Последняя черта (СИ)

— Пусть она расскажет прибывшим на выстрелы ментам о том, что здесь произошло, — ответил Ворон на невысказанный вопрос Лёхи. — В качестве благодарности за спасение, — фыркнул он в сторону изумлённо поднявшей брови бабочки. И добавил ей же. — Не ссы, тебя не загребут, если не ошибёшься в легенде.
— И я останусь тут одна? — возмутилась проститутка. — Одна слабая женщина против вооружённого отряда?
Ворон вздохнул, но её правоту признал. За таким следить нужно, кто знает, насколько надёжно совесть закроет ей рот, и закроет ли вообще. Но она вела себя тихо и разумно, смотрела честно, да и поняла всё с самого начала — такой можно и доверить простенькое задание.
— Я останусь проследить за ней, Лёх, — добавил Ворон. — Заныкаюсь где-нибудь. Как всё закончится — напишу.
Алиса резко повернула голову, прищурившись.
— Да ну нахер такое. Сюда скоро всех погонят, а ты хочешь в этом клоповнике остаться? Где?
На ум просилась рифма, но Каста её проглотила, просто сверля парня совсем не добрым, испытывающим взглядом. С одной стороны, она понимала ситуацию, а с другой — ей крайне не хотелось Ворона здесь оставлять. Одного. Против слишком уж большого скопления ментов и возможности быть обнаруженным.
— Алиса, успокойся, — сморщилась Марципан. — Чё с ним будет? Хуже таракана, и тех задавить проще.
— Тут есть чердак, — пожал плечами Ворон. — Уж куда-куда, а туда заглядывать вряд ли станут. Им интереснее быстро дело закрыть, чем в нём разбираться.
Опять она смотрела на него так, что где-то что-то защемило. Только одна так умела. Никакие шлюхи не могли бы подарить ему это чувство важности для другого человека. Ворон улыбнулся только ей и проговорил мысленно: «Я ведь обещал, всё будет хорошо».
— Только попробуй им попасться, — выдвинула требование Алиса, подходя к нему вплотную и приподнимая подбородок указательным пальцем. — Я тебя вытащу, конечно, но простыми ругательствами не отделаешься.
И пусть это была чистой воды угроза, читалось в ней «в порошок сотру», но в серых глазах можно было отыскать беспокойство.
— А ты, — обратилась Каста к шлюхе. — Если попробуешь выкинуть что-то — я тебя найду. Усекла?
Бабочка неуверенно кивнула, в этот же момент вернулась Меланхолия. Покачала головой, пряча пистолет обратно под кофту.
— Изабель, через пять минут включай камеры, — говорил Лёха, спешно выходя из участка. — Ворон будет где-то на чердаке. Мы будем дома через час-другой.
Изабель пробормотала что-то среднее между «угу» и «ага», хрустя на заднем плане каким-то фастфудом, и дверь за Доктором, последним выходящим из здания, захлопнулась.
  
Дополнение | День, улица, врачи и крыша ч.1
 
Тепло тела всегда успокаивает. Особенно, если тело тебе родное, знакомое до каждого шрамика. Наверное, это было единственной причиной, по которой Алиса осталась в одной рубашке и нижнем белье, а с Ворона наоборот была стащена футболка. Она повисла на нём со спины, обнимая за шею, а он сидел на краю матраца в квартире с ободранными обоями, держал в зубах сигарету и что-то рассказывал про ствол. Его же держал в руках. Иногда вынимал сигарету, стряхивал пепел и вставлял обратно.
На его речь особо Алиса внимания не обращала — в одно ухо влетало и задерживаться не собиралось. Её интересовало исключительно его тепло, которое сейчас являлось чёртовым спасением и уютной своеобразной защитой от затянувшегося кошмара. Темные волосы, рассыпанные по шее, щекотали лицо, иногда Алиса фыркала на них, а иногда наоборот зарывалась, замирала так и убеждала себя, что в безопасности.
— ...После Второй мировой войны у австрийцев на вооружении был только «кольт» и «вальтер», плюс ещё что-то по мелочи. — То, что его отец называл историей, на самом деле являлось лишь историей оружия, но между тем было одним из любимых «предметов» Ворона того времени. — И они решили устроить конкурс, кто предложит им новую пушку. Условия у них были ебанутые, но вполне себе оправданные: безопасность, эффективность, надёжность. Тогда-то и заявила о себе маленькая фирма «глок». Конкурс они, правда, не выиграли, его выиграла «беретта», но пистолет австрийцы потом всё равно закупили, потому что хорош. Сама посмотри: корпус полимерный, лёгкий, в руке лежит идеально, держать удобно засчёт отсутствия выемок под пальцы — и нахера вообще они это добавляли в предыдущих поколениях? У него свободный ход, хорошая кучность, конечно же, «парабеллум»... а ты, разумеется, меня не слушаешь, — фыркнул Ворон, но не обиделся. — Правда, его явно то ломали, то чинили, да и обращались хреново... не цепляй никаких модулей, да и фонарь не стоит, пусть спокойно свой век доживает. Зато стоит ударник, и из него всё ещё можно стрелять под водой, хотя было бы неплохо под это закупить другие патроны... из-под воды вообще весело стрелять, — вдруг вспомнил какую-то историю Ворон и улыбнулся. — Во-первых, можно насрать на глушитель, во-вторых, труп тащить недалеко.
 
