Доктор Крюк (СИ)

«И какой теперь баланс?»
«Баланс: 16 689 очков влияния».
Совсем чуть-чуть не хватает до этого «Старосты».
Я достал из кармана куртки бутылочку — ту самую, что передал мне умирающий матрос в шторм. Отвинтил крышку, вытащил два куска карты. И приложил третий кусок карты. Сначала не понял что и куда, но потом получилось собрать.
И мне это ничего не говорило. Что это?
  
— М-да, — выдохнул я, вглядываясь в линии. — Значит, без Анри мне не обойтись.
Я сложил три фрагмента рядом на топчане. Они стыковались идеально. Четвертый кусок свяжет их воедино. Вопрос был в том, как вернуть Анри. Он ушел с Маргарет, обиженный сдачей Олоне властям, и я упустил его. Но карта — это мой билет к лучшей жизни в этом мире. Двадцать тысяч дублонов Роджерсу, ремонт брига, новая жизнь — все это зависело от нее. Надо было найти старика.
Я бросил взгляд на Библию. Уже не странно, что Филипп носил ее с собой, да еще с куском карты внутри. Носитель, как я. Уверен, он тоже охотится за сокровищами. Или это случайность? Я сунул книгу в мешок — пригодится, если что. Потом подхватил вещи и вышел на палубу.
Ночь была тихой, только скрип канатов да плеск волн нарушали тишину. Пираты храпели в гамаках или валялись у бочек, допивая остатки рома. Я прошел мимо и направился к борту. Трофейный бриг ждал меня. Но сначала — Анри. Без него карта останется бесполезной кучей обрывков.
Я прислонился к борту, глядя на огни Сент-Китса, что мерцали вдали. Где-то там старик с дочерью. Они ушли утром, и я не знал, где их искать. Гостиница? Таверна? Или они уже наняли шлюпку и уплыли с острова? Надо было спросить у кого-то, кто мог видеть их уход. И тут я заметил Сэма — юнга сидел у мачты, в одиночестве, глядя на звезды. Он всегда был где-то рядом, этот малец, как тень. Может, он знает?
— Сэм, — позвал я, подходя ближе. — Не спится?
Он вздрогнул, обернулся, потом улыбнулся, потирая глаза.
— Док, вы чего? — спросил он, щурясь на меня. — Уже ночь ведь. Куда собрались?
— Дел полно, — хмыкнул я, садясь рядом. — Слушай, ты утром Анри с Маргарет не видел? Куда они пошли, не знаешь?
Сэм почесал затылок.
— Видел, — кивнул он. — Я чемоданы их тащил. Они в «Рыжий Краб» пошли, это гостиница у порта. Старик еле шел, а девчонка его под руку вела. Злые оба были, прям как акулы после шторма.
— «Рыжий Краб»? Спасибо, Сэм. Ты молодец.
— Да чего там, — смутился он. — А вы чего, док, к ним собрались?
— Надо поговорить, — уклончиво ответил я, поднимаясь. — Спи давай, утро тяжелое будет.
Он кивнул, а я пошел к теперь уже своему бригу, обдумывая план. «Рыжий Краб» — значит, Анри еще на острове. Завтра утром я отправлюсь туда, прихвачу три куска карты и попробую уговорить старика. Он привязан к Олоне, как к сыну, а я могу сыграть на этом — пообещать помощь, выдать себя за доброго доктора, что переживает за всех. Лицемерно, конечно, но что поделать? В этом мире выживает тот, кто умеет притворяться.
Я перекинул мешок на соседний корабль, а сам по канату прополз на бриг.
Мой корабль. Обглодали его, конечно, знатно. Все забрали. Заглянув в капитанскую каюту я удивленно увидел только кровать. Ее не забрали только из-за того, что она просто тяжелая, зараза. В темноте особо ничего не увидишь, поэтому я не решился подробно осмотреть свое приобретение. Я бросил мешок на кровать и лег, не раздеваясь. Сон не шел — мысли о карте, Анри и бриге крутились в голове, как карусель. Третий фрагмент из Библии Филиппа был неожиданностью.
Хотя она назвала его четвертым. А почему Вежа назвала его четвертым? Видимо, система считала, что у меня уже есть три обнаруженных, третий был у Анри. Значит, старик — ключ ко всему.
Интересно, во сколько мне обойдется ремонт брига?
Раньше надо было думать. Но кто же мог знать, что Роджерс согласится?
Да, я хотел получить себе корабль, но только после того, как найду эти проклятые сокровища. А тут Роджерс такое отчебучил. Знать бы еще что им движет.
