Солдат Рон (СИ)

Рон же решил не задерживаться в Марокко надолго, тут будет жестокая война, “модернизации” он проводил под дезиллюминацией, да и вообще, его личности никто не знает, так как он регулярно пьёт оборотное зелье, которое готовит на основе ДНК одного совершенно левого бомжа из трущоб Касабланки.
Поэтому, он свалит обратно в Англию ещё до того, как НАТО неприятно удивится невероятным свойствам зенитных ракет и стареньких ракетных катеров. Он это обсудил с Дольфом, тот его не держал, у него очень хорошие предчувствия насчёт грядущей военной кампании. Рон же считал, что Дольфу пи№%ец.
- Ты же понимаешь, что проиграешь экономически? – спросил Рон.
- У меня всё рассчитано, Ронни! – рассмеялся Дольф. – Эндшпиль моих дел с наркоторговлей заставит американцев ненадолго забыть об операции. Всё узнаешь из новостей.
- Не люблю узнавать такие вещи из новостей. – раздраженно проговорил Рон. – Выкладывай.
В прошлый раз, буквально две с половиной недели назад, Рон узнал из новостей о сокрушительном для ФРГ теракте в Берлине. Злоумышленники подорвали Бундестаг специально во время всеобщего собрания. И Рон косвенно участвовал в этом. Одноразовые коробки с расширенным пространством, под завязку начиненные взрывчаткой, были заброшены на крышу с угнанного журналистского вертолёта, а потом Бундестаг перестал существовать, а по всему району выбило оконные стёкла. Паралич власти РАФ использовал максимально эффективно, ведь эта акция была их работой. Избежавшие наказания нацисты, в количестве двух с лишним сотен лиц, были убиты на работах, в своих домах, в парках и торговых центрах. И в отличие от предыдущих, весьма спорадических устранений, это носило массовый характер и сопровождалось отправкой доказательной базы преступлений, какую накопали за всё это время оперативники РАФ, в СМИ. Примечательно было последовавшее через неделю обращение к РАФ от премьер-министра Израиля, Биньямина Нетаньяху, который “осуждал совершенные действия, по причине которых погибло множество невиновных, порицал их неясные связи с арабскими экстремистами и считал неприемлемыми их методы”, но как-то не очень убедительно. Будто соблюдение формальности, но на деле пока что непонятный намёк Дольфу. Может, они готовы поделиться информацией? Впрочем, то проблемы Дольфа, не Рона. Он сам гасить стариканов-нацистов не поедет, лучше пусть будет что-то мирное. Ага... Например, зачарование ракет...
Сделку с совестью Рон уже заключил. Не он нажал на кнопку детонатора в Бундестаге, не он выпустит ракеты в американские авианосцы, не он будет вступать в опасное противостояние со всеми силами НАТО. Он уже почти получил свои денежки, и когда запахнет огнём и кровью, просто уедет домой. Воландедрот намного безопаснее, чем точечные бомбардировки и полномасштабное вторжение.
Теперь нужно лишь дождаться первых сигналов... Рон немало ночей провёл, обдумывая ситуацию, по идее можно было убраться куда-то в другое место. Но нужны деньги, так как заказы отцовской компании отменены, ввиду эвакуации за рубеж, некоторые ингредиенты испортились, чистый убыток колоссальный. Родители с братьями сейчас в Новой Зеландии, прячутся от разыскивающих их Пожирателей и их осведомителей и почти не занимаются производством артефактов. Рон выяснил всю подноготную ситуации ещё по дороге в Марокко, там же и принял решение не пережидать, а заработать денег. Снова посетила постыдная мыслишка о захвате Поттера, Грейнджер и Лонгботтома. Прочь её.
Сейчас важно другое. Роновский приличный капитал, собранный за эти месяцы, спасет семейный бизнес и манор не улетит с молотка. А ситуация... Неоднозначна с моральной точки зрения, попахивает гнильцой и поддержкой злых ублюдков, но pecunia non olet. (1) Семья важнее всего.
 Лонгботтом-мэнор 
- Доброе утро, дорогая. – Невилл потёр живот и уселся за стол, на который уже накрывал домовой эльф. – Доброе утро, бабушка!
- Доброе утро. Дорогой. – презрительно процедила Беллатриса, ещё недавно Лестрейндж.
- Больше любви и уважения! – прикрикнула на неё Августа Лонгботтом. – Доброе утро, внучок!
