"Фантастика 2025-110". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

— За последний час это уже шестая драка. — Уведомил он меня. — Дерутся с регулярностью раз в десять минут, а спорят не переставая. Ты зачем их к себе взял?
— Знаешь… — Я оглядел сцепившихся птиц. — Понятия не имею, сначала жалко как-то стало, а теперь вот думаю, чтобы они тишину вокруг меня разгоняли, как-то заходил в зоомагазин, а там птички в клетке, амадины, чирикают без перерыва, вот прям не затыкаясь, я еще тогда подумал, что было бы неплохо дома таких завести, чтобы от тишины прятаться.
  
— Ты совсем сдурел? — Удивленно поднял на меня глаза волк. — Тишина, это прекрасно, я до сегодняшнего дня этого не понимал, а вот теперь, когда с этими тремя фильм посмотрел, оценил ее.
— Это потому, что ты никогда не жил в тишине, вернее не совсем в тишине, — Усмехнулся я. — Когда приходишь с тяжелой работы и просто падаешь на диван уставившись в потолок то никакой тишины тебе не хочется, хочется слышать хоть что-нибудь, осознавать, что ты еще не совсем сошел с ума.
— У меня таких проблем нет. — Сообщил мне волк, запрыгивая в раскрытую для него дверь форанера и устраиваясь на пассажирском сидении. — Моя жизнь проста, работа не напрягает, для счастья, кроме пирогов ничего не надо, так что мне все эти психологические проблемы не знакомы.
— Везет! — Кивнул я, заводя машину, вот все же не могу нарадоваться на то, как тихо четко работает двигатель, что при езде нет посторонних скрипов и треска, и езда доставляет удовольствие.
К зданию администрации мы приехали уже почти перед самым закатом.
— Ну все! — Кивнул мне волк. — Начинай.
— Чего начинать то? Мне никто так и не объяснил, что со всем этим делать. — Я кивнул на мешок овса и уздечку.
— Дим! — Закатил глаза мой напарник. — Ну очевидно же, рассыпаешь несколько горстей овса, мешок оставляешь на видном месте, когда Сивка бурка заявится, то начнет цветы топтать, натура у них такая уж пакостная, потом найдет рассыпанный овес, заинтересуется, захочет больше и найдет мешок, вот когда она свою прожорливую морду в мешок запихает, тогда ты уздечку на нее и накидывай.
— Да как, блин. — Округли я глаза. — Волк, я всю жизнь в городе прожил, лошадь не то, что не запрягал ни разу, я на ней даже не катался.
— Эх. — Волк снова закатил глаза и заговорил со мной как с дитем неразумным. — Вот смотри, эту фигню надеваешь лошади на морду, вот это в зубы, вот тут застегиваешь.
— И ты думаешь она мне позволит? — Я с сомнением смотрел на него.
— Да это ж Бурка. — Отмахнулся волк. — Она как овес увидит, то пока не сожрет с ней делай, что угодно. В общем разберешься, овса у нас много, следовательно времени тоже будет с избытком.
Я вышел из машины с мешком в руках, затея мне категорически не нравилась, вот не могли меня заранее предупредить, я бы хоть в интернете инструкции какие посмотрел…
Рассыпая зерно между ровными рядами цветов на клумбе, я ругался про себя матеря на чем свет стоит и волка, и Институт и себя, что не поинтересовался сразу о том, что мне предстоит этой ночью. Закончив, я вернулся в машину.
— Можно сильно не маскироваться. — Сообщил мне напарник. — Сивки Бурки туповаты, если человека не видят, то не боятся. Как-то одну такую поймали вообще за счет того, что ловец на себя просто пучков соломы навязал, фигура получилась не человеческая, а значит и бояться его нечего. Самое главное не уснуть.
— А сидеть то долго? — Уточнил я.
— А черт его знает, может сразу с наступлением темноты заявиться, может под утро. — Пожал плечами волк. — Кобыла глупая, непредсказуемая.
— А зачем их вообще создают?
— Для арабов. — Хмыкнул волк. — У них до сих пор кони, верблюды, соколы в цене. Вот мы им их и продаем время от времени, табун туда, табун сюда. Однажды Финиста ясного сокола им впарили, скандалом завершилось, он, видите ли, к охоте интереса не проявил, а вот ночью обернулся добрым молодцем и попортил гарем шейху.
