Дар, который управляет тобой (СИ)

— Это предостережение? — тихо спросил Дил.
— Да, думаю да. Дальше какая-то муть насчёт очерствения души, боли и страданий близких. В конце две более или менее осмысленные строчки: «снять чёрные нити с души возможно лишь отдав сердце тьме, это вернёт её к свету».
— Но как это сделать?
— Из этой книги мы ничего не узнаем, — Аншари откинулся в кресло, глядя в потолок. Какой из него директор академии, если он даже одну воспитанницу не смог уберечь?
— Но ведь есть и другие? Может, должность директора даст доступ ещё к паре секретов?
— Не даст.
— Если бы на её месте была Грета, — зло процедил Дилиан сквозь зубы.
— А вот это уже подло, — устало заметил Аншари. — Я забочусь о Тиниаре, и сделал бы всё, что в моих силах, чтобы её защитить, только вот с моим уровнем не подняться выше третьей ступени, а значит, никогда не получить доступа ко всей хранящейся в гильдии информации. А я знаю одного человека, который может это сделать, но не делает, потому что строит из себя пацифиста.
— Что? — ошалело переспросил парень.
— Ты уже дал согласие на переход в Ринтаир?
— Я… пока я получу доступ к нужной информации, пройдёт уйма времени!
— А ты думаешь, мы в силах спасти её прямо сегодня? Ритуал потребует таких ресурсов, что тебе и не снилось, пока мы всё соберём, годы пройдут. Это я ещё не говорю о том, что нам нужно узнать, какие именно ингридиенты собирать. Может шерсть с жопы единорога, я понятия не имею. И нам точно нужен будет магический резерв, огромный, просто гигантский! Твой резерв! Потому что никто в здравом уме, ни один из магов твоего уровня, не согласится рисковать ради неё своей жизнью. А значит, ты должен быть обучен! И не здесь, Дилиан, не в академии. Ты должен узнать настоящие боевые заклинания, должен полностью овладеть своей силой! Ты понимаешь это? Этот артефакт не игрушка, которую достаточно просто раздавить сапогом. Если он настолько уверен в себе, что сказал ей своё имя — значит, с огромной долей вероятности, мы вообще не сможем её от него оторвать! Захочешь ли ты пройти весь путь ради крошечной возможности её вытащить?
Дил молчал, глядя в горящие глаза Аншари. Произнося эту речь, мужчина сам того не осознавая поднялся на ноги и схватил его за ворот рубашки, впрочем, явно не собирался угрожать парню. Скорее достучаться до него, объяснить, насколько всё серьёзно. И у него получилось. Дилиан медленно кивнул, положил руку ему на плечо, отчего мужчина, словно опомнившись, отпустил собеседника и сделал шаг назад. Если Дилиан и правда пойдёт до конца, то, возможно, у Тиниары есть шанс.
 3.06 
— Дилькионниль! — окликнул его звонкий голос. Мужчина остановился и обернулся — Сильтрания догнала его, слегка ускоряя шаг и неуверенно улыбнулась, понижая голос. — Мы расстались на такой неприятной ноте, возможно, нам сто́ит поговорить об этом вновь…
— Твои взгляды на жизнь меня не интересуют, в общем, как и планы на будущее.
— Дилькионниль, — девушка смущённо опустила взгляд, чувствуя, как краснеет. — Тише, нас могут услышать.
— Если ты не хочешь, чтобы все знали о твоих похождениях, тогда не сто́ит заводить подобные разговоры в общественных местах.
— Я не заслужила такого обращения, — зло прошипела она. Гнев исказил прекрасное лицо, и Дилькионниль впервые подумал, что не так уж она и красива. Искусственная кукла с пустыми глазами, обёрнутая в дорогие платья. Что-то мешало ему увидеть в ней совершенство, которым он наслаждался ещё вчера.
— Тогда найди себе новую игрушку, и какое-то время с тобой вновь будут обращаться так, как ты хочешь.
Ситраец отвернулся и пошёл по коридору. Благословение богини должно́ было снизойти через каких-то пятнадцать минут, и в этот раз, впервые за долгие годы, ему на самом деле было о чём попросить. Нет, он не верил, что богиня внемлит его просьбе. В конце концов, давно уже вырос и понимал, что единственный способ исполнить желание — это самому превратить его в реальность. Но немного чуда бы не помешало, и сегодня мужчина от всей души хотел поверить, что всё у него получится.
