Архитектор: книга вторая (СИ)

— Но я и раньше использовал молоток.
— Ты в первую очередь придавался гневу и обиде на меня. Молоток был не инструментом, а продолжением твоей глупости.
— Да, я не должен был злиться.
— Почему? Не нужно себя ограничивать. Просто сделай из злости инструмент. Так же и с твоей трусостью или её преодолением. Ты взвалил на себя очень много, Арк, и больше не можешь позволить себе подобные глупости. У тебя должны остаться только две вещи: конечная цель и инструменты её достижения. Как только ты осознаешь это, сможешь изменять форму своей души. Тогда я научу тебя поглощать репликаторы, непригодные для большинства. Представляешь, даже та сучка с идеально выдрессированной душой на это не способна.
— Я только не очень понимаю, что мнеэто даёт. Уровень ведь в целом бесполезен.
— Вот и увидим.
* * *
Прошло три дня.
Так как ничего лучше, чем занятия текущими делами — постоянного использования инструментов, как теперь стоит это называть — для моего развития не существовало, я готовил нападение на крепость Жерена.
В процессе я, ничего особенного не делая, получил шестой уровень. Не сказать, чтобы просто так, скорее — за былые заслуги. Постепенно я начал ощущать, что репликатор, выданный мне Гиром, растворился. Это означало, что придуманный драконом способ работоспособен, а я смог его применить!
Всё началось с ощущения того, что мои действия начали приносить плоды. Мы установили в городе оба цеха — хлебопекарный и мясницкий. На всех жителей их продукции пока не хватало, но нельзя сказать, чтобы сильно. Постепенно, когда пекарня разгонится, а мы поставим дополнительные печи, из неё будет выходить несколько тысяч булок хлеба, и этого уже должно быть достаточно. С мясокомбинатом сложнее — одно племя не сможет прокормить всех, а кентавры сейчас на нервах.
Простые действия, которые я предпринимал изо дня в день, ощущались глубоко правильными. Я не просто управляю какими-то процессами, я их создал! Подумалось даже, что я сам стал инструментом. Наверное, в этот момент всё и случилось. Душа включила в себя новый фрагмент, потому что я приказал ей это. Обычно такое возможно лишь тогда, когда дракон создаёт себе потомство, но Гир оказался хитрее. Он предположил, что нет принципиальной разницы между его видом и остальными, а успех лисьего эксперимента убедил его в этом окончательно. Да, каждый может изменять свою суть, свою глубинную энергетическую структуру, из-за бедности языка именуемую «душой».
Теперь, проделав это на практике, я действительно понимаю, что это делается не «как», а «зачем». Нет никаких определённых действий, даже индивидуальных, подобных навыкам. Простой приказ, и его выполнение. Только сработает это при неизвестно каких условиях, и далеко не факт, что это удастся воспроизвести. Однако, я запасся вторым «пустым» репликатором и назначил начало штурма на сегодняшний вечер.
Три фигуры в абсолютно одинаковых доспехах, объединённых в сеть, остановились в полутора километрах от изгороди форта. Небо в мире троллей было каким-то серым, как будто вечно затянутым тучами, хотя на самом деле погода была ясной. Темнело.
Доспехи одновременно включили проекторы, вывесив на большую высоту надпись на языке кентавров:
«Вся мощь человечества нацелена на вас. Верните то, что забрали, и мы пощадим выживших».
Надпись висела около минуты, и если её не успели заметить, то это не мои проблемы. Увидят следующую, которую вывесят после…
За спинами одетых в доспехи людей появился огромный портал, из которого парами выехало четыре грузовика. Они начали поднимать странные конструкции, лежавшие у них в кузовах. Конструкции напоминали опоры для проводов, но груз висел не на их плечах, а под площадкой на крыше. Груз не маленький — около полутонны под каждой. Несколько минут понадобилась кранам грузовиков, чтобы установить опоры на грунт, после чего машины уехали обратно в портал.
Начинался особенно напряжённый этап моей работы. В отличии от тоннелей, уплотнения пространства можно было создавать в любом количестве, но не любом «объёме». То есть, я могу сжать только ограниченное количество пространства, зато — любым количеством кусочков! Сейчас от меня требовалось создать уплотнения на толщину около полуметра, и пятьсот метров в длину, да ещё и экранированные от внешнего воздуха. В четырёх экземплярах.
 