Пауза, чтобы вернуться к пропущенной мысли.
— Да, точно, свободный ход... Я не помню, какой у тебя, если короткий, то может оказаться непривычно, — предупредил он. — Если удивит, не обращай внимания, стрелять он от этого не перестанет, а быстро жать спусковой крючок и при коротком ходе вредно. Лучше потратить пару миллисекунд, чем насиловать пушку. Ведь главное — не выстрелить, главное — попасть…
— Зачем срать на глушитель? — запоздало отозвалась Алиса, совершенно не понимания контекста. — В смысле?.. А. Ты про это. Ну...
Теперь предстояло как-то выкрутиться. Становилось неловко. Но про «свободный ход» в голову лезли почему-то одни пошлые ассоциации, и она нахмурилась, окончательно потеряв линию повествования.
— Кто-то обещал мне помочь набить руку, а у меня флешбеки пар по истории, — пробурчала девушка, сползая и устраиваясь у Ворона на коленях. — Ты же понимаешь, что я все равно ничего не запомню, да?
— Бери и стреляй, — пробурчал Ворон, почувствовав себя бесполезным, и вернул Алисе ствол. — Руку ты по-другому не набьёшь. А с головой можно было бы что-то сделать...
Он вздохнул, но смирился. Да, чёрт возьми, его лекции никогда Алису не интересовали, но сама возможность с кем-то поделиться уже была наградой. Да что уж там — поделиться, просто с кем-то быть... хотя и по такому дерьмовому поводу.
— В кого? В стены? — она скептически огляделась. — Чтобы любимые соседи позаботились о моей безопасности и вызвали ментов? Ты в курсе, что они тебя за наркомана держат?
Лично Алису за кого только ни держали, но к взглядам в затылок она даже слишком привыкла. Вообще ситуация выходила забавная, потому что её за нарика никогда не принимали, только за шлюху или просто «потерянную».
— Можно, конечно, пойти куда подальше от людей, но не хочется, — честно призналась девушка. — Вообще ничерта и никуда не хочется. Расскажи что-нибудь ещё, а? Я слушаю, правда. Просто не всё понимаю.
И улыбнулась. Мозг давно отказывался воспринимать большое количество информации разом.
«Слушает она…» — но всё равно Ворону нравилось. И раз уж о пушках не зашло...
— Однажды моя тётка послала меня за водкой, — резко сменил тему и настроение разговора Ворон. А когда ещё рассказывать о себе? Особенно, если готовы слушать. — Я был совсем мелким пиздюком, лет двенадцать, в магазе меня уже знали... Взял карточку, пошёл, а у нас там гаражи, пригород, говнища везде. А тут вижу, электокар большой, белый, типа скорой, открытый. И никого вокруг, только шум неподалёку. Что-то в голову ударило: «А чо она стоит тут? Вдруг в хозяйстве пригодится...». Ну и залез я туда, а ключи — в зажигании. Мозги бы включить и понять, что херню творю, но нет, выехал, даже какие-то правила знал уже, ехал к дому, а вокруг всё темнее и темнее становилось... Совсем нихера не видел почти...
 
Ворон не выдержал и улыбнулся. Смешная история была, хотя тогда он знатно обоссался.