Дар, который управляет тобой (СИ)

— Что за скверные мысли, Тини? Я не этому тебя учил.
Тиниара смущённо опустила голову. Одним из условий её занятий с Аншари было то, что она не должна сдаваться. Как бы ни было трудно и плохо. Но трудно было так давно, что девушка перестала верить в чудеса. Ей казалось, что её жизнь никогда не изменится.
— Извините, — тихо сказала она, и Аншари ласково потрепал её по голове. — Начнём занятие?
* * *
Медитация помогла девушке расслабиться, и стоя сейчас у входа в академию в ожидании дарийца, она почти не волновалась. Ну, если честно, она скорее убеждала себя в том, что она не волнуется, и вообще переживать не о чем, но получалось это сла́бо, потому что она постоянно ловила на себе заинтересованные взгляды отправляющихся на прогулку студентов. Тиниара даже опустила глаза, рассматривая трещинки в камне, из которого была выложена дорожка, лишь бы не чувствовать их внимания.
— Здравствуй, — услышала она тихий голос и вздрогнула. Дилиан. Последнее время он часто пугал её своими появлениями.
— Привет, — вяло улыбнулась Тин. Дариец опаздывал, и она начинала думать, что он про неё забыл.
— Собралась на прогулку?
— Ещё не знаю, — вздохнула девушка, оглядываясь.
— Если хочешь...
— Тиниара, — Эрик вывернул из-за ближайшей к ним колонны и с улыбкой направился к ней. Тин невольно улыбнулась в ответ, а на душе мгновенно полегчало. — Извини, что опоздал. Давно ждёшь?
— Недавно, — соврала девушка и услышала, как Дилиан раздражённо фыркнул. Тин кинула на него изумлённый взгляд, но Эрик, казалось, вообще не замечал никого, кроме неё. — Куда мы идём?
— Я думал, это ты у нас экскурсовод, — притворно возмутился парень.
— Я же говорила что...
— Расслабься, я уже всё придумал. Готова? — спросил дариец и впервые бросил взгляд на старосту. Всё-таки он его намеренно игнорировал.
— Готова, — подтвердила Тин. Эрик галантно подал ей локоть, и Тиниара, краснея, взялась за него рукой.
— До встречи, Тин, — услышала она за спиной тихий голос Дилиана, и, обернувшись, бегло ему кивнула.
 1.04 
— Как прошла вторая половина дня? — поинтересовался Эрик, окончательно отрывая её внимание от оставшегося за спиной парня.
— Спокойно. И я перемещалась ещё раз на практике, можно не бояться, что я испорчу нам вечер.
— Не можешь ты нам вечер испортить, не выдумывай. Без тебя его бы вообще не было.
Тин довольно улыбнулась. И внезапно ей показалось, что взгляды окружающих изменились. Ей будто завидовали. Надо сказать, было чему — парень был очень хорош собой. Пальцы девушки ощущали твёрдые мышцы под тонкой тканью рубашки, и от этого сердце пропускало удары. А ещё от того, как он наклонялся к ней ближе, когда говорил. Если бы это видела матушка Тин, её бы удар хватил. Она столько наставлений давала дочери перед отъездом, боясь, что бессовестные аристократы воспользуются наивностью молоденькой девочки. А сейчас все её советы такой бессмыслицей казались. Ну что плохого он ей может сделать? Единственный парень, который с такой добротой к ней относится.
Эрик тем временем медленно уводил её от людных мест, но повёл не туда, где обычно парочки прячутся — была улочка в парке, на которой магические фонари странным образом затухали. Повёл куда-то за академию, и остановился у маленькой неприметной двери. Висел на ней обычный замок, для которого ключ нужен. Тиниара внимательно его рассмотрела — нечасто здесь такое встретишь. Должно быть, помещение за ним практически не использовалось. И тут, к её глубочайшему удивлению, парень заговорщически ухмыльнулся и достал из кармана ключ. Замок недовольно скрипнул и покинул своё место, а Эрик проворно скользнул внутрь. Тин замешкалась. С одной стороны, было жуть как интересно, а с другой — страшно. Что там маменька говорила? Чести лишат девку, и жизни ей больше не будет. Как должно происходить это самое лишение, Тин представляла смутно, но сомнения закрадывались.
 
— Ой, — взвизгнула девушка, когда из двери высунулась голова дарийца.