— Я за последнее время стал сильнее, но не настолько же. — сказал я, когда всё подсчитал. Однако, план оставался без изменений. В худшем случае эффект будет на порядок ниже, но главное, что он будет.
Три фигуры начали совершать хорошо отрепетированные, синхронные движения ладонями, заканчивающиеся хлопком. По этому сигналу груз с опор начинает падать, слетает в тоннели и оказывается над созданными мною уплотнениями. Они расположены по периметру форта, за пределами его пространства, но рядом. Сжатие небольшое, всего в десять раз. Результат будет похож на падение с высоты пять километров в вакууме.
Слова о всей мощи человечества не были преувеличением. Бомбы, подвешенные к материализованным опорам, не были атомными, но оставались очень опасными. Полу-бронебойные, они сначала пробивают цель за счёт энергии своего падения и прочного корпуса, а потом взрываются, примерно тогда, когда достигают незащищённой области. Если сбросить такую бомбу просто на землю, то она зароется в неё на десять-пятнадцать метров, а её взрыв вызывает почти настоящее землетрясение. Если же взрывные волны накладываются одна на другую, то сила воздействия увеличивается. Если же несколько взрывов встречаются в центре… Я точно не знал, что будет, но будет больно.
Некоторые заложники погибнут. Скорее всего это будут ни в чём не повинные кентавры, но как ещё нам выманить противника? Я не уверен даже, что сработает то, что мы уже сделали. Повторить бомбёжку я уже не мог — сил не осталось, да и бомб тоже. Мы ведь их случайно нашли… Однако, имитация второй атаки была подготовлена.
Я обессилено лёг на землю. Ко мне тут же прибежала Кон. Я строго-настрого запретил ей делиться со мной маной, и она послушалась, но вот покормить меня небольшим кексом, полученным от Пуговки, для лисицы было принципиально.
— Готовимся, малышка.
«Тук-тук». — высветили проекторы доспехов, когда земля перестала дрожать.
— Пошло шевеление! — подсказал мне Гир, наблюдающий с воздуха.
— Получилось. — с облегчением сказал я Кон.
Из подземных коммуникаций выскочило пять человек во главе с Иоландой. Я надеялся, что погулять выйдет и хозяин форта, но не верил, что всё окажется настолько легко. Госпожа с командой окружила три фигуры в доспехах, и начала о чём-то с ними болтать. На это ушло целых пять минут, и за это время я успел сжевать несколько питательных лепёшек, специально приготовленных под такой случай, когда нужно быстро восполнить ману. Как и было запланировано, бой начал Кирилл. Теперь оставалось только надеяться, что противники поверят, будто под одним из двух других доспехов нахожусь я.
Моих друзей быстро согнали в кучу помощники Иоланды, и наконец, сама Госпожа ворвалась в бой со своего главного козыря. Покорение пространства. Я знал, что она применит более мощную версию умения, чем показала на арене, но результат превзошёл все мои ожидания.
Она взяла под контроль Кирилла.
Мне оставалось только отправить на помощь Кон и оставаться в резерве. Покажусь, и всё будет напрасно. Не смотря на отклонения от изначального замысла, битва началась на наших условиях, и пока что всё развивалось хорошо. А потом я увидел, как один из доспехов рассыпается на кусочки от падения крупного камня, запущенного Кириллом.
  
Глава 24
 
Перед стеной, сплетённой из колючих веток, стояли Кирилл, Фенри и Алиса. Закончив исполнять танец, они стали ждать неизбежного результата.
Землетрясение будто бы резонировало с дрожащими поджилками Алисы. На этом этапе её роль в победе — ключевая, но заключается она в том, чтобы стоять и ничего не делать. Рядом будут стрелять, использовать мощнейшие способности, влияющие в том числе на неё, но что бы ни происходило она должна оставаться на месте и надеяться, что броня всё выдержит. Нельзя убегать, прятаться и даже кричать от страха.