"Фантастика 2025-110". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

Осознавая это, Броня решила не нервировать из без того натерпевшихся гражданских и сделала несколько шагов назад, к соединительной муфте между вагонами.
— Госпожа? — взволнованно окликнула Лешую француженка.
— А вы, я посмотрю, не совсем понимаете, что происходит, слечна Жаклин, — голос Меца звучал жестковато. — Это, уродливыми каплями оплавляясь, с лица вашего сюзерена сползает та маска, что слечна Глашек демонстрирует на людях. Под ней не человек.
  
— Конечно же не человек! — капризно вздёрнула носик Кюсо. — Богиня!
— И чем, по-вашему, от людей отличаются боги, кроме могущества? — усмешка пана Праведного звучала отнюдь не весело, скорей горько, покровительственно.
Он знал. Он, определённо, знал о Лешей даже больше, чем она могла бы рассказать о себе в честнейшем из разговоров. Действительно, боги от людей отличаются столь разительно, что одной лишь только разницы в восприятии мира хватило бы, чтобы вызвать у смертного оторопь.
Броня с удовольствием бы обсудила с Мецем этот вопрос, да вот только сейчас было важней изолироваться от общества. Любого общества.
Синеглазка двумя могучими ударами разорвала соединительную муфту, а затем, напоследок подмигнув Жаки и её новому другу, решительно шагнула в непроглядное колючее белое марево.
2.
Даркен со всей злобой пнул в сторону отрубленную голову противницы.
Поступок сей был, конечно, бесконечно неправильным, ведь бестолковка слечны Стрыги могла повредиться сильней, чем успела повредиться за время схватки, и это могло существенно усложнить процесс оживления, но сын рода Маллой попросту не мог отказать себе в этом простом низменном удовольствии.
— А-а-а, курва! — выпалил он и резко развернулся на пятке назад, запуская руки в волосы: шлем попросту разлетелся, когда тварюга особенно удачно приложила молодого человека об одну из колонн.
Колонна, кстати, тоже разлетелась, из-за чего «номеру один» затем пришлось выбираться из-под завала и спешно латать части тела, которые броня оказалась не способна защитить.
— Даркен? — услышал молодой человек откуда-то сверху знакомый женский голос. — Даркен, ты там? Один? Союзники-противники?
— Туна? — удивлённо переспросил дворянин и перевёл вопросительный взгляд на Гало, устало присевшего на тот гробо-сундук, что их парочке удалось отбить в последнем сражении. Громила всем своим видом показал, что не в курсе, какой Лешей тут забыла слечна Штернберк. — Ты откуда тут взялась?
— Я тут живу… Семеро, Дарк, что за вопрос?
Спустя пару секунд наверху обнаружилась рыжеволосая красотка, что внимательным взором осматривала месиво кусков тел и обломков камней, оставшееся в пещере после последнего боя.
— Что… что здесь произошло?
— Ох, Туна, ты такое пропустила! — взмахнул руками Маллой-младший. — Битва была просто эпической! О таких складывают легенды, и в этих же легендах говорят, что оно было неописуемо! У меня просто слов таких нет, чтобы передать тебе хотя бы десятую часть того пафосного превозмогалова, через которое мы прошли! Там было БУХ!!! Затем БАХ!!! Затем ГРЫ-Ы-Ы-Ы и ТАДЫЩ!!!
Некромаг начал активно жестикулировать и месить воздух кулаками, словно мальчишка, объясняющий другу сюжет крутого боевика.
— Я… догадалась… — дворянка изящно спрыгнула со своего высокого уступа и взмахом волшебной палочки замедлила падение у самого пола. — Я видела того распополамленного гигантского ящера.
— Это я его! — вяло махнул рукой Гало.
— Когда мы пришли, всё так и было, — одновременно с громилой воскликнул Дарк. — Ладно… лучше скажи, как ты нас нашла? Тут же хтоновы лабиринты!
— Думаю, также, как и я, — пожал плечами «номер три». — Просто шла туда, где громче возня.
— Ладно, принимается, — Маллой-младший небрежно плюхнулся на пятую точку прямо там, где стоял. — А зачем?
— Затем, что вы снова сунулись в пасть голодному льву без лекаря, — нахмурилась девушка и решительно шагнула к Дарку, возжигая на кончике волшебной палочки яркий огонёк света, что заставил дворянина болезненно зажмуриться и отвернуться.
