Забери меня домой (ЛП)

— Пару пар.
— Неважно, — она пожала плечами. — Надеюсь, твоя память не слишком туманна, потому что это больше не повторится, — девушка шутила, но то, что на его лице промелькнула тревога, было приятно.
— Не повторится? — его голос понизился.
— Нет, — она наклонила голову в сторону, сдерживая улыбку.
Он провел пальцем по ее челюсти, его глаза замерцали, когда она вздохнула.
— Какая жалость, — сказал он хрипло. — Потому что мне очень понравилось целовать тебя.
— Знаю.
Он снова рассмеялся, проведя пальцем по ее нижней губе.
— Я помню, какая ты была сладкая на вкус. Как хорошо ты чувствовалась, прижимаясь ко мне. Как ты целуешься, словно дикая женщина, когда отпускаешь себя.
— Дикая женщина? — она старалась не обращать внимания на жар, поднимающийся по ее груди и шее. — Правда?
— Да. Я собирался спросить, не хочешь ли ты повторить это сегодня вечером, но, похоже, не хочешь, — в его глазах искрилась насмешка.
— Я лучше выдерну ногти, — сказала Мэдди, ухмыляясь.
— Ты права, — он кивнул. — А я лучше буду следить, как сохнет краска.
— Во сколько ты за мной заедешь?
— В восемь, — сказал ей Грей. — И надень обувь.
Она засмеялась.
— Ты планируешь отвезти меня в какое-нибудь шикарное место?
— Да, думал, слетать в Малибу, — он подмигнул.
Мэдди сделала секундную паузу.
— Ты ведь не серьезно, да?
— Не серьезно. Но теперь, когда это сказал, я могу рассмотреть этот вариант. Я обещал тебе поцелуй на пляже.
— Я не поеду с тобой в Малибу.
— Хорошо. Тогда как насчет ресторана в Стэнхоупе?
— И оказаться в тренде в Instagram? Нет, спасибо.
— Тебе не нравится, когда люди знают о твоих делах, да? — спросил он, наклонив голову и внимательно изучая ее. — Почему?
— Потому что я не люблю, когда обо мне говорят, — девушка подняла на него глаза. — А ты?
Он пожал плечами.
— Хорошо. Никакого Малибу и никакого ресторана. Я придумаю другой план, — Грей обхватил ее лицо ладонью и наклонился, чтобы прикоснуться губами к ее губам. — Но все же надень обувь. На всякий случай.
Глава 16
Мэдди увидела серебристый Мерседес, как только повернула за угол на свою улицу. Он был припаркован на подъездной дорожке, его сияние выглядело совершенно неуместным рядом с ее ржавой Хондой Аккорд.
Проходя мимо, она заглянула на заднее сиденье и улыбнулась, увидев прочно закрепленные автомобильные кресла. Эшли всегда устанавливала автокресла, только когда дети были с ней. Ей не нравилось, как они портили ее мягкие кожаные сиденья.
— Здесь есть какие-нибудь монстры? — воскликнула Мэдди, открывая входную дверь. Она едва успела перевести дух, как по коридору пронесся Картер, громко крича, а за ним с восторгом визжала его трехлетняя сестра.
Он бросился к Мэдди, и она заключила его в медвежьи объятия. Грейс прижалась к ее ногам, прыгая вверх-вниз от восторга.
— Мы можем поиграть на пианино? — спросил ее Картер.
— Да. Хочу поиграть на пино, — Грейс кивнула, ее светлые локоны засветились в свете коридора. Ее лицо было таким серьезным, что Мэдди пришлось сдержать улыбку.
— Дайте своей тете немного пространства, — сказала Эшли, выходя из кухни. — Она только что вернулась с работы. А вы оба были заняты рисованием, помните? Вернитесь и закончите то, что вы делали.
— Я не хочу! — Картер выпятил нижнюю губу.
— Что прости? — язвительно сказала Эшли, поджав губы. Мэдди сразу почувствовала перемену в племяннике. Его голова поникла, и, кивнув, он схватил сестру за руку и потянул ее обратно на кухню.
— Мама, ты не могла бы присмотреть за детьми минутку? — позвала Эшли. — Я хочу поговорить с Мэдди.
— Конечно, — голос их мамы был теплым. — Давай, Картер. Покажи мне свой рисунок.
— Все в порядке? — спросила Мэдди, когда Эшли вошла в гостиную.
