"Фантастика 2025-110". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

— Ввверно! — Протянула она, после чего пошатываясь подошла ко мне и взяла под руку. — Дим, ты же не откажешься, проводить меня до кроватки? — Я глянул на Василису, но она лишь махнула рукой, мол, «иди уже».
— И к чему этот спектакль? — Поинтересовался я. Уж мне ли не знать, что выпитое вино для нее, как слону дробина, вот если б она его смешала с шампанским, тогда может я и поверил бы в ее неровную походку, но чтобы мою подругу так развезло с вина, это нет, такого быть не могло, уж что-что, а чтобы Искуснице накидаться, этого было мало.
  
— Да надоело просто. — Подмигнула мне блондинка, переставая изображать опьянение. — Я целый день слушала, какой Бессмертный козел, то, как она с ним ругается по телефону, то, как она ругается с кем-то из их общих друзей, которые звонят ей, чтобы по просьбе Кости, выяснить в чем же дело. По моим подсчетам, он через часок другой к ней и сам припрется, чтобы отношения выяснить лично и в этот момент, я рядом быть не хочу. Ну и тебе тоже, следует быть, как можно дальше. И еще. — Марья открыла входную дверь и повернулась ко мне. — С девчонкой этой, Кикиморой, будь осторожен, Василиса права, она мутная.
Девушка на прощание подмигнула мне и поцеловала в щеку, нет, они что и вправду договорились с Василисой, игнорировать меня, пока я не сделаю выбор? Но это же полный бред, как дети, честное слово.
Я секунду стоял, глядя на закрытую дверь, после чего вздохнул и направился наверх к себе.
И уже почти поднявшись на площадку я столкнулся нос к носу с Варькой, которая спешно засовывала руки в рукава куртки, а во рту держала надкушенный бутерброд с колбасой.
— Фы фля ффо, фовлефя фли. — Произнесла она, глядя на меня задорно горящими глазами.
— Что? — Не понял я, после чего девушка все же откусила от бутерброда кусок, спешно его прожевала, и проглотив, повторила.
— Говорю, ты вовремя! Поехали быстро, у нас ЧП очередное. — Я вот был абсолютно уверен, что изначально она сказала мне что-то совершенно иное, но уточнять времени не было абсолютно, потому что девушка ухватила меня за рукав и уже тащила вниз по лестнице.
— Блин. Только же с работы вернулась. — Пожаловалась мне Варька, устраиваясь за рулем и заводя машину. — Но нет. Пожрать не дадут, то смерти, то попытки ограбления, теперь вот, нападение!
— Нападение? — Удивился я. — А при чем тут мы? Что вообще происходит, давай по порядку.
— Помнишь директора филиала банка? — Не стала спорить со мной девушка и принялась излагать. — Так вот, прикинь, его похитить пытались, среди белого дня.
— Ого! Так при чем тут мы?
— А его пытался похитить невидимка. — Охотно пояснила Варвара и прибавила газу. — Ну а подробности, он тебе сейчас сам расскажет.
К моему удивлению, машина ехала не к банку, а в тихий спальный район на другом конце Караваева, где остановилась рядом с двумя такими же авто, принадлежавшими сотрудникам отдела и двумя полицейскими машинами.
— О! А вот и начальство пожаловало. — Как-то желчно сообщил один из городских полицейских. — Ну теперь все. Считай дело раскрыто.
— Какие-то проблемы? — Ледяным тоном поинтересовался я. Надо будет запомнить этого говорливого парня, на будущее. Спускать такие вещи, значит снова давать почву народным движениям против Института.
— Сержант, рот закрой. — Скомандовал знакомый голос и из-за машины показался мой старый знакомый, капитан Орлов.
Выглядел он паршиво, вроде, как и виделись мы с ним не так уж давно, но старый полицейский сильно сдал за это время, видимо тяжко ему пришлось, после того как он остался единственным из компании заговорщиков, работать на своем месте. Ну а что, презрение коллег, осознание тщетности бытия, да и, наверняка, претензии начальства, они даром не проходят. И если честно, мне было его немного жаль, Сан Саныч хороший специалист, грамотный и упорный и пострадал он именно из-за этого, пытался докопаться до сути, раскрыть дело, обезопасить горожан, а вышло, ну как вышло.