— Какая трогательная история. — Буркнул я, наблюдая за тем, как стремительно темнеет за окном, загорелись фонари, на улице стали исчезать редкие гуляки.
— Вот сейчас, надо быть внимательным. — Сообщил мне волк и свернулся клубочком.
— Эй. Ты чего? Спать собрался? — Возмутился я.
— Ну а что? — Удивился волк. — Зачем двоим то бодрствовать, как почувствуешь, что засыпаешь, разбуди меня, я сменю.
Я с удивлением смотрел на в миг заснувшего напарника и в очередной раз чертыхнулся, я-то думал, что мы проведем время за беседой, так будет проще не уснуть, а этот гад задрых, да еще и сопит так сладко и убаюкивающее.
Ночь полностью вступила в свои права, исчезли с улиц редкие прохожие, погасли фонари, оставив освещенными только проезжую часть, на небо взошла луна.
Я приоткрыл окно внедорожника и в салон тут же ворвался стрекот цикад, и редкое пение неизвестной мне ночной птицы, интересно, что за пернатая радует меня своей песней в ночи, кто по ночам поет? Соловей? Филин? Нет, филины, кажется, ухают, а тут явно птичка певчая.
Я начал перебирать в уме, каких знаю певчих птиц, набралось не много, меня в принципе никогда не увлекала орнитология. К тому же, я заметил, что эти мысли меня убаюкивают, нет надо отбросить подобные размышления, это все равно, что считать овец, надо загрузить голову чем-то более бодрящим.
Я уставился на луну и попытался думать то о пропавших детях, то о женщинах, то о том, что мне осталось десять месяцев для того, чтобы отыскать Бельского, но вот на фоне луны пронесся силуэт, вроде птичий, только полет был какой-то странный, прыгающий, и мои мысли вновь вернулись к птицам. Блин надо было взять с собой Алконоста с компанией, они бы своей суетой и гвалтом точно от меня бы отогнали сон.
Вспомнив про компанию сказочных птиц, я улыбнулся и начал в голове по ролям разыгрывать сценку, что бы они сейчас устроили, наверняка бы сейчас разбудили волка, создали хаос, спор на ровном месте и закончили бы все дракой, сварой, в которой сцепились бы в кричащий клубок и катались по салону. Я ухмыльнулся и в этот момент, что-то крупное, темное и явно лишнее для этого места и этого времени появилось на газоне.
Я поспешил пригнуться, укрывшись за рулем и локтем толкнул в бок волка. Тот заворчал, но с неохотой проснулся и поднял голову.
— Ну что? — Заспанным голосом спросил он, я лишь кивнул в темноту.
На газоне, в свете луны, появилось животное, невероятной красоты кобыла высокие сильные ноги, ярко выраженные мышцы, темная масть, и золотистого цвета грива и хвост, которые будто бы отливали металлом в свете луны.
— Она. — Сообщил волк очевидное. — Теперь ждем, пока овес найдет.
Долго ждать не пришлось, лошадь, беззаботно и радостно скакавшая по газону и вытаптывавшая аккуратные ухоженные клумбы с цветами внезапно встала на месте, принюхалась и склонила голову к земле, затем закрутилась на месте и огляделась вокруг, мешок с овсом кобыла нашла сразу, и радостно заржав устремилась к нему. Порвав зубами край мешка, она уткнулась в образовавшееся отверстие мордой и принялась с удовольствием есть овес.
— Пора! — Скомандовал волк, и я, схватив уздечку, аккуратно вышел из машины.
Несмотря на то, что волк сказал, что Сивка бурка ни на что не обращает внимания во время еды, передвигаться я старался предельно тихо и осторожно. Подкравшись к великолепному животному, которое похоже и правда погрузилось в гастрономическую нирвану и забыло вообще обо всем на свете, я склонился и аккуратно принялся надевать на нее уздечку.
— Берегись! Сзади! — Прорезал ночную тишину голос волка, когда я уже почти закончил с уздой.
Отреагировать я не успел, удар невероятной силы пришелся мне по мягкому месту, и я рыбкой улетел вперед лицом прямиком в стену здания администрации. Врезался я удачно, прямиком лбом, почему удачно? Да потому что голова, она как известно кость, и с ней ничего случиться не может, а вот успей я выставить руки, то не дай бог сломал бы чего. В глазах моих сначала померкло, а затем замелькали звезды, не как в мультфильмах, а просто яркие вспышки.