Птицы

Финч уже видел такое лицо! Сидевшее на скамейке у школы толстое существо выглядело точно так же! Только этот незнакомец был не в пример стройнее, а еще от него разило опасностью.
В вытянутой руке он сжимал револьвер, нацеленный прямо на мадам Клару.
Няня, впрочем, не выглядела даже чуточку испуганной. Она сказала своим обычным холодным тоном:
– Здравствуй, Кэрри.
Финча этот Кэрри будто бы и вовсе не замечал. Либо не считал его хоть какой-то угрозой. По правде, сам Финч тоже себя угрозой не считал.
– Клара… – голос существа с револьвером на миг дрогнул, но незнакомец тут же взял себя в руки: – Я знаю, зачем ты здесь.
– Неужели?
– Ты не сможешь мне помешать.
– Я и не пытаюсь, – заверила его мадам Клара.
Незнакомец покачал головой и гневно свел тяжелые белые веки. Он мог выстрелить в любое мгновение, но мадам Клара по-прежнему сохраняла спокойствие. Вот только на этот раз оно почему-то Финчу не передалось. Он боялся – и намного сильнее, чем когда понял, что идет вверх по стене. Его сон все отчетливее начал напоминать кошмар. Помимо прочего, мальчика мучили вопросы: что это за существо? О чем они говорят с мадам Кларой? А еще: где, интересно, шьют такие… живые костюмы?
– Я ведь знаю, что ты не поддерживаешь его решение, – процедил Кэрри. В отличие от мадам Клары, он выглядел напряженным, и это несмотря на то, что напротив него стояли всего лишь женщина с коляской и мальчишка.
– Я не поддерживаю его нынешние методы, – мрачно уточнила мадам Клара. – Не тому я его учила. Воспитанные дети так себя не…
– Дети?.. – презрительно поморщился Кэрри. – Он давно не ребенок. Мы все давно не дети, о чем ты, видимо, постоянно забываешь.
– Нет, я помню, – совершенно безэмоционально сказала мадам Клара.
– Ты нам не мать, Клара, – проскрежетал Кэрри.
– И это я помню.
– Тогда как ты можешь нам указывать?
Она подошла чуть ближе, и существо в костюме цвета снежной ночи взвело курок. Финч замер от ужаса. Сейчас он выстрелит!
Но мадам Клара не боялась.
– Я не указываю, – сказала она; в ее голосе появились ласковые нотки, будто она пыталась успокоить Кэрри. – Всего лишь прошу. Остановись. Он сам пожалеет об отданном приказе. Но будет уже поздно.
То, что ответил ей на это Кэрри, испугало и взволновало Финча так сильно, что он едва не дернулся, отчего, следовательно, едва не схлопотал пулю.
– Одноглазый прочитал в своих Нитях, что Гелленкопф схватит беглецов. Я должен его опередить.
«Что?! – пораженно подумал Финч. – Гелленкопф? Это же то самое имя, которое назвал мистер Хэмм! То, которое он услышал от Человека в черном! Этого просто не может быть! И что это за беглецы, которых схватит Гелленкопф?»
Кэрри продолжал:
– Они нарушили запрет. Они сбежали. Я выслежу их. Мы не можем допустить, чтобы они попали в лапы к Гелленкопфу.
– И поэтому ты убьешь их?
Мадам Клара с головы до ног представляла сейчас собой угрюмое осуждение. Если бы его жертвой стал Финч, то от Финча, наверное, не осталось бы и следа. Но Кэрри явно подобным было не пронять.
– Одноглазый никогда не ошибается, – сказало существо в костюме цвета снежной ночи. – Нельзя допустить, чтобы они рассказали Гелленкопфу, где спрятано его…
– И поэтому ты убьешь их? – глухо повторила мадам Клара.
– Думаешь, мне самому не больно от того, что я должен сделать? – хрипло ответил Кэрри. – Но это мой долг и моя работа. Выслеживать и отлавливать. Я найду их, как нахожу всех. И я повторяю: ты не сможешь мне помешать.
Мадам Клара опустила голову. Она поняла, что ни в чем не переубедит этого упрямца.
– Я же сказала, что не стану, – тихо проговорила она.
– Тогда зачем ты пришла?
– Мы просто гуляли с твоим сыном, и я решила привезти его повидаться с тобой.
– Он там? – Существо в костюме снежной ночи покосилось на коляску. – Внутри?
