ему мешало двигаться и еле слышно, на ухо, попросил никого по возможности не убивать, одновременно влив немного хаоса в и без того очень убедительную тушку.
Смех прекратился ровно в тот момент, когда раздался яростный рык, от которого у меня даже уши заложило. В следующую секунду, так и не поняв что же происходит, в воздух поднялось сразу четверо солдат. Жак даже разгоняться не стал, просто подцеплял и подкидывал на пару метров вверх рогами всех кто попадался на его пути.
Я бы мог любоваться этим зрелищем вечно, но меня отвлекли двое пришедших в себя солдат, находившихся ранее сзади от повозки. Заметил их вовремя благодаря одной из девушек, что сидели в прицепе и не понимали что вокруг происходит. Она крикнула мне "Сзади!", и я обернулся ровно в тот момент, когда дубинка уже летела мне в голову. Увернуться не успеваю, внешней энергией тоже не уведу, все-таки тяжеловата.
Встретил дубинку горящей красным пламенем рукой и тут же попытался поразить ее хаосом. Она с треском развалилась на несколько частей, слегка травмировав мужика, сжимающего ее, а я, не теряя времени, ударил его наотмашь кулаком в голову. Усиливать удар не стал, иначе он точно не выживет, ведь я хоть и слаб в медицине, но по-моему если мозг разлетается на ошметки, человек обычно погибает. Моего удара и так хватило, бедолага просто упал без чувств.
У второго моего противника что-то щелкнуло в мозгу, и он, осознав всю тщетность попыток ударить меня палкой, бросил свое оружие и стал убегать. Через пару шагов его снес Жак, все это время развлекающийся игрой в боулинг и искусно отыгрывающий роль шара.