— Конечно, — Эшли улыбнулась, хотя улыбка не достигла ее идеально накрашенных глаз. — Мы просто проезжали мимо, и я решила зайти поздороваться.
— Проезжали мимо откуда? — Мэдди прислонилась к стене, сложив руки на груди.
— Это неважно, — быстро сказала Эшли, закрывая за ними дверь. Она повернулась к камину, взяла старую фотографию, на которой были изображены она и Мэдди и повернула ее, чтобы рассмотреть. — Так что там насчет караоке в баре «Лунный свет»?
 
Так вот почему она здесь.
Эшли никогда не терпела быть не в курсе всех событий. В детстве она всегда была единственной, с кем разговаривали и о ком говорили. Хотя она всегда заявляла, что ненавидит то, как Хартсонс Крик живет на сплетнях, возможно, ее старые привычки окончательно не умерли.
— Ничего такого, — Мэдди опустилась на стул с высокой спинкой в углу, украшенный розами. — Просто Бекка втянула меня в это.
— Бекка Хартсон? — Эшли поставила фотографию на место, провела пальцем по стеклу, затем повернула его, чтобы проверить, нет ли пыли. — Она была замешана в этом?
— Почему у меня такое ощущение, что ты — мама, а я — ребенок? — спросила Мэдди. — Разве я сделала что-то не так? Это было немного пения и веселья. Я понятия не имею, почему тебя это заинтересовало.
— Ты всегда меня интересуешь, — мягко сказала Эшли. — Ты знаешь это.
Это было правдой. Эшли всегда серьезно относилась к роли старшей сестры, с тех пор как они были такими же маленькими, как Картер и Грейс.
— Ну, тебе не нужно беспокоиться об этом. Я спела песню с Беккой, мы выиграли конкурс, я вернулась домой и на следующее утро встала на работу. Вот и вся история, — ложь имела странный вкус на языке. Почти грязная.
Эшли взяла в руки еще одну фотографию. На этот раз ее в выпускном платье. Мэдди до сих пор хорошо помнила тот вечер. Как прекрасно выглядела ее сестра. Их мама делала фотографию за фотографией: светлые волосы Эшли, уложенные в локоны, ее стройная шея, обнаженные плечи, серебряное платье, на покупку которого она копила несколько месяцев. Мэдди помнит, как смотрела на нее и думала, каково это — быть такой красивой. Она знала, что никогда не сможет так выглядеть.
Возможно, именно поэтому она пропустила свой собственный выпускной. Мысль о том, что ее фотография будет стоять рядом с фотографией Эшли, была слишком невыносима.
— Слышала, там был Грей, — Эшли повернулась к ней. — Джессика сказала мне, что видела, как вы разговаривали на площади. Она сказала, что вы были очень близки.
— У Джессики слишком много свободного времени.
Призрак улыбки промелькнул на губах Эшли.
— Она любительница посплетничать.
— Да, даже когда не о чем сплетничать.
Эшли села на стул рядом с Мэдди, расправив юбку, чтобы не было складок.
— Я беспокоюсь о тебе. После всего, что случилось в Нью-Йорке… — она запнулась и потянулась к руке Мэдди. — Между тобой и Греем ничего не происходит, не так ли? — спросила она. — Я просто переживаю из-за пустяков, верно?
Нью-Йорк. Эти два слова были как ведро ледяной воды на голову Мэдди. Эшли была одной из немногих в городе, кто знал о случившемся все эти годы назад. Она приехала, чтобы вернуть Мэдди домой, и никому не проронила ни слова. Иногда она сводила Мэдди с ума, но Эшли была рядом с ней, когда та нуждалась в ней больше всего. Только за это она любила свою сестру как сумасшедшая.
— Ничего такого не происходит, о чем тебе стоило бы беспокоиться, — это была лишь полуправда. А ложь, сказанная, чтобы защитить кого-то, на самом деле вовсе не была ложью, не так ли? — Это маленький город, и я работаю в закусочной. Я обязательно буду иногда с ним сталкиваться. Но он здесь всего на несколько недель, а потом снова уедет. Возможно, еще лет на десять.
И разве эта мысль не была для нее пинком под дых? Или напоминанием о необходимости беречь свое сердце.
— Ты видела его в закусочной? — спросила Эшли, приподняв брови. — Я бы подумала, что он может позволить себе поесть в более хорошем месте. В Стэнхоупе есть несколько прекрасных ресторанов.
Мэдди подумала о том, чтобы указать на то, что закусочная была хорошей, но она уже достаточно наврала.