— Сначала Анри, потом ремонт, — буркнул себе я, закрывая глаза.
Сон был коротким и тревожным. Я проснулся от скрипа канатов и шума прибоя, что доносился с берега Сент-Китса. Я потянулся, чувствуя, как тело отзывается легче, чем вчера, — регенерация Вежи работала. Пигментные пятна на руках исчезли, кожа стала упругой. Семьдесят лет отступали, шаг за шагом. Морщины стали стираться.
Я размял шею и вышел на палубу моего корабля. Звучит гордо. Выглядит, прапвда, не очень. Его рваные паруса трепетали на ветру, а корпус, изрешеченный ядрами, выглядел как старый пес, который ждет заботы хозяина. Надо осмотреть все, прикинуть, что чинить первым. Но сначала — Анри. Четвертый кусок карты из Библии Филиппа лежал в кармане, рядом с первыми двумя. Без третьего, что у старика, они бесполезны. Теперь Анри был моей единственной ниточкой к сокровищам, которые могли покрыть долг.
Я по канату перелез на пинас. Палуба «Грозы Морей» оживилась с первыми лучами солнца. Пираты слонялись без дела, ворча и сплевывая за борт. Бен орал на кого-то у трюма, Сквиббс ковылял с гроссбухом, подсчитывая добычу с брига. Я прошел мимо, стараясь не привлекать внимания. Я прошел по сходням на причал.
«Рыжий Краб» — название звучало как из дешевой пиратской байки, но если Анри там, то мне туда дорога. Карта была слишком важна, чтоб тянуть время. Я шел по пристани, чувствуя, как земля под ногами отдает странной твердостью после качки. Порт Сент-Китса бурлил жизнью — торговцы орали про рыбу и ром, грузчики таскали ящики. Запах соли, гниющих водорослей и прогорклого масла висел в воздухе. Я пробирался сквозь толпу, держа руку на кармане, где лежали куски карты, — в таком месте воришки шныряли, как крысы в трюме.
«Рыжий Краб» оказался двухэтажной халупой с облупленной вывеской. Окна были мутными от соли, дверь скрипела. Я вошел, морщась от вони прокисшего рома и жареной трески. Внутри было темно, только тусклый свет фонарей пробивался сквозь щели в ставнях. За стойкой стоял хозяин — жирный, лысый тип с красным лицом. Он наливал какую-то бурду в кружку. Несколько пьянчуг дремали за столами, один храпел, уткнувшись в миску с похлебкой.
— Эй, — окликнул я хозяина, подходя к стойке. — Анри де Бошан тут? Старик с дочкой, вчера пришли.
Он глянул на меня исподлобья, продолжая заниматься своим делом.
— Может, и тут, — буркнул он. — А тебе зачем?
— Доктор я. Лечил его на корабле. Надо проверить, как дела.
Хозяин хмыкнул, будто не поверил, но кивнул в сторону лестницы.
— Наверху, вторая дверь слева. Только тихо там, старик не в духе. И девка его шипит, как кошка.
— Спасибо, — бросил я, направляясь к лестнице.
Ступени скрипели под ногами. Я поднялся на второй этаж. Анри был близко, и с ним — третий кусок карты. Надо было сыграть тонко, как в той игре с Роджерсом, когда я выторговал бриг. Правда получилось не очень, но здесь надо быть лучше. Старик доверял мне когда-то, но сдача Олоне все испортила. Я постучал в дверь — вторую слева, как сказал хозяин. Тишина. Потом послышались шаги, и дверь приоткрылась.
На пороге стояла Маргарет, хмурая, с темными кругами под глазами. Ее взгляд был ледяным.
— Чего тебе? — бросила она, не здороваясь.
— И вам доброго утра, Маргарет, — ответил я хамке. — Мне надо с Анри поговорить. Это важно.
Она прищурилась, глядя на меня, как на врага.
— Отец не в настроении, — отрезала она. — И я тоже. Уходи, доктор.
— Я понимаю, что ты злишься из-за Олоне, — сказал я, выдерживая ее взгляд. — Но я пытался помочь. Поговори с Анри, он знает, что я не враг.
Маргарет фыркнула, но отступила, бросив через плечо:
— Отец, тут Крюк пришел. Гнать его или впустить?
Слабый голос Де Бошана донесся из комнаты:
— Пусть войдет, Марго. Послушаем, что скажет.
Она нехотя распахнула дверь, и я шагнул внутрь. Комната была тесной, с низким потолком и единственным окном, выходящим на море. Анри сидел у стола, опираясь на трость. Он устало смотрел на меня.