Птицы

– Ну да! – ехидно воскликнул обладатель голоса Арабеллы. – И откуда бы ему взяться?!
– Мне мистер Хэмм дал! – непонятно зачем признался Финч. – У него остался со времен войны!
– Нет, ну он точно из ума выжил! – возмутились из-за дверей. – Я еще понимаю безвредные аппараты для дыхания! Но дать ребенку револьвер?!
– Никакой я не ребенок! – воскликнул Финч, но ворчание с этажа продолжалось:
– Может, он бы еще тебе свою бомбу дал?
Финч поморщился. Это был не Кэрри. За дверью действительно стояла Арабелла. Откуда бы Кэрри узнал об аппаратах для дыхания или о бомбе мистера Хэмма? Да и вообще, так занудно и высокомерно ворчать могла только одна на всем свете девчонка. Кэрри точно был выше этого.
И все же вентили страхов и подозрений были в голове Финча уже как следует откручены. Он решил удостовериться на всякий случай:
– Если ты и есть гадкая рыжая Арабелла Джей из девятой квартиры, – начал мальчик, – то откуда ты знаешь, что я дома? А не в гремлинском приюте, куда меня чуть не упекли! Из-за тебя!
– Только что узнала! Я спустилась за почтой, и там миссис Поуп как раз жаловалась мистеру Дьюи, что в наше время ни на кого нельзя полагаться, даже на якобы надежных приютских ищеек, ведь они отпускают таких зловредных беспризорников, как Финч из двенадцатой квартиры.
Это звучало правдоподобно и вполне в духе миссис Поуп. Больше сомнений не оставалось: за дверью стояла Арабелла. И тем не менее миндальничать с этой подлой предательницей он не собирался. Финч нехотя опустил револьвер, искренне жалея, что он не кто-то там, а джентльмен и не может выстрелить в эту рыжую через дверь. Несмотря на то, что она это заслужила.
– Убирайся! – велел он. – Не хочу с тобой разговаривать!
– Никуда я не уйду! – упрямо ответила Арабелла. – Впусти меня!
– Не впущу! Из-за тебя меня чуть не отправили в приют!
В ответ девочка промолчала. Видимо, она пыталась что-то придумать: какое-то извинение или оправдание, но, очевидно, ничего не придумывалось. Тишина затягивалась.
Финч решил, что Арабелла ушла, и даже обиделся. Как она могла просто взять и уйти?! Так нечестно!
– Ты здесь? – осторожно спросил он.
– Да, – ответила Арабелла. – Мне очень жаль, что я выдала твою тайну. Я просто хотела разузнать у мамы… А мама… Только она услышала «Гелленкопф», как сразу же…
– Все равно уходи! – Финч был непреклонен. – Больше не хочу, чтобы ты помогала мне искать дедушку! Это моя тайна, и я ее у тебя забираю!
– Ну и ладно! – оскорбленно бросила Арабелла. – Можешь дуться, сколько тебе угодно! А я сама выясню, что нужно дяде Сергиусу от мадам Клары! А это – мой дядя! В смысле не-дядя! И это моя тайна!
Финч закусил губу. С одной стороны, он был очень зол на Арабеллу, но с другой, обе тайны сплелись так крепко, что и не расцепишь: и исчезновение дедушки, и коварные планы Горация Горра с его компаньоном, который действует через Сергиуса Дрея. Заговорщики строили козни против мадам Клары, а он, Финч, не мог допустить, чтобы им удалось привести свои замыслы в исполнение. Мадам Клара важнее его обиды на Арабеллу.
– А еще я знаю, как выяснить, что задумал дядя Сергиус, – добавила Арабелла.
И это все решило.
Финч отпер дверь.
Несмотря на собственные слова, Арабелла и ее важно вздернутый нос не отправились раскрывать тайну самостоятельно. Девочка стояла за порогом и боязливо глядела на Финча: ей было действительно стыдно за свой поступок, и она не знала, насколько сильно он злится.
Финч хотел что-то сказать, но не успел он выговорить и слова – даже просто опомниться, как коварная рыжая прошмыгнула в квартиру, как курносый таракан. Все, что ему осталось, – это подозрительно выглянуть на площадку (не притаился ли там кто) и быстро запереть дверь.
Финч огляделся в поисках Арабеллы, но ее нигде не было. И тут он услышал чирканье спичек. Чирканье раздавалось с кухни. Ожидая, что эта злопамятная девчонка решила сжечь его квартиру из-за того, что он заставил ее извиняться или еще по какой-то непонятной причине – кто этих женщин разберет? – Финч вошел в кухню.