  
Беллатриса бросила испуганный взгляд на палочку, к которой потянулась новоиспеченная свекровь. Через силу ей пришлось выдавить любящую улыбку:
- Доброе утро, дорогой!
- Так-то лучше. – произнесла Августа. – Какие планы на сегодня, Невилл?
- Буду в тренировочном зале, Белла покажет мне несколько новых заклинаний, это до вечера. А вечером... – Невилл посмотрел на Беллатрису, предвкушающе облизав губы.
- И чтобы без сюрпризов, дрянь. – тихо предостерегла Беллу Августа.
Беллатриса, после трёх недель дозированных пыток “Круциатусом”, которые чуть было окончательно не свели её с ума, согласилась на условия, предложенные Лонгботтомами. Дюжина непреложных обетов по вопросам безопасности семьи Лонгботтомов, официальный брачный обет при свидетеле, и ещё один обет, по условиям которого она должна родить Невиллу как минимум одного мальчика и одну девочку, а пол третьего ребенка не важен. Любое отклонение от обета – мучительнейшая и долгая смерть, на фоне которой “Круциатус” сойдет за щекотание пером.
Беллатриса согласилась на эти условия из отчаянья, так как Лорд всё не приходил, а состояние разума стремительно ухудшалось. И очень хотелось жить. Хоть как-то.
- Вернешь мне Фрэнка и Алису. А третьего или третью за горе и пролитые слёзы. – выговорила Беллатрисе Августа, затем отложила вилку и столовый нож и обратилась к внуку. – Ты уж постарайся, внучок, хочу участвовать в воспитании твоих детей.
Невилл смущенно потупил взор. Всё же было что-то ненормальное в изменившемся поведении бабушки, которая загорелась идеей получить правнуков любой ценой.
 Годрикова Лощина. 30 декабря 1997 года 
- Невилл не придёт? – спросил Гарри без особой надежды. – Полумна?
Гермиона отрицательно покачала головой. Трепещущее пламя костра, овраг в миле от Лощины. Отряд Дамблдора стремительно растаял под гнётом всё ухудшающейся обстановки. Их и так было не очень много, а из Клуба “Охота и Рыбалка” никто присоединяться к их борьбе не захотел. Джордан даже разговаривал с Гарри как с почти состоявшимся покойником, не прямо, но было понятно по сочувствующим интонациям и попыткам приободрить его. Ох, сколько они бед пережили вместе, а теперь вот ещё и Невилл перестал отвечать на письма. Впрочем, как и Полумна.
- Мы вдвоём... – Гарри грустно улыбнулся своей возлюбленной.
- Нас достаточно. – с преувеличенной уверенностью ответила на это Гермиона.
- Может бросим всё и уедем куда-нибудь? – с затаённой надеждой спросил Гарри.
- А как же пророчество? – удивленно спросила та.
- Мне кажется, формулировки слишком расплывчаты, так как под описание Невилл подходит не меньше чем я. – Гарри потыкал в костер веткой. – Это Дамблдор хотел, чтобы Избранным был именно я, да и шрам...
- Решать тебе. Я всё равно буду с тобой, что бы ты ни выбрал. – решительно заявила Гермиона.
- Тогда, может... Австралия? – вопросительный взгляд Гарри выражал неприкрытую надежду.
- К моим родителям? – задала риторический вопрос Гермиона. – А давай! Я восстановлю им память, устроимся в сиднейском магическом районе...
- ... выходи за меня. – выбрал “удачный момент” Гарри.
- Что?! – Гермиона потрясенно уставилась на Гарри.
- Бросим всё, уедем в Австралию, купим домик, у меня очень много денег, Герми... – Гарри с каждым словом говорил всё менее уверенно. – Ты выйдешь за меня?
- Конечно, да! – после недолгой потрясенной паузы, лучезарно заулыбалась Гермиона. – Может теперь обнимешь меня и поцелуешь так, как будто только что получил моё согласие?
Гарри радостно обнял её и впился ей в губы долгим поцелуем. Аппарировали в процессе.
 Дом Лавгудов 
- Письмо! – неизвестный Пожиратель Смерти в маске схватил сову. – От Поттера!
- Отследить можешь? – тут же включился сидевший перед Ксенофилиусом второй Пожиратель.
- Я больше никогда не буду лезть в птичьи мозги, слышишь? Никогда! – огрызнулся первый Пожиратель, разорвав конверт и вчитываясь в текст письма. – Надо тебе, сам и отслеживай! Всё равно там никого уже нет.