 
Дилькионниль вошёл в главный зал, где уже собрались все гости и медленно двинулся вдоль стены, ближе к огромному стеклянному шару, стоявшему на белом резном постаменте высотой около трёх метров. В зале уже приглушили свет. Торжественная переливчатая мелодия пробуждала странное предвкушение. Это чувство… словно из детства, ощущение сказки и праздника. Мужчине казалось, что он давно утратил возможность такой безусловной радости. Но сегодня восторг никуда не уходил. Ситрайцы в бело-золотом, на лицах узоры золотом, он и сам отдал дань традициям — по лбу и правой щеке шли две параллельные полосы. Их значение частично намекало на его желание — они просили о силах не сворачивать с намеченного пути. Эльф обернулся, заметил Сильтранию, которая только вошла в зал. Белое платье со шлейфом, расшитым золотым бисером, крылья бабочки на левой щеке. Глаза чуть покраснели, губы напряжены — явно расстроена. Кто бы мог подумать, что так скоро ему будет настолько безразлично, что она чувствует.
Целитель вновь повернулся к постаменту, разглядывая камень внутри — всего лишь копия древней реликвии, настоящий хранился в Синниране, ситрайской столице. Но сегодня даже эта подделка вызывала трепет в душе́. Он закрыл глаза, произнося молитву, услышал, как все вокруг начали вторить его словам. Голоса быстро слились в звонкий хор, стали громче и уверенней. Дилькионниль открыл глаза как раз в тот момент, когда камень внутри стеклянного шара засиял, заливая пространство резким светом. От него болели глаза — до того он был ярок и чист. Голоса зашлись на самой высокой ноте и разом стихли, пропала и музыка, на мгновение погружая весь зал в благоговейную тишину, потом раздался первый, неуверенный хлопо́к, ещё один и ещё, пока все вокруг не разразились аплодисментами и радостными криками. Камень медленно затухал. Ещё один год был окончен, забирал с собой прорву старых проблем и открывал новую, пока ещё чистую страницу жизни. Согласно легенде, великая богиня светом стирала в эту ночь все грехи со своих детей, и со временем большинство из ситрайцев начали воспринимать это как возможность оставаться безнаказанными. Дилькионниль же видел в празднике иной смысл — шанс забыть о прошлом и строить ту жизнь, которую он считал правильной. Главное, чтобы хватило сил не сворачивать с намеченного пути.
Банкет мужчине был неинтересен. Сейчас ему хотелось быть лишь в одном месте — с той, кому он задолжал свободу. Спустя десять минут целитель открыл дверь в комнату их пленницы, замер на пороге, рассматривая привставшую с постели девушку.
— Когда приедет принц? — спросила Тиниара. Со вчерашнего вечера она успокоилась, камень из рук больше не выпускала, да и вообще не понимала, почему устроила накануне такую истерику. Сказалась усталость, не иначе. Теперь девушка выспалась, плотно поела, умылась и впервые за долгое время чувствовала себя человеком. Артефакта и запертую в нём сущность больше не боялась — в конце концов, именно она помогла продержаться так долго и не может желать ей зла.
— Сегодня праздник Благословения Великой Богини, после этого ему потребуется три дня, чтобы вернуться, — Дилькионниль не сводил с девушки взгляда. В ней что-то неуловимо изменилось, но мужчина никак не мог понять, что именно. Осанка, взгляд, улыбка. Всё и ничего.
— Значит, ждать осталось немного. Наместник потерял ко мне интерес?
— Он поглощён праздником, а после него, скорее всего, пару дней не в силах будет подняться.
— Хорошо, — улыбнулась девушка. — А ты составишь мне компанию на это время? Мне здесь так одиноко.
— Я постараюсь, — тихо кивнул ситраец. Тиниара каким-то неведомым образом умудрялась его смущать. Не приближаясь, не говоря ничего лишнего, одним взглядом.
«Онсс твойсс ключчс отсссюда».
Но она и так это знала. Не принц. Не король. Никто другой. Только этот целитель мог её вывести. Крошечный шанс. Единственный. Сейчас она не помнила об Эрике, о своих чувствах к Дилиану, всё это мешало, а значит, должно́ было на время исчезнуть. Без эмоций стало намного легче. Главное, не спугнуть своего рыцаря и не торопиться.