"Фантастика 2025-110". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

Надо было видеть лицо Бронислава.
Реплика Глинского о ставках привела учителя в бешенство. Я же ничуть не сомневался, что князь захочет побаловать высокородных гостей тотализатором. Без азарта и жизнь не в кайф. Верхушка Дома Рыси и прочие богатенькие личности пресытились обычными развлечениями и жаждут остроты. Ещё удивительно, что здесь гладиаторские бои не организовали.
  
Повернув голову ко мне, Бронислав тихо произнёс:
— Хватит.
Я кивнул.
Какими бы ни были договорённости у князя с нашей консисторией, но репутация инквизиторов прямо сейчас закатывается под плинтус. И Бронислав принял единоличное решение показать, кто в доме хозяин.
Раздался свисток арбитра.
С кривой ухмылкой я сформировал в правой руке огненный шар и запустил в угол «синих». Базовый игрок и нападающий испуганно отскочили в разные стороны, а сгусток огня врезался в стеклянный шар и превратил его в прозрачную лужицу. Угол почернел, запахло гарью.
Зрители ошеломлённо смотрели на происходящее.
Бронислав неспешно достал сакс и с разворота разнёс пузырь. Подняв голову вверх, гаркнул:
— Просмотр завершён!
Мы начали действовать, не сговариваясь.
Разбежались и прыгнули, оторвавшись от пола на несколько метров. Я на усилении, Бронислав на каких-то хитроумных артефактах. Оказавшись на трибунах нижнего яруса, не обращая внимания на поднявшийся переполох, начали подниматься ещё выше, отталкиваясь от ограждения и прыгая дальше, цепляясь руками за перила. Не прошло и десяти секунд, как мы добрались до яруса, где стоял ошеломлённый Глинский со своей женой и свитой. К нам проталкивались представители СБ, но делали это без особого энтузиазма. Всё-таки, поднять руку на инквизиторов никто не осмелится, даже по приказу своего хозяина, но расторопность и участие нужно показать.
Бронислав шагнул вперёд.
Я даже не успел заметить, когда он вложил Десницу в чехол.
— Отец Бронислав? — князь изо всех сил изображал невозмутимость. — Что происходит?
— Представление окончено, — отрезал учитель. — Вы перешли все границы, князь.
— Поясните свою мысль, — я увидел, как напряглись мышцы главы Рода. Желваки так и ходили на скулах, аристократ еле сдерживался.
— Призовой фонд, подпольный тотализатор, — Бронислав выплёвывал слова прямо в лицо князю. — Вы из нас тут клоунов решили сделать?
Лицо Глинского изменилось.
Слишком угрожающей была интонация, с которой наставник обозначил нашу позицию.
— Не думаю, что эту выходку одобрит ваше руководство, — Глинский воинственно задрал подбородок.
— Скоро моё руководство задумается над вашей ролью в деле Адельберга, — предупредил Бронислав. — И, поверьте, у меня достаточно связей в Супреме, чтобы принимать неудобные для вас решения.
Мы покинули приём, не сказав больше ни единого слова.
Впрочем, веселье только начиналось.
Не успели мы забраться в кабину «Сокола», как с Брониславом вышли на связь. Я это понял по застывшему взгляду карателя.
Дождь прекратился.
По небу, гонимые ветром, мчались обрывки туч.
— Нас вызывают, — нарушил затянувшееся молчание Бронислав.
Аэрокар поднялся высоко над княжеским дворцом, и сейчас я вёл его напрямик к Пятиугольной площади.
— Руководство?
— Отец Исидор, — последовал раздражённый ответ. — Предстоятель Туровской консистории.
Я никогда не встречался с предстоятелем. Насколько мне известно, он даже круче отца Риордана — старика, принимавшего у нас присягу в сентябре. Риордан был духовным наместником протоинквизитора и бессменным ректором семинарии. Исидор руководил старейшей и самой могущественной консисторией в России. Формально Бронислав должен ему подчиняться, но что-то мне подсказывает, что у легендарного карателя на сей счёт имеется особое мнение.
— Нас изучали, — спокойно заявил я.
— В смысле? — насторожился Бронислав.
— Никто не хотел выставить инквизиторов клоунами, — продолжил я, пересекая границу Прайда. — Они даже не прощупывали границы дозволенного. Их интересовали конкретно наши с тобой границы, Бронислав.
