"Фантастика 2025-110". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

Даркен поднялся с места и решительно направился к выходу, демонстрируя подчинённым, как именно требуется себя вести, чтобы порадовать их стариков.
2.
В вертолёте было шумно.
По крайней мере, с объективной точки зрения. Потому как субъективная оказалась искажена, благодаря стараниям пана Злобека: некромаг печального образа половину жизни провёл в вертушках, а потому уж успел к девятнадцатому году жизни озаботиться заклинанием для комфортного полёта. Нет, сам шум никуда не делся, но и слечна Глашек, и слечна Кюсо, и пан Праведный, и конечно же сам Вик этот шум практически не воспринимали, из-за чего получалось разговаривать друг с другом, практически не повышая голоса.
  
Минус одно неудобство в списке многих неудобств. В конце концов ночь и плохая видимость никуда не девались. Ровно как и вероятность, что у кого-нибудь из подчинённых Шпоркове не выдержат нервы, и он пальнёт по вертушке чем-нибудь убойным.
Впрочем, покамест этого не случалось: никому не нужна была полномасштабная война прямо на улицах города. Особенно, когда обе стороны имеют в распоряжении доступ к магическим башням, существенно повышающим ставки в открытом конфликте. Так что и ВАТИ, и УСиМ, и королю, и даже сторонам напрямую не участвующим в данном противостоянии эскалация не интересна. Для всех будет лучше, если всё ограничится простым поигрыванием мышцой, которое задним числом и вовсе обзовут «санкционированной совместной операцией» или даже «военным парадом», стоит только предоставить доказательства необходимости действий Даркена.
Броня молча взирала с высоты на копошение внизу. Девушку слабо интересовали стремительно растущие в количестве силы ВАТИ. Тут не ожидалось сюрпризов, и даже если таковые обнаружатся, работать с ними предстоит отнюдь не Броне. По крайней мере, не в краткой перспективе: у будущих свёкров имелись свои команды, и те, стоя бок о бок с краснопёрыми, сейчас активно работали над тем, чтобы молодняку никто не мешал.
Почему-то Лешая ощущала некую досаду из-за осознания, что весь штурм отеля «Сметана», столь важный в глазах её, и в глазах Даркена, для Маллоев-старших являлся чем-то побочным. С одной стороны понятно, что глава рода и его жена участвовали в Большой Игре, в то время, как молодая поросль едва-едва доросла до Малой, но с другой — не в стиле чувств было следовать доводам разума. И данный конкретный случай не являлся исключением.
Так что, синие очи девушки внимательно следили за тем, как разыгрывают свою партию главные действующие лица той самой Малой Игры. Вот небольшой отряд заходит внутрь. Надо полагать, это Даркен и Гало ведут за собой остальных членов ковена. Восемь человек, и каждый из них — некромаг. Снаружи остался Лукан, уже навостривший монструозный раскладной ленс, который без подставки даже под колдовским усилением удерживать не получалось. По крайней мере при условии, когда необходимо точное наведение и филигранная работа с заклинаниями.
Тем временем ушко Брони уловило характерные шорохи в наушнике, куда транслировался звонок с мобильного телефона.
— Алло? — голос принцессы оставался узнаваемым даже несмотря на сумму искажений от динамика и от заклинания шумоподавления. — Броня, ты ещё здесь?
— Да, — ответила синеокая аватара хтонического божества.
— Скажи что-нибудь длинное, чтобы я убедилась в работоспособности заклинания.
Ну, да, это слечна Глашек хорошо слышала слечну Лотарингскую, а вот той приходилось отделять зёрна слов от плевел хлопанья вертолётных лопастей. Конечно, Слунце могла бы просто попросить собеседницу говорить погромче, однако для августейшей особы это было бы мало того, что неудобно, так ещё и являлось бы демонстрацией неумения справиться с задачей, с которой сумела справиться вчерашняя челядь.
— Второй закон Кларка гласит: единственный способ обнаружения возможного состоит в том, чтобы отважиться и сделать шаг за грань, в невозможное, — послушно выполнила просьбу принцессы аватара божества.
На той стороне не то хмыкнули, не то усмехнулись.