— Ну, ты идёшь? — нетерпеливо спросил парень. Тиниара вздохнула и согласно кивнула. Как глядя в такие глаза отказаться можно? Внутри было темно и душно. Ни одного окошка, ни единого сквознячка.
— Аккуратно, лестница, — предупредил Эрик и нашёл в темноте её руку. Тин вцепилась в неё, как в спасательный круг, хоть никогда не боялась темноты. Но здесь, в незнакомом месте и с этим гулким эхом, разлетающимся при каждом шаге, страшно было до чёртиков. А возможно дело было не в темноте, но кто ж себе в этом сознается? Поднимались они долго. Тиниара даже уставать начала — по комнате-то особо не набегаешься, а бо́льшую часть времени она там проводила. Но вот лестница кончилась и ещё одна дверь, открывшись со страшным скрежетом, выпустила их на свежий воздух. Это было чем-то вроде балкона, только не выступавшего из стены. Высокие каменные перила, в углу, похоже, лежанка, сооружённая из подушек и одеял. Тиниара покраснела, понимая, для чего это место обычно используется, но Эрик на ту часть комнаты внимания не обратил. Он подошёл к перилам и облокотился на них, мечтательно вглядываясь вдаль.
— Смотри, какая красота, — восхищённо воскликнул он. Тиниара медленно подошла поближе и взглянула на открывавшийся взору пейзаж. Да, очень красиво. Сразу за парком начинались зелёные поля, освещённые красноватым светом закатывающегося солнца, с десяток раскидистых сосен по округе, небольшая речушка тонкой змейкой ползущая вдаль. Далеко на горизонте — горы. Говорят, не такие уж высокие, но на фоне равнин, лежащих рядом с ними, кажутся прекрасными исполинами. — У меня дома практически нет естественной природы. Всё изменено с помощью магии, подправлено. И это так удручает. Пейзажи кажутся такими же фальшивыми, как и люди вокруг.
— Видишь, ты намного лучше знаешь академию, я даже не подозревала о том, что здесь есть такие места, — заметила Тин.
— Мне о нём младшая сестра рассказала. Она давно здесь учится.
— А ты почему только приехал?
— Мама болеет, уже несколько лет. Я почти не покидаю своего дома. Учился там же, у нашего мага.
— Сестра? — Тин была уверена, что ни одной дарийки в академии нет. Сложно такую не заметить.
— Сводная, — уточнил Эрик и нахмурился. Эта тема явно была ему неприятна, и Тиниара поспешила перейти на другую.
— И какой у тебя дар?
На это парень хитро улыбнулся и поманил её пальцем. Тин наклонилась, отчего щёки тут же вспыхнули румянцем.
— Я создаю иллюзии. Такие, что от реальности не отличишь. Закрой глаза.
Тин повиновалась, и парень повернул девушку лицом в комнату, а сам остался позади, ласково придерживая её за плечи. Какое-то время ничего не происходило, и девушка уже намеревалась подсмотреть одним глазком, но тут он сказал:
— Открывай.
Комната, представшая её взору, достойна была находиться во дворце короля. Белые мраморные стены улетали высоко вверх и плавно перетекали в сводчатый потолок, лёгкие шёлковые портьеры вокруг дверей, глухие каменные перила превратились в изящные кованые, покрашенные серебряной краской. Самодельная лежанка стала прекрасным диваном с деревянными резными ручками и светлой обивкой. Возле него с двух сторон стояли столики на тоненьких витых ножках, а на них огромные букеты нежно-розовых лилий в стеклянных вазах. Тиниара изумлённо выдохнула и повернулась к Эрику — тот стоял перед ней в чёрном строгом костюме с воротом-стоечкой. Тёмные волосы, ещё мгновение назад свободно падающие на глаза, были зачёсаны и уложены. В кармане пиджака — лилия, только размером поменьше чем те, что в вазах. Тиниара сделала шаг вперёд, и, услышав незнакомый шелест, глянула вниз. Вместо строгого клетчатого платья, которое она носила в академии, на девушке было другое, воздушное, из розового шифона. Юбка причудливыми волнами спадала на пол, заканчиваясь длинным шлейфом, лиф расшит жемчугом. Эрик повернул девушку к стене, и она рассмотрела своё отражение в зеркале, которого мгновение назад здесь не было. Чёрные волосы собраны в высокую причёску и тоже переплетены жемчужными нитями. Глаза легонько подкрашены и словно светятся от счастья. Она впервые в жизни видела себя такой красивой. Парень стоял за её спиной, довольно разглядывая свою работу.