"Фантастика 2025-110". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)
В общем, поднялся я рано из-за сантехнических проблем. Реконструкция на верхнем этаже была настолько фундаментальная, что строители заново прокладывали водопроводные и канализационные трубы, отключив часть стояков. Унитазы и прочая дребедень тоже менялись, как и бытовая техника.
Позавтракав по привычке овсянкой и бутербродами, я в очередной раз задумался о поваре, слугах и нормальном снабжении усадьбы. Мне нужны люди, которые будут закупаться едой, готовить и подавать всё это по щелчку, но сейчас на поиск подходящих кандидатур попросту нет времени.
Из усадьбы вылетел за час до назначенного срока. К этому времени уже все проснулись. Бенедиктов взялся за изучение слабых мест «Транскапитала», чтобы подготовить грамотный иск. Да, мы намеревались судиться с Ганзой, и у нас появились ресурсы для схватки, но этого недостаточно, чтобы отжать отцовские капиталы. Прежде всего нам стоило изучить юридические акты, на которых базируется наглая политика ганзейцев в России. Особый упор стряпчий делал на прецеденты, которые имели место в прошлом.
Варя на бронированном внедорожнике под присмотром двух телохранителей экстра-класса отправилась в город, чтобы встретить прилетающего друга Фурсовых — телепата, согласившегося работать на девушку, несмотря на внешние угрозы. Насколько я понял, этот человек был как-то задействован в схемах сбыта крема, и Варя намеревалась вести через него ответственные переговоры.
Оказавшись на улице, я оценил размах, с которым поработали «черепа». Вокруг моего дома возвели миниатюрный военный лагерь, причём сделали это грамотно, чтобы не мешать хозяину. Казармы, ангар, ремонтная мастерская, гаражи, здание СБ — всё располагалось на достаточном расстоянии от усадьбы и не мозолило глаза. Постройки были временными и легко разбирались при необходимости.
А ещё появился периметр.
Сетчатый забор, колючая проволока, шлагбаум и КПП, непонятные столбы явно артефакторного происхождения, наблюдательные вышки в углах условного квадрата, прожектора, видеокамеры… Последние, кстати, были понатыканы везде, где только можно.
Удовлетворённо хмыкнув, я пошёл к «Соколу».
Планов у меня вагон и маленькая тележка.
И планы эти не ограничиваются встречей с Брониславом.
Глава 22
С появлением в родовой усадьбе наёмников жить стало гораздо проще. Мы с Варей получили возможность заниматься важными задачами автономно, не оглядываясь друг на друга. Я вплотную занялся подготовкой к повышению ступени, нашими врагами в Москве и общими вопросами безопасности. Фурсова сосредоточилась на снабжении рудника, регулярной отгрузке крема и управлении нашими землями.
Прибыв на инструктаж, я встретился с Брониславом и выслушал сжатую лекцию о том, что можно делать и чего нельзя на приёме у Глинских. Тезисы оказались предсказуемыми. Мы — личности не светские. Поэтому идём не в смокингах, а в рясах. Берём с собой оружие, если захотим. Игнорируем любые попытки клановцев вытащить из нас секретные данные. Не распространяемся о ходе расследования по Адельбергу. Отказываемся от презентов, денег и прочих форм взяток, через которые из нас попытаются сделать союзников. Никакой реакции на предложения по династическим бракам.
Кстати, о браках.
Кодекс не запрещает инквизитору заводить семью и даже брать нескольких жён, если возникнет желание. Мы можем жениться на простолюдинках и дворянках, забивая болт на сословные ограничения. И заводить детей, которые не связаны с консисторией и будут блюсти интересы исключительно своего Рода. В то же время, семья инквизитора находится под защитой Супремы. Улавливаете нить? Большой процент девушек в лепёшку расшибётся, чтобы захомутать инквизитора, родить от него ребёнка и получить гарантии безопасности на десятилетия вперёд. Так что за молодыми послушниками и даже братьями в возрасте на всевозможных раутах и вечеринках разворачивается подлинная охота.
— Запретить напрямую связываться с этими девицами мы не можем, — признал Бронислав, — но негласно такое не поощряется. Ты — визитная карточка организации. И должен вести себя адекватно.