— Я с тобой лично общаюсь, читай, третий раз, и всё ещё не могу понять, какая ты. Только начинает казаться, что я нащупала то, что можно считать твоим стержнем, как ты совершаешь нечто, не вяжущееся с моими предыдущими догадками.
— Понимаю, — ответила девушка. — Но, боюсь, у меня не очень много времени на разговор: мне необходимо спасать Прагу, поэтому, не обижайтесь, если я резко оборву связь — вы меня застали буквально во время боевой операции.
— Кстати, об этом я и хотела поговорить, — заметила собеседница. — Удивлена, что вы не попытались согласовать её со мной.
Сумма помех и искажений не позволяла уловить всех интонаций Слунце, однако Броне думалось, что реши та продемонстрировать угрозу или раздражение, не заметить их мог бы только глухой. Иными словами, общий тон беседы был парадоксально мягкий. Намного мягче, чем Лешая предполагала.
— Во время нашей последней беседы вы продемонстрировали неуверенность и нерешительность. Мне не хотелось на вас давить, слечна Лотарингская. Приношу свои извинения, если вы истрактовали мои действия как-то иначе. Я могу судить только по себе. И лично мне бы не хотелось, чтобы кто-либо вмешивался в процесс моих размышлений с просьбами поторопиться.
Разумеется, то была ложь. Очевидно, что покамест принцесса занимает позицию консерватора, а потому помощи в подобных начинаниях от неё ожидать не приходилось, а вот препон — вполне. Гораздо осмысленней просто поставить августейшую особу перед фактом, существенно ограничив той пространство решений и подтолкнув её в сторону выбора, наиболее выгодного пану Маллою.
— Понимаю, — медленно, словно бы задумчиво, произнесла Слунце. — Тем не менее, я хочу сказать, что то, каким образом данная операция осуществляется, существенно дестабилизирует Богемию. Исходя из того, что было сказано во время нашего последнего разговора, у меня есть все основания полагать, что вы делаете это намеренно.
Синие очи Брони внимательно следили за движениями находящегося там, внизу, силуэта Лукана. Кончик его ленса перемещался в пределах достаточно большого радиуса, что позволяло предположить факт разделения отряда Даркена на два сквада по четыре человека. Судя по всему, противник сопротивлялся весьма активно, раз так часто требовалось вмешательство портативного пилона пана Кучеры.
— А вас не смущает, с какой лёгкостью подобная дестабилизация проходит? Поверьте, слечна Лотарингская, если вы соберёте всех ныне живущих людей со всех миров, из которых когда-либо приходили попаданцы в Форгерию, вы найдёте не более сотни человек, одержимых идеей порядка в той же или большей мере, чем я, — спокойно, медленно и даже чересчур чётко ответила Лешая. — Но система, не являющаяся самоподдерживающейся, не может являться основой порядка. В данный конкретный момент я пытаюсь отсечь одну из причин вероятной дальнейшей дестабилизации.
— Даркена Маллоя? — даже не имея возможности различить оттенки интонаций собеседницы, Броня могла ощутить яд в голосе принцессы.
— Ганнибала Тогосамого, — практически проскрипела слечна Глашек. — Прошу прощения, я не могу больше продолжать разговор: я нужна в другом месте.
Не дожидаясь ответа, Лешая разорвала звонок, переключила гарнитуру на другую волну, а затем скользнула пальцем по правому виску, активируя контур, призванный закатить глаз в пафосное «боевое положение». Благо, когда ты некромаг, такие выверты не сказываются на поле зрения в худшую сторону.
— Это змея, проверка связи, как слышно?
  
— Ворон. Громко и чётко, — тотчас же отозвался Виктор.
Штатная процедура. Простая, быстрая и необходимая. Каждый из участников прошёл её. Каждый из участников спрятал голову в шлем и запахнул забрало.
Броня не говорила громких речей. Она не выступала перед большим сборищем. Под её непосредственным командованием сегодня находилось всего несколько человек, которым не требовалось лишний раз объяснять, какой Лешей они забыли в отеле «Сметана». Ведь каждый из них знал, какой Лешей. Той самой, что распахнула боковую дверь и встала у самого обрыва, взирая с высоты на тёмные улицы, огоньки на которых выглядели, словно бы неведомый гигант набрал горсть светляков, да небрежно бросил её под ноги.