Она кивнула.
– Ты можешь подойти и взять его, подержать немного. – И тут мадам Клара снова нацепила на себя прежнюю мадам Клару – строгую и властную. – Только прежде тебе придется убрать оружие. Никаких детей и револьверов вместе.
 
Кэрри неожиданно послушался. Он кивнул, спрятал оружие и подошел к коляске. Мадам Клара склонилась над ней и, что-то негромко проворчав, вытащила продолговатый сверток, из которого торчал совсем не человеческий белый заостренный нос. Няня передала сверток.
Существо в костюме цвета снежной ночи приняло его осторожно и неуверенно, будто боялось как-то повредить или просто не знало, что с ним делать.
– Ну здравствуй, – едва слышно прошептал Кэрри. Его черные глаза заблестели, когда он взглянул на ребенка. – Как у тебя дела? Клара хорошо заботится о тебе? Конечно, хорошо… Это же Клара. Она любит детей… Она хорошая. Хоть она и думает, что дети навсегда остаются детьми…
Ребенок заплакал. Финч отшатнулся – ему мучительно захотелось заткнуть уши пальцами. Обычный плач младенцев можно, не кривя душой, назвать мерзким, отвратительным звуком, но то, что раздалось из свертка… Как будто сверло медленно вкручивалось в голову кота. Это был жуткий визг.
– Мне пора, Клара, – сказал Кэрри и протянул ребенка няне.
Стоило младенцу оказаться у нее на руках, он тут же замолчал.
– Не делай этого, – сказала мадам Клара, и Финч впервые услышал в ее голосе мольбу. И это испугало его больше всего.
Носатое существо поглядело на нее и покачало головой. Не сказав больше ни слова, оно развернулось и побежало – прямиком к краю крыши. Одним махом Кэрри перелетел через карниз и просто исчез – превратился в снег, смешавшись с прочими снежинками.
Финч все еще пытался разглядеть этого Кэрри, но его нигде не было. Костюм цвета снежной ночи стал обычной снежной ночью. Как и тот, кто был в него одет.
Мадам Клара издала нечто наподобие неодобрительного «гм», положила ребенка обратно в коляску и покатила ее прочь, к дальнему краю дома.
Финч пошел за ней.
– Кто это был? – спросил он.
– Это был Кэрри, – задумчиво сказала няня.
– А кто он?
– Он охотник. Кэрри ведь говорил о том, чем занимается, разве ты не слушал?
– Я имел в виду: что он такое? – уточнил мальчик. – Он же не человек, да?
– Не стоит допытываться, – резко сказала мадам Клара, и Финч понял, что и правда не стоит. Няня выглядела расстроенной и злой. Того и гляди сломает коляску – так крепко она вцепилась в ручку.
Тем не менее любопытство Финча всегда проигрывало его инстинкту самосохранения. Поэтому его язык сам спросил:
– Он собирается кого-то убить?
Она взглянула на него так, словно вдруг забыла, кто он такой.
– Может, сказать кому-то? – продолжил Финч испуганно. – Сказать полицейским?
Мадам Клара отвернулась.
– Полиция не сможет остановить Кэрри. Никто не сможет. Но я попытаюсь. Как и в случае с твоим дедушкой, ни на кого нельзя полагаться, кроме себя. Только я могу их спасти.
– Кого?
Мадам Клара заскрипела зубами. Ее бледный профиль под вуалью выглядел словно посеревшим от долгой болезни. Под видимым Финчу глазом мадам прорисовался глубокий черный круг.
– А кто такой Гелленкопф? – спросил он.
– Нечто недоброе, – сказала мадам Клара едва слышно. – Нечто из прошлого…
Вдаваться в подробности она явно не собиралась, да и вообще, няня пребывала сейчас не в самых лучших чувствах.
Финч собирался спросить ее, куда они направляются дальше, ведь было ясно, что не домой. Он совсем забыл о том, что воспитанные дети о таком не спрашивают, а просто следуют за взрослыми. Но мадам Клара предвосхитила его вопрос.
– В «Часы», – сказала она. – Мы идем в «Часы».
– Внутрь часов? – уточнил Финч.
– Не совсем.
– Не буду вас расспрашивать, – вздохнул мальчик. – Все равно увижу, когда дойдем.
Мадам Клара одобрительно кивнула.
Вскоре Финч наконец-то узнал, зачем мадам Клара из двадцать первой квартиры взяла его с собой.