— Добрый вечер Сан Саныч. — Я протянул ему руку, и капитан нехотя пожал ее, не простил он мне того, как мы разогнали их кружок по интересам, увольнения коллег, и скорее всего даже разрушенные жизни. Ну а я что мог поделать? Они сами выбрали свой путь, пошли против меня и Института, не оставили нам выбора.
— Добрый. — Буркнул он себе под нос. — Потерпевшего опрашивать будете? Или нашими протоколами обойдемся.
— Будем! — Не дала мне и слова сказать Варька, и не спрашивая никого, двинулась к машине, вокруг которой толпился народ. Среди них, помимо наших коллег, затесались и несколько городских полицейских.
Я проводил ее взглядом и решив, что от меня при опросе будет мало толка пошел осмотреть место преступления.
Все же Караваев был не правильным городом, в обычных маленьких городках оно ведь как, смесь архитектуры, деревянные частные дома, остатки тех времен, когда городки были еще деревнями, перемежаются, неизбывными бараками, и вечным хрущевками. Более богатые и престижные районы как правило построенные в восьмидесятых из типовых панелей, в тех домах жить престижнее и комфортнее, в подъездах там, в отличии от хрущевок не пахнет мышами, а во дворах, даже построены типовые детские площадки, сваренные из стальных труб. А в Караваеве все не так, тут все иначе, тут нет разнообразия, глядя на этот город, создается впечатление, что его взяли и целиком построили в один момент, по единому плану, от того и районы тут, словно братья близнецы, одинаковые и предсказуемые. Уверен, что пойди я налево, то через два дома обнаружу продуктовый магазин, расположенный на первом этаже здания, а если направо, то будет пивнушка, причем если продуктовый будет только через два дома, то пивнушка обнаружится в каждом доме. Удивительно, как они выдерживают конкуренцию между собой.
Вообще, первые этажи каждого дома, выходящие на проспект, были предназначены под бизнес, под магазинчики, студии, небольшие офисы, вот только почти все они пустовали, за зеркальными витринами не горел свет, не было жизни, а на многих из них уже появились уродливые граффити.
Я осмотрел улицу и брезгливо поморщился. Вот, что мы за народ за такой, даже если нам дать самое лучшее и красивое, через какое-то время мы превратим это в отбросы, разрисуем стены, разобьем стекла, загадим тротуары.
Тут было это все, местные подростки разукрасили из баллончиков витрины пустующих помещений, некоторые из них были разбиты и словно бы в насмешку над этим, на мокрую дорогу налипли грязные лепестки алых роз.
— Чего залюбовался? — Волк подошел ко мне абсолютно бесшумно и услышав его я ощутимо вздрогнул. — Красота?
— Красота! — Согласился я с ним. — Вот что меня поражает в людях, это тяга жить в свинарнике, это ведь новые дома, тут регулярно и усердно убирают, зачем жители, а ведь это. — Я кивнул на граффити на стене. — Сделали именно местные жители, творят такое со своим домом?
— Протест. — Пожал плечами мой серый приятель. — Они таким образом высказывают недовольство.
— Чем? — Не понял я.
— Всем. — Охотно пояснил волк. — Человек всегда чем-то недоволен, но вместо того, чтобы остановиться, подумать, и поступить так, как ему подсказывает логика, он лучше вон, кракозябру на стене нарисует, витрину разобьет, или кнопки в лифте подожжет, а все чтобы, «вот вам всем гадам». А вообще не спрашивай, я в людской психологии не силён. Я больше по пирожкам.
— Пирожки это да. — Согласился я с ним. — А чего ты отдельно ото всех?
— Так опять ту дрянь рассыпали, вот меня и отправили куда подальше. — Вздохнул волк. — Что ж за гадина то такая у нас объявилась, что травит меня бессовестно?
  
— Не знаю. — Я потрепал его лохматую голову. — Но обещаю, что выясню и примерно накажу. Значит опять ту дрянь распылили? — Волк кивнул. — Вот значит, как… А это значит, что мы имеем…
— Проблемы мы имеем. — Перебила меня подошедшая Варвара. — Вернее, это они нас имеют.
— Это значит, что два убийства в Институте, попытка ограбления банка и покушение на банкира звенья одной цепи. Чего от него хотели то, кстати?