— А если меня кто-то вызовет на дуэль?
Брови учителя сдвинулись:
— Ещё одно слово, и устрою тебе внеплановую проверку на знание Кодекса.
Да, глупость сморозил.
Вызывать на дуэль инквизитора, даже если он в мирской жизни носит благородный титул, запрещено. Это невозможно по определению.
— Хорошо, вопросов нет, — я поднялся, намереваясь выйти из кабинета.
— Забери приглашение, — Бронислав пододвинул красиво оформленную ламинированную картонку. — И не вздумай опаздывать. Лучше приехать на полчаса раньше.
— По рукам.
— Встретимся… — Бронислав посмотрел на часы.
— Я могу тебя забрать на аэрокаре, — невинно улыбаюсь в ответ. — Это быстрее и проще, чем изобретать сложные схемы.
— Ну… ладно.
— А ты на чём ехать собирался?
— На метро. Или такси бы вызвал.
Вот он, отец Бронислав во всём своём великолепии. Рыцарь Кодекса без страха и упрёка. Ни пафосного лимузина, ни личного дирижабля.
Покачав головой, я уточнил:
— Где расположен дворец Глинских?
— Продолжаешь задавать глупые вопросы, — ухмыльнулся Бронислав. — Во-первых, адрес указан в приглашении. А во-вторых, магнаты уровня Глинских селятся исключительно в Рысином Прайде. Там построены дворцы правящего ядра, и это известно даже младенцу.
— Вот же ты душнила, — не выдерживаю издевательств святоши. — Ну, не знал я, что с того? Лишняя для меня информация. Это же не Разлом, а просто сборище авторитетных богачей.
— Сборище авторитетных богачей, — передразнил Бронислав. — Не додумайся ляпнуть что-нибудь вроде этого при руководстве консистории. Ладно, проехали. Прайд находится за Пятиугольной площадью, так что про метро и такси я пошутил. Отсюда можно и пешком дотопать. Начало в двадцать ноль-ноль. Встречаемся у главного входа в консисторию… скажем, в полвосьмого.
— Договорились.
Разумеется, я знал, что такое Рысиный Прайд, и где он расположен. Эти сведения доступны всем туровцам. Скопление роскошных кварталов, охраняемых службой безопасности Великого Дома. Въезд простым смертным туда жёстко регламентируется. Прайд — это город в городе, с собственной инфраструктурой и небольшой армией. Там есть элитные торговые ряды, самые дорогие в городе отели, рестораны и ателье, посадочные площадки для частных дирижаблей и аэрокаров. Вся клановая администрация тоже окопалась в этом районе. Ну, и монументальные дворцы знати, куда ж без них.
Закрыв дверь кабинета, я изучил приглашение.
Текста — минимум.
Указана одна персона, то есть, послушник Ростислав Володкевич. Подпись Ивана Глинского, главы Рода. Платиновый фон, золотая окантовка. Родовой герб: княжеский престол в красном поле, скипетр с крестообразной рукоятью, разные финтифлюшки… С детства ненавидел геральдику.
Дверь кабинета открылась.
— Забыл про хорошую новость, — Бронислав хлопнул меня по плечу. — На остаток дня ты освобождён от боёв на арене и упражнений с тонфами.
— В лесу кто-то сдох, — хмыкаю в ответ.
— Благодари не меня. Так решило руководство консистории.
* * *Дождь в декабре — это извращение.
Вжух полностью разделял мои мысли по этому поводу и с недовольным видом наблюдал за тем, как свинцовые небеса бомбардируют Туров отвесными струями.
Я направил «Сокол» к чёрной с пятнами луж крыше трёхэтажного дома на улице Гедеона Рихтера. Всё выглядело так, что я спускаюсь на госучреждение или какую-нибудь муниципальную библиотеку. Здание ничем не выделялось на фоне соседей. Квартал наводнили представительства мелких компаний, посольства захудалых африканских княжеств, конторы счетоводов и дома-музеи известных писателей, некогда живших в Турове.
Организация, на крышу которой я мягко приземлился, во всех справочниках числилась под убогим названием «Галантерейная мастерская № 7». В узких кругах, к которым принадлежала Варя Фурсова, этих ребят окрестили Фирмой. Именно так, с большой буквы.