Игра в чужую жизнь (СИ)

Окинул взглядом поместье… Мы с женой мечтали жить именно в таком месте. Оба трудились не покладая рук, для достижения своей цели.
С Джейн мы познакомились в старших классах школы. Она перевелась к нам из другой провинции. Когда я первый раз ее увидел, то меня словно током ударило. Я сразу понял, что это моё. Нам было по шестнадцать, и мы были безумно влюблены друг в друга. Оба неопытные. Мы стали друг для друга первыми: возлюбленными, любовниками и лучшими друзьями.
Многие твердили, что это пройдет. Что все это лишь подростковые гормоны. Но мы их не слушали. Главное, что мы сами чувствовали по отношению друг к другу, а на мнение других нам было плевать.
Когда нам исполнилось восемнадцать, мы решили пожениться. Денег на кольца у нас не было, и мы сделали татуировки с нашими инициалами на безымянных пальцах. Общественность осудила нас еще больше. Так же, как и наши родители. И тогда мы с Джейн решили уехать ото всех — от предрассудков, косых взглядов и осуждения.
Так мы попали в Техас. Денег у нас практически не было, но мы не отчаивались. Моя молодая жена устроилась на работу в кафе, а я пошел на службу в армию по контракту. К двадцати годам я повидал море ужаса и смертей на войне. К нам относились, как к пушечному материалу.
В тот период мы с женой приобрели первую тесную, но уютную квартирку. А я был уверен, что выжил только благодаря нашей с Джейн любви. К двадцати пяти годам мы купили небольшой дом. Я ушел из армии, но вряд ли устав армии ушел из меня.
И тогда я начал делать мебель на заказ. Поначалу клиентов практически не было, но со временем их становилось все больше и больше. По ночам, уставшие от работы, мы с женой лежали и мечтали о собственном ранчо, маленькой мастерской по изготовлению мебели и куче детишек…
Через два года на наши сбережения мы купили клочок земли в самой глуши, два часа езды до города. Риелтор смотрел на нас, как на сумасшедших, но мы на самом деле были счастливы. Это самое идеальное для нас место.
Здесь все создавалось с нуля. Мы сами строили наше счастье. Первым делом наняли людей. Дин и Рик работали вместе со мной в мастерской, а мистер Гибсон хлопотал с Джейн насчет стройки дома. Он был милым старичком, который всю жизнь привык вкалывать.
А еще через полгода мы узнали про болезнь Джейн… Неоперабельная глиома головного мозга. Сказать, что эта новость шокировала нас — не сказать ничего. Я не мог смириться, что моей Джейн больше не будет рядом со мной.
Честно говоря, как только узнал про ее болезнь, то плакал в душе под струями воды, как маленькая девочка. Каждый день я жил в страхе. Чертовски боялся, что именно сегодняшний день станет для нас последним.
Умерла Джейн три месяца назад. В больнице. Но я знаю, что она была счастлива и любима в этой жизни, так же, как и я. Никакая смерть не отнимет ее у меня. Пока я жив, буду помнить, и хранить НАС. Мое сердце остановилось вместе с ее. Сейчас оно выполняет чисто физиологическую функцию. Все эмоции и ощущения притупились.
Джейн не видела нашего дома, стройка закончилась только месяц назад. Она взяла с меня обещание, что я буду жить здесь. И я сделаю это, въеду сюда именно в этот день. Она слишком хорошо меня знала.
Посмотрел на ночное небо. Там горела одинокая звезда. Улыбнулся, глядя на нее.
— С днем рождения, Джейн. Я люблю тебя, детка.
С этими словами я развернулся и шагнул внутрь. Жить в нашей общей мечте… Проживать жизнь за нас двоих.
***
6 месяцев спустя…
Я пилил доски для стульев, которые нам заказали, и в это время зазвонил мой сотовый. Отряхнул опилки с рук и коротко ответил.
— Да.
— Сержант Тайлер, это полковник Ньюман.
Я весь приосанился и встал по стойке смирно, будто полковник мог меня видеть.
— Слушаю, сэр, — со всем уважением ответил ему.
