Паладин нового строя. Неофит. Том I и Том II (СИ)

– Уважаемая комиссия, вопросов очень много, могу я их все задать? И кому мне их задавать? – будем уточнять, ведь регламент заседания мне никто не предоставил и предоставлять видимо не собирается.
– Да, можете, заседание в общем порядке не ограничено по времени, и если вопросы касаются сути сказанного, то их количество не ограничено. Вопросы вы сейчас задаете заявителю – так, стало чуть понятней как будет проходить это мероприятие, ну что-ж, начнем.
– Для начала хочется узнать подробности тяжести вреда здоровью, который, по вашим словам, нанесен моими действиями.
– Что значит «по вашим словам»? Сопляк, не притворяйся что ты здесь не прич…
– Заявитель, пожалуйста, соблюдайте регламент заседания и воздержитесь от употребления неподобающей лексики. А также отвечайте на заданные вам вопросы – Сан Санычу регламент все таки дали. А еще он его врядли читал, если позволяет себе так говорить. И наш фехтмейстер та еще обиженка. Опускаться до оскорблений малолетки за его длинный язык спустя неделю после инцидента. Невероятное достижение для сорокалетнего дядьки.
– Я считаю, что вопрос некорректный.
– Претензия отклоняется, комиссия считает вопрос уместным – громкие слова «комиссия считает» обозначают точку зрения одного Наумова, ведь остальные два клерка пока не проронили ни слова. Либо они здесь для галочки, либо пока со всем согласны, и поэтому молчат в тряпочку.
– Хорошо, какие подробности хочет узнать осужденный? – злостный смешок на слове «осужденный» подтвердил мои выводы о морально волевых качествах некоторых представителей среднего возраста.
– Какой конкретно вред здоровью был нанесен? Почему его причисляют к средней тяжести?
– Какая тебе нахрен разница?! Сказали, что средний уровень, значит так и есть!
– Александр Александрович, держите себя в руках и ведите соответственно своему положению преподавателя.
– Да зачем ему это? Он все равно нихрена не понимает в этом, как и в фехтовании! – эка тебя понесло. Может он пьяный? Интересно, этот вопрос комиссия посчитает уместным?
– Мы здесь собрались на для оценки способностей и знаний Краснова в какой-либо сфере и оценка необходимости разъяснения чего-либо находится вне вашей компетенции. Еще одно подобное высказывание и я буду рассматривать это как неуважение к управлению ИАЛ и на следующее заседание дисциплинарной комиссии вы попадете в качестве обвиняемого. Отвечайте на озвученный вопрос – до крика Наумов не опустился, но его тон отбил и у Саныча, и у меня всякое желание задавать неоднозначные вопросы.
– Хорошо – это Сан Саныч промямлил председателю – повтори свой вопрос – а это надменное распоряжение было обращено ко мне. Как же быстро он перестраивается, лизоблюд из тебя явно лучше фехтмейстера.
– Какой конкретно вред здоровью Скворцова был нанесен?
– Множественные повреждения тела и головы – очень интересно как один слабый удар в живот и четыре неумелых удара по лицу смогли такое сотворить.
– В каких конкретно последствиях для здоровья ученика выразились эти множественные повреждения?
– Гематомы на животе, спине, под левым глазом, вывих челюсти и повреждение носа – про гематому на спине не верю, потому что я туда не бил, а от падения с метра через спортивную одежду такой трофей не получить. Но сейчас меня интересует не это.
– Какое повреждение носа?
– Серьезное, с нарушением носового дыхания в результате травмы, ты вообще знаешь,что это такое? – я не врач, и знаю только четыре вида подобных последствий в соответствии таблицей процентов утраты общей трудоспособности, которая в этом мире тоже присутствует и которую я проштудировал в процессе подготовки к комиссии. Но мы здесь не для того, чтобы я блистал знаниями, так что спросим другое.
– Какое конкретно нарушение носового дыхания?
– Я считаю, что достаточно ответил на озвученный вопрос.
– Что конкретно вам сказал врач по поводу травмы носа Скворцова?
– Комиссия снимает вопрос как не относящийся к делу.
– А это нормально, что Сан Саныч постоянно кривляется и по итогу нормально не ответил?