— О, Семеро! Зачем, Туна?! Зачем?! Мы же тут все под «кошачьим глазом»! Ты мне чуть сетчатку не выжгла!
— Я могу её восстановить, поэтому не актуально, — с плохо скрываемым злорадством произнесла красотка. — И вообще, ты сам знаешь, в чём провинился.
— В том что сунулся в данж без полноценного хила, — вздохнул молодой человек. — Но всё равно, как-то жестковато. И вообще… ты же, вроде как, была занята, нет?
— Спасала тебя от брака, который ты не желаешь, агась, — Фортуна без малейшего стеснения принялась тыкать волшебной палочкой в ремни и застёжки брони собеседника: мало того, что магически избавиться от тяжёлого защитного облачения было всяко быстрей, чем ручками, так это ещё и не грозило болью от неуклющего контакта доспеха с синяками и ссадинами. — Представляешь, этой фифе принцесса не по нраву! Видать, действительно на тебя запала, но старательно набивает себе цену.
— Запала? — фыркнул Дарк, поднимая руки вверх, чтобы магичке было сподручней стянуть с него кирасу. — Нет, я допускаю, что ошибся и моя тактика «быть куртуазным до сблёва» имела обратный эффект, но, всё же, мне кажется, что ты неверно оцениваешь сигналы со стороны Глашек: это человек, которого жизнь так долго била, что он, видя протянутую руку, инстинктивно сжимается. И скажи «спасибо» её милейшим форгерийским родителям, что хоть не пытается ударить на опережение. Сгладили опыт, предшествующий попаданчеству. Молодцы.
Молодой человек чуть приоткрыл глаза, всё ещё щурясь от света волшебной палочки.
— По крайней мере, когда мы говорим о той версии синеокой зануды, судьбу которой ты пытаешься обустроить.
— Той версии? — буркнул Гало, со стороны которого раздавался недвусмысленный шорох фольги. — Хочешь сказать, что за Стрыгой стоит иная копия Броньки? Но откуда она взялась?
— Полагаю, из Ковача, — плечо Даркена налилось приятным потусторонним холодом.
— Ковачская Глашек разве не обратилась Иггдрасилем? — резонно вопросил громила.
— Большая её часть… но, как ты думаешь, за то время, пока она сбрасывала кожу и обрастала древесной корой, не мог ли кто отхватить от неё кусочек?
— И что? Унести с собой? — удивился мегатериум.
— Я тебя умоляю, никто не унёс оттуда даже ног. Я был там, — со всей серьёзностью ответил «номер один». — Единственного, кто сумел вырваться из веток Глашек, расплескало по округе и смыло в ливнёвку. Полагаю, в ту же, в которую смыло ошмёток будущей Лешей.
В помещении воцарилось молчание, нарушить которое решилась лишь Фортуна, и то, секунд через пять.
— Магической мощи во время той резни у Брони было много. Очень много. Её вполне могло бы хватить, чтобы даже кусок плоти мог выжить и даже регенерировать. Но, думаю, не каждый кусок. Мозг… кто-нибудь вышибал в той битве Глашек мозги?
Даркен пожал плечами.
— А, Лешая его знает? Могли и вышибить. А ещё, мозг мог вывалиться сам в процессе дендроизации нашей дорогой занудки, когда ему не нашлось места в новой структуре. Ей-Семеро, это вообще не очевидно было, но если так подумать: если разум может цепляться за тело, полностью состоящее из растительных волокон, почему он не может отчаянно цепляться и за куски старой плоти?
— Но… что тебя натолкнуло? — с подозрением спросила Фортуна. — Это… действительно, неочевидно. И вообще, не факт, что случилось. Ты должен был увидеть руку Глашек во всём этом…
— И увидел. Сначала — в дизайне витры. Он слишком специфичен. Настолько, что не каждый человек из моего родного мира его видел, но мы с Бронькой имеем слишком много общих вкусов. Я бы даже предположил, что она происходит из моей тусовки: не той, с которой я выпивал и дёргался под музыку в клубах, а той, с которой я зависал на форумах, — серьёзно сказал Дарк. — Но витрой дело не ограничилось: почерк Глашек был ярко выражен в дизайне ещё нескольких вещей и в том, как специфически-многоступенчато организована оборона… это сложно объяснить. Но я работал бок о бок с этой занудой. Я чувствую, на что она обращает внимание. Как она подбирает варианты… проклятье, да тут даже официанточки являются отсылкой к одному из SCP!!!