— Поясни.
— Сила кинетических ударов, — начал перечислять я, — применяемые артефакты, скорость реагирования, пределы возможностей. Я видел минимум трёх типов на трибунах. Они не отрывали от нас взглядов и делали пометки в блокнотах.
— Когда ты успел? — удивился наставник.
— Успел. Именно по этой причине едва не упустил конус в самом начале. И ещё один в конце. Хотел убедиться, что не ошибся.
— Ты не ошибся?
— Нет.
Бронислав задумался над моими словами.
— И чем, по-твоему, мы так заинтересовали Глинского?
Пожимаю плечами:
— Ты у нас великий мыслитель. Вот и скажи мне.
— Давай без этого, — устало буркнул каратель.
— Я не знаю, Бронислав. Версий много. Скучно стало магнату, вот и занимается всякой ерундой. Или хочет получить некие боевые знания, чтобы использовать в своих интересах.
— Или реально стоит за Адельбергом.
— Графа допрашивают, — снова пожимаю плечами. — На объекте работают провидцы. Если эксперименты инициировал клан, мы об этом узнаем.
Пересекая периметр консистории, я почувствовал ментальный запрос.
Ответил и пошёл на снижение.
— Вот что, — Бронислав переключился на деловой лад. — Я беру предстоятеля на себя. Ты не вмешивайся. Лучше стой в сторонке и коси под дурачка. Поддержал наставника, и всё такое. Будут задавать прямые вопросы — отвечай односложно. О своих подозрениях помалкивай.
— Замётано.
Дежурный инквизитор выдал мне временный допуск на административный этаж. Оказывается, послушникам туда ходить не положено, но поступило распоряжение от предстоятеля пропустить нас обоих. Дорога пролегала через крыло с кабинетами дознатчиков и блок «теневых расследований». Трижды путь преграждали каббалистические двери, открывающиеся по психотипу.
У Исидора, естественно, был секретарь. Строгий мужчина лет тридцати в тёмно-коричневой сутане. Завидев нас, инквизитор вежливо поздоровался, сообщил о нашем прибытии по селектору и, выждав несколько секунд, сухо произнёс:
— Предстоятель ждёт.
Массивная деревянная дверь рассыпалась на уже знакомые сегменты, и мы переступили порог личного кабинета отца Исидора.
Никаких откровений или потрясений.
Обычный кабинет, довольно просторный, без изысков. Я бы даже сказал, аскетичный. Книжные полки, простая и функциональная мебель, окно с видом на площадь. На одной из стен — здоровенная эмблема инквизиторов. Всё тот же ромб со зрачком и белыми протуберанцами. Никаких портретов, икон или других культовых вещей. Но я и так понимал, что деятельность инквизиции не имеет ничего общего с религиозными мотивами, в том числе, с популярным во всём мире культом Древних. На столешнице, естественно, красовался компьютер. И кнопочный радиотелефон — последний писк технологической моды.
Отец Исидор был грузным человеком, с лысиной, стрижкой «под ноль» и длинной чёрной бородищей, ниспадающей на антрацитовую сутану. Парадную сутану. Эдакий представительский класс с обилием нашивок, стильным узором и воротничком серебристого цвета. Предстоятель носил очки в золотой оправе, которые при нашем появлении сдвинул на кончик носа.
Удивляло другое.
Предстоятель Исидор был не один.
В кабинете находился ещё один человек, скромно стоявший в углу, возле окна. Человек тоже был инквизитором, но выглядел достаточно молодо. Во всяком случае, моложе предстоятеля. Гладко выбрит, стрижка на пробор. Ряса — чёрный янтарь. Высшая ступень, большая редкость. А вот что мне не понравилось, так это взгляд Бронислава, который скользнул по неизвестному инквизитору. Полный неприязни и затаённой обиды взгляд.
  
— К нашей беседе решил присоединиться отец Алексей, — предстоятель сообщил это без особого энтузиазма. — Думаю, вы знакомы.
— Есть немного, — процедил Бронислав. — Что он тут делает?
Я вспомнил, что мне рассказывали про отца Алексея. Тень из Супремы, внезапно приехавший в Туров. Наставник Смолина и бывший куратор Максимилиана — ученика Бронислава, с которым связана весьма неприятная и болезненная для карателя история.