Когда я восемнадцатилетним мальчишкой попал в армию по контракту, меня отправили в полк к полковнику Ньюману. Он был строг и требователен. Самое главное, он дал нам начальный фундамент, базу для таких новичков, как мы. Он рассказал нам, как себя вести и что делать. Я был за это ему благодарен, как и многие солдаты. Все мы не от лёгкой жизни подписали этот контракт.
 
— Мне жаль, что это случилось с Джейн.
Я сжал кулаки и прислонился бедром к рабочему столу. Снова стало больно.
— Спасибо, — кое-как выдавил из себя.
— У меня к тебе просьба, сержант.
Мне показалось, что мужчина слегка замялся.
— Я весь во внимании, сэр.
— У меня есть одна дальняя родственница… — он ненадолго замолчал, — она обратилась ко мне за помощью. Ей нужно место, где можно пожить, пока она не приведёт мысли в порядок. Знаешь же эту молодёжь. И я подумал о тебе. До меня дошли слухи, что ты живёшь в месте, которого нет на карте, и это будет идеальный вариант для Элизабет.
Я молча слушал, пока Джордж Ньюман говорил все это. Я чувствовал, что все не так легко и просто, как он описывает, но задавать вопросов не стал.
— Конечно, сэр. Пусть приезжает. Никаких проблем.
— И еще одно, Эйдан. Девушка не совсем привыкла к такой жизни. Может, поможешь немного эту дурь исправить?
— Мое любимое занятие, — ответил ему.
Я действительно был многим обязан этому человеку. И если ему нужна моя помощь, то он её получит. Я рассказал полковнику, как доехать до города и что через два дня на вокзале встречу его родственницу. Мы ещё немного поговорили.
— Сержант, я надеюсь, что это останется между нами.
— Безусловно, полковник.
После разговора я строил предположения, кто эта девушка и кем она приходится полковнику. Но бросил это дело после двух теорий. Это не моё дело.
Тряхнул головой и принялся дальше пилить доски.
Глава 4
Эйдан
Дьявол! Я совсем забыл о девчонке. Только что мне позвонил Джордж Ньюман и спросил, как добралась Элизабет. Я ответил, что уже выехал за ней. А сам в это время занимался резьбой по дереву. Заказчики хотели видеть дракона. Я не был против, мне нравится заниматься этим. Сидя в мастерской, я теряю счёт времени. Когда я занят работой, моя дыра в груди становится меньше, и утрата Джейн ощущается не так остро.
Быстро нашел мистера Гибсона и сказал ему, что у нас будут гости. Морщинистое лицо старика немного разгладилось, и он улыбнулся. Я усмехнулся про себя. Еще бы, новые свободные уши. Ко мне подошел Рик. Это был огромный мужчина, напоминающий шкаф.
— Кто там к тебе приезжает, эй? — поинтересовался тот.
И Дин превратился в сплошной слух. Я покачал головой.
— Для вас — никто. Ясно? — посмотрел каждому из них в глаза, удерживая на несколько секунд их взгляд, показывая, что я не шучу.
Мужчины синхронно кивнули. Они поняли. Я не знаю, кто такая эта Элизабет, но теперь она под моей полной защитой.
— Вот и хорошо. Работаем дальше. Нам надо закончить все заказы к концу недели, — скомандовал я, и мы принялись за работу.
На улице стояла адская жара. Пришлось снять с себя майку. Я повесил ее себе на шею и время от времени стирал капельки пота. Через несколько часов мы с парнями решили сделать небольшой перерыв и подкрепиться.
Мы сидели в нашем «кухонном уголке» и Дин жаловался, что Кэйси, его жена, тащит его на Ежегодный Фестиваль Роз. Хоть я и подтрунивал над ним, все же чувствовал зависть. От того, что у него есть Кэйси. Сегодня после работы он придет домой, и она будет его ждать, так же, как и их малышка Мейси.
Пустота во мне все разрасталась. Все, что происходило в моей жизни после смерти Джейн, попадало в эту пустоту. Ничто долго не задерживалось. Признаться, я уже и забыл, каково это, жить и чувствовать что-то по-другому, не пропускать все чувства и восприятия через призму боли. Спустя час мы услышали звук колес, шуршащих по гравию на подъездной дорожке.
Я поморщился. Не люблю чужаков. И эта Элизабет Морисон пусть лучше держится от меня подальше.