 
Он был даже немного разочарован: девочка просто разожгла печку и поставила на нее чайник. «Ну вот, – подумал он. – Только пришла, а уже хозяйничает!»
В руках у Арабеллы был конверт, судя по всему, запечатанный. Держала она его зачем-то прямо над чайником, с которого предварительно сняла крышку.
Увидев недоуменный взгляд Финча, девочка пояснила:
– Конверт принесли для дяди Сергиуса. Он очень его ждал и каждые пятнадцать минут отправлял меня поглядеть, нет ли письма. Значит, это что-то важное!
– И что ты с ним делаешь? – спросил Финч.
– Хочу открыть конверт и прочитать, что там!
– Но мистер Дрей разозлится, что ты читала!
– А он ничего не узнает.
– Как это?
Арабелла наделила его взглядом, в котором явно сквозило: «Ну как можно быть таким глупым?»
– Я открою конверт, прочитаю, что в письме, а потом снова запечатаю, – сказала она. – И дядя Сергиус ничего не заметит. Как будто конверт и не распечатывали. Клей растает на пару, и конверт откроется.
– Но это же невозможно! – начал спорить Финч. – Мистер Дрей узнает, что ты открывала!
– А вот и нет. В книге «Двадцать четыре ступени на восток» Эдита Холланда шпион мистер Кинниган ловил других шпионов. И он открывал конверты, держа их на пару. Он часто так делал, проверяя корреспонденцию. И никто ни разу не догадался, что их письма читали.
– Может, это просто выдумка?
– А вот и нет, – уверенно заявила Арабелла. – Я прочитала все об этой штуке! Это так интересно! Называется перлюстрация. И я так уже делала.
– Кто бы мог подумать, – саркастично заметил Финч.
– Да, кто бы мог подумать, что мне это понадобится для расследования тайны, когда я открывала письма, адресованные маме от тетушек Агафины и Уиллоу. Но там были скучные описания их котов и длинные занудные рецепты пирогов, а здесь точно должно быть что-то интересное. – Она вонзила в Финча пристальный взгляд. – Ты лучше расскажи, что случилось, когда тебя забрала эта ужасная женщина мадам Гриппен? Почему эти монстры из приюта тебя отпустили? И зачем тебе револьвер? И откуда у тебя это? – Она ткнула пальцем, указывая на ссадину на лбу мальчика.
Финч вздохнул и принялся рассказывать о том, что произошло с момента, как он вчера сел в бордовый трофф, и до того, как она постучалась к нему в дверь этим утром. Пока он говорил, печка наконец раскалилась, и вода в чайнике стала потихоньку подогреваться.
– Убийца! Настоящий! – воскликнула Арабелла, когда мальчик закончил свой рассказ. Она выглядела испуганной. – Может, стоит сообщить мистеру Перкинсу?
– И что он сделает? – проворчал Финч. – Стукнет дубинкой падающий снег, как громилы мадам Гриппен?
– Да, – согласилась Арабелла. – Вряд ли мистер Перкинс справится с этим Кэрри, но вообще… – она задумчиво почесала нос, – это все очень странно. Сомневаюсь, что Кэрри и правда хочет тебя убить.
Финч возмутился:
– Что?! Конечно, хочет!
– Почему? В смысле, зачем ему это?
– Не знаю. Может, он спятил или я мешаю каким-то его делам. Точно! Я стою у него на пути, вот он и…
Арабелла покачала головой.
– Кэрри же очень опасный профессиональный убийца – если я правильно поняла, он мог тебя убить еще в Горри. А вместо этого… что он сделал? Не дал забрать тебя в приют, потом гнался за тобой до самого дома и написал записку, что он знает, где ты живешь. Убийцы обычно не предупреждают своих жертв. Похоже на то, что он просто хочет тебя запугать и пытается сделать так, чтобы ты сидел здесь и боялся высовываться.
Слушая Арабеллу, Финч все сильнее злился. И хоть в ее словах была логика, он не хотел признавать то, что пережил такую страшную ночь напрасно, а еще ему стало обидно: если она права, это значило, что Кэрри повел себя как обычный взрослый – просто сделал так, чтобы назойливый мальчишка не путался у него под ногами.
– Ты ничего не понимаешь, – сказал Финч, упрямо отталкивая от себя подкрадывающееся чувство облегчения от того, что его не хотят убить. – И не знаешь, что думает Кэрри. Не лезь в его голову. Ему бы это не понравилось. И вообще это мой убийца – мне лучше знать.