 
– Прошу осужденного воздержаться от подобной формы обращения во время заседания, еще одно нарушение порядка и рассмотрение заявления будет проводиться без вас – то есть этот урод меня чуть ли не матом кроет, а меня удалят за «Сан Саныча»?! При этом меня с этим порядком не ознакомили и еще интересней, что оказывается заседание дисциплинарной комиссии по поводу моих действий в принципе может рассматриваться без меня. О сколько нам открытий чудных готовит просвещения дух.
– Хорошо, тогда я считаю, что на вопрос по поводу повреждения носа не было дано надлежащего ответа.
– Комиссия согласна с заявителем. Если вы считаете не так, то либо конкретизируйте вопрос либо заявите о своем несогласии. Данный факт будет зафиксирован в протоколе и по нему вы сможете подать ходатайство в вышестоящую инстанцию – знать бы еще кто у вас выше, а кто ниже.
– Хорошо, нарушение дыхание полное или частичное?
Саныч посмотрел на Наумова и только после его кивка решил прореагировать на мой вопрос – частичное
– Одностороннее или двухстороннее?
– Одностороннее.
– Ладно, вывих нижней челюсти затрудняет процесс жевания?
– Да.
– В какой мере?
– Конкретизируйте вопрос – складывается впечатление, что «доблестный» состав комиссии не очень беспристрастен к одному отдельно взятому попаданцу.
– Затруднение процесса жевания незначительное, умеренное, значительное или резкое?
– Незначительное.
– Вышеназванные гематомы приводят к стойкой утрате трудоспособности?
– Нет.
– То есть при максимальной оценке нанесенного вреда, стойкая утрата трудоспособности не превышает десяти процентов и максимум является легким вредом здоровью?
– Не максимум, а минимум. Все в документах есть! – а раньше ты сказать об этом не мог?!
– Прошу комиссию предоставить мне возможность ознакомиться с результатами медицинского обследования.
– Просьба удовлетворена – то есть у вас все это время была эта информация но вы молчали?! А если бы на моем месте был обычный семиклассник, который всего этого не знал? Влепили бы срок за средний вред здоровью по причине того, что «осужденный» не был против?!
А еще судя по бумагам Скворцов так сильно пострадал, что попал к врачу позднее меня. Хороший у нас тренер, ничего не скажешь. За время моего неторопливого из-за хромоты ухода, беседы с Мишей, беседы с сбшниками, прогулки до управления, разворота и прогулки до врача, Саныч еле как успел отправить Артема в медкабинет, который находится в том же здании, что и тренировочный зал для фехтования. Почему его за такой грандиозный провал еще не выгнали?
– У осужденного есть еще вопросы по этому поводу?
– Да, заявляю ходатайство о проведении повторного медицинского обследования в связи с тем, что вред здоровью мог наступить в связи с медленной реакции Александра Александровича, в не моими действиями.
– Я все сделал как надо.
– Судя по этим бумагам между окончанием инцидента и оказанием медицинской помощи Артему прошло более часа. Считаю обоснованным предположение, что травмы были бы менее серьезными при своевременном оказании помощи.
– Ходатайство принимается. Есть еще вопросы или возражения по сути сказанного?
– Возражаю против моей вины в случившимся.
– Конкретизируйте.
– Мои действия были в порядке самозащиты, я сам получил травмы и по словам врача чудом не сломал левую руку. Моя реакция была соразмерна ситуации.
– Вы получили незначительные травмы в ходе проведения тренировки по фехтованию, они допускаются при соблюдении правил проведения тренировок.
– Александр Александрович их нарушил, поставив меня с Артемом, у нас несоразмерные способности в фехтовании и наш спарринг практически моментально превратился в избиение меня.
– В соответствии с имеющимися у нас данными вы со Скворцовым сопоставимы по телосложению, физическим данным и опыту занятий. Поэтому возражение не принимается – один встреченный мне его светлость говорил что-то про дух договора, а не его букву и то, что в с среде одаренный принято вести себя именно так. Но теперь я думаю, что он мне наврал и все в этой среде, в том числе и у клерков управления, как у всех. Формально они правы, но лишь формально. К сожалению, друзей у меня здесь нет и комиссия явно подсуживает Санычу. И пустая формальность никого не волнует.