"Фантастика 2025-110". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)
Намотав еще сотню километров, мы пошли на посадку. Надо было передохнуть и залатать образовавшиеся в корпусе флаера дыры — повезло, что силовую установку не зацепило. А корпус… Это мелочи — у нас был универсальный солдат. Точнее, кибер.
— Почему я должна этим заниматься? — возмущалась Латте.
— Потому что только ты можешь преобразовать обычный кусок скалы в нечто, напоминающее материал обшивки флаера, — Даг ходил за ней по пятам, проверяя, насколько качественно та делает заплатки.
Гравикомпенсаторы летательного аппарата были отключены. Удобно устроившись в кресле, насколько это было возможно в условиях повышенной гравитации, я пытался прийти в себя. Тело горело, а поврежденные энергоканалы пульсировали внутри, словно раскаленные прутья… Но, откровенно говоря, я ожидал худшего результата.
«Ци» в твоем организме оказала «скрепляющий эффект», — объяснила Гисс. — В отличие от наносети, энергия жизни способна ограниченно укреплять и регенерировать энергетические структуры. В той же мере, как и разрушать — всё зависит от желания пользователя. Способность работать с «живой», между прочим, — это один из признаков демиурга. Только на самых последних стадиях его развития.
«Для чего это демиургу?» — несколько удивился я.
«Ммм… А как ты представляешь себе демиурга, зайчик?» — усмехнулась симбионт.
«Нуууу… Это такой, способный жонглировать планетами супер-псионик…» — предположил я.
«Режим капитана Очевидность активирован», — услышал я едкий смешок. — «Демиург — это создатель. Существо, способное материализовать живое из ничего!»
«То есть жонглировать планетами он не в состоянии?»
«Может», — образ захватившихся глаз был мне в ответ.
«Значит, я был прав», — мысленно пожал я плечами и тут же уточнил: «Что это значит для меня прямо сейчас?»
«У меня нет ответа на этот вопрос, котик, — мурлыкнула симбионт. — Но я отчётливо регистрирую — преданное тебе Иридой „сродство“ с „ци“ поддерживает твою энергетику, ускоряя развитие. Однако накопленный в твоём теле запас „ци“ иссяк».
Круто, чё. Ещё одна читерская способность в моём арсенале. Единственное ограничение — «жива» естественным образом восстанавливаться не спешит. Единственный вариант — вернуться в мир Ириды…
«Необязательно. Все необходимые задатки у тебя есть. Теперь нужны соответствующие тренировки», — обрадовала меня Гисс.
«Кто бы сомневался», — буркнул я, но тем не менее запросил у симбионта инструкцию, как это можно будет реализовать.
Нельзя упускать возможность стать сильнее. Сейчас на это времени нет, но в перспективе это может стать сильным бустом. Диппер тоже надорвался, причем в этот раз куда больше, чем прежде. Потенциал его просел на девяносто процентов… Так что на какое-то время мы потеряли нашу «вундервафлю». Если верить Стренноглазу, на полное восстановление уйдет несколько дней.
По-хорошему, задержаться здесь, среди кристаллической пустыни, на планете с подсвеченной красной звездой метановой атмосферой. Тем более, что даже местные обитатели оказались к нам весьма дружелюбны. Камениты. Силикатная — кремнево-кислородная форма жизни. Вполне способные общаться в диапазоне радиоволн, они даже поинтересовались, не нужна ли нам помощь.
Однако находиться на здесь долго было тяжко. Температура сотня плюс за бортом — мелочи жизни, а вот повышенная гравитация вытягивала силы. В итоге, залатав дыры в корпусе, мы стартанули к новой точке в надежде, что по ту сторону нас будет ждать более подходящий для отдыха мир. Оптимистично, учитывая то, что маршрут, полученный нами в Партальном центре Сети, заканчивался. Теперь надо следовать оставленным мне дайзом подсказкам — следующий «прыжок» может занести нас куда угодно…
Повезло. Первый же по счету мир оказался к нам невраждебным. Без воздушного рекуператора наружу, правда, не выйдешь. Зато гравитация и температура были более чем комфортными. Вокруг сплошная вода — двадцать-двадцать пять по Цельсию. И «вокруг» — это не морская гладь, а самое настоящее океанское дно.
Планета размером с Юпитер, состоящая по большей части из воды. Химический состав которой практически не отличался от земного. Давление в любой точке являлось чуть ли не константой, а свет проникал сквозь толщи воды, преломляясь, но не задерживаясь. Прекрасный, наполненный жизнью подводный мир. Полуживые рифы здесь уносило течениями, а вокруг них можно было обнаружить что угодно: от цветастых тропических рыбок до огромных, похожих на динозавров монстров…
Приборы говорили, что существовать такое не может в принципе, а глазам было на это наплевать. Морфировав симбионта в дыхательную маску, я занырнул в эту безбрежность, наслаждался тишиной. Закрыв глаза и отстранившись от всего, медитировал… И только иногда, скрепя сердце и обещая себе более этого не делать, возвращался в симуляцию дайзской планеты, чтобы посмотреть на спящую Ириду…
«Всё, что нас окружает, имеет признаки искусственного происхождения», — отчиталась симбионт.
«Я так и думал. Продукт какой-то сверхцивилизации?» — уточнил я.
«Скорее уж „песочница“ молодого бога», — возразили мне. — «Здесь даже законы физики работают несколько иначе».
Пожав на это плечами, я расслабился, позволяя унести себя потоку. Полностью я восстановился на третий день. Не последнюю роль в этом сыграли практики развития «ци», что подкинула мне Гисс. А вот у Диппера энергоканалы оказались в плачевном состоянии. Настолько, что тот отказался двигаться дальше, пока не восстановится хотя бы наполовину.
По итогу в следующий мир мы попали только через неделю с момента прибытия в этот. И первым же сообщением, что мы получили на входе, было:
«ВНИМАНИЕ! ЗАРЕГИСТРИРОВАНО КРИТИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ КВАНТОВОЙ ЭНТРОПИИ ПРОСТРАНСТВА. РАЗРУШЕНИЕ НАНОСЕТИ ПРОИЗОЙДЕТ ЧЕРЕЗ 22 МИНУТЫ 31 СЕКУНДУ».
Глава 12
Сейчас все решится…
«ВНИМАНИЕ! ЗАРЕГИСТРИРОВАНО КРИТИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ КВАНТОВОЙ ЭНТРОПИИ ПРОСТРАНСТВА. РАЗРУШЕНИЕ НАНОСЕТИ ПРОИЗОЙДЕТ ЧЕРЕЗ 22 МИНУТЫ 31 СЕКУНДУ».
Предупредила нас Сеть. Но даже без этого становилось очевидным — что-то в этом мире не так. Энергия, что обычно плавно и бесперебойно текла в энергоканалы, шла с трудом, урывками, словно спотыкаясь. Навалилось ощущение слабости. Даже генератор флаера сбоил. Ругаясь матом по-английски, Даггер посадил его на каменистую почву планетки.
«Портальный конструкт с этой стороны поврежден», — ко всему прочему подкинула плохих новостей Гисс.
Глобальной проблемой это не было — запас артефактов, создающих точку перехода, у нас был, да только нам надо вперед двигаться, а не пятиться.
— Надо отсюда скорее убираться! — нервно пропищала Латте. — Чёртовы наноботы отказывают.
Обычно самая спокойная, после Даггера, конечно, сейчас она сидела с испуганным лицом. Если нас потеря основанных на квантовых эффектах устройств делала слабее в той или иной степени, для неё это было равносильно смерти. Наниты не только отвечали за трансформацию, но поддерживали жизнеобеспечение человеческих органов. В её случае по большей части мозга.
— Без паники. Есть сигнал маяка. Расстояние плёвое — пешим ходом десять минут… Только флаер заглох, сука! — выругался Даг. — Можем рвануть, если это, конечно, нужная нам точка перехода. Вайп?
Надо же, и этого пробрало.
— Всё верно, — сверившись с программой-целеуказателем, ответил я.
— Тогда вопрос по технике. Бросать флаер здесь не вариант — сдохнет окончательно. Активируем портал артефактом, закидываем его туда, и дальше идем пешком либо тащим с собой. Дипп, потянешь такое?
— Попробовать можно.
— Решать тебе — и желательно сейчас. Времени в обрез, — поторопил я псионика.
Тот посмотрел на меня, сверкнув темно-фиолетовыми, наполненными «звездами» радужками, и пошел на выход. Спустя десять секунд мы снова находились в воздухе — только в этот раз нас транспортировали с помощью концентрированных псионических полей. Еще через минуту тряхнуло, и я услышал по внутренней связи натужный голос Диппера.