"Фантастика 2025-110". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)
— И затем ты начала по косвенным признакам определять методологию тайной магической техники нашей дорогой Слунце, как L определял методологию действий Киры?
— Понятия не имею, кто такие Эль и Кира, но звучит, как пара из корсиканской мыльной оперы, — отмахнулась девушка. — Так или иначе, ты прав: я действительно занялась попытками выяснить границы сил девочки-подменыша. И… если честно, по факту оказалось, что это выглядит куда как более по-некромажьи, чем по-фейски.
Дарк многозначительно насупился.
— Моя быть нидавольный!
— Думаю, то, что делает принцесса связано с осознанием бесконечности четвёртой мощности.
В этот момент брови “номера один” взлетели вверх.
— Вот как? Слушай, а логично: некромагия — это бесконечность третьей мощности, мысли — четвёртой. Душа, значицца, должна располагаться в бесконечности пятой?
— Это лишь теория. Мне, если честно, осознать четвёртую мощность не просто “сложно”, я банально представить не могу, как она работает…
Перед мысленным взором пронеслась стреляющая фотончиками установка Брони и лекция о множестве вероятностей.
Даркен перевёл задумчивый взгляд на реку. Фонари на набережной всё ещё не работали, однако тучи уже подразошлись, а потому света звёзд хватало, чтобы белоснежно белые комья проклятой пены были достаточно хорошо видны. Те, что плыли по теченью, напоминали пушистые облачка, но “номер один” понимал: рано или поздно и они зацепятся за бетонные борта, ограничивающие руслу Влтавы, и слившись воедино с другими такими же “овечками” выдадут свою истинную природу. Эти длинные неровные полосы вдоль берегов ни с чем, кроме грязи, ассоциаций не вызывали, несмотря на свою белизну.
— Знаешь, а вот у меня имеются кое-какие соображения, — медленно тихо произнёс он, а затем добавил громче. — Имеются кое-какие соображения.
Даркену не сиделось на месте. Он сменил положение ног, поелозил задом по креслу и повторил как-то чересчур воодушевлённо и восторженно.
— Имеются кое-какие соображения! Думаю, если я смогу поделиться ими с Бронькой, ей будет проще контролировать свою силу. Как она, кстати?
Гало выразительно поморщился.
— Ужасно. Сказать, что ей хреново — ничего не сказать. Она напоминает чёрную дыру, существующую в эмоциональном спектре. Вытягивает из окружения все светлые эмоции. Вот только сама ими пользоваться не может: лишь давит силой гравитации.
Дарк вспомнил, что говорила Ми про Слунце. Принцесса была сама не своя.
— Думаю, она сейчас хотела бы впасть в сон. Как после Сметаны…
— Вряд ли, — покачал головой Гало. — Тогда она представляла, чем хочет быть. Сейчас же — нет. Ёл, давай остановимся тут? У правого берега?
— Зачем это? — не поняла аналитик.
— Я знаю там отличную круглосуточную кафешку.
— У тебя что, свои запасы еды закончились?
— Ну… да… мы тут всю ночь. Магазинчики в историческом центре не работают по понятным причинам, а все автоматы со жратвой побило и внутрь попала вода.
Дарк хмыкнул.
— А заказать хавчик не получалось, потому что дороги залило и курьер не доехал бы?
— А ты шаришь…
— Проклятье, Гало, позвонил бы мне в поместье. Пани Ковальская не просто так свой хлеб ест. Она бы тебе организовала доставку дронами.
Громила прикрыл лицо руками и завыл. Долго. Протяжно. В голосе его было много боли.
— Какой же я идиот! Почему я раньше не догадался?
Джакопо сочувственно похлопал “номера три” по плечу.
— Смирись. Ты — ничтожество и дегенерат, прямо как твой сюзерен. Ну, ничего. Осталось совсем немного потерпеть: до усадьбы максимум через полчаса доберёмся, если за городом урагана не было.
— Угу, — поддакнул Дарк. — Я уверен, сегодня ночью ни одна кафешка не работает. Кстати, о дегенератах и ничтожествах: Джак, а где твоё копьё?
— Как где? С принцем отправилось. Я же хочу оказаться на хорошем счету у Лотарингских. Вы мне другое поясните: какого Лешего в столь поздний час в тех местах было столь много детей?
— Кстатида, — поддержал вопрос “номер один” и перевёл выжидающий взгляд на Ёлко.
Та выразительно закатила яркие очи цвета фуксии.
— Так “ночь музеев” же. Сегодня после заката для всей челяди посещение всех музеев происходит за счёт семейства Маллой. В честь грядущей свадьбы.
— Не слышал, — покачал головой Дарк.
— Потому что пока одни организовывают пьянки, другие проявляют заинтересованность в досуге куда как более культурном. Это инициатива Брони…
“Номер один” от души шлёпнул себя ладонью по лицу.
— О, Семеро…
— Именно, — кивнула Ёла.
— Каково же ей сейчас, небось, осознавать, что это её решение стянуло такую кучу народу под удар?
И вот совершенно невпопад в этот момент вклинился Гало.
— Я там слева вижу фонари…
— Это народ пытается устранить последствия буйства стихии, — ответила ему Ёлко.
— Но это же кафешка…
— Уверена, она тоже сейчас не работает.
— У них должны сейчас быть какие-нибудь колбаски в упаковке или ещё что-нибудь вроде этого. Ну или шоколад…
Даркен не особо вслушивался в эти переговоры. Он только сейчас осознал всю мощь удара, который нанесла по Лешей Перловка. Теперь понятно, отчего на лице Каши была столь самодовольная улыбка. Почему она так уверенно говорила о победе. По сути, если бы не вмешательство принцессы, Броня уже точно не “собралась” бы обратно. “Фейская” магия Слунце давала им всем шанс. Но и только.
Сможет ли Лешая справиться сама? А если нет? Если ей не хватит силы воли и, самое главное, циничности? Нужно придумать какой-нибудь способ помочь богиньке.
— Ёла, — обратился к возлюбленной молодой человек, — где сейчас Бронька?
— Вестимо где: в храме своём. В комнате для технических неадеквашек.
— Мы не едем в усадьбу.
Это заявление для Гало было словно бы удар под дых.
— Да я ж голодный!
— Так набери пани Ковальской и попроси доставку дроном какого-нибудь жаренного супа, — огрызнулся “номер один”. — Мы в дерьме!
— Ладно, — без обиды пожал плечами громила и полез за мобильным.
Ёлко была настроена более серьёзно.
— А куда мы едем, Дарк? Я понимаю, что ты хочешь сделать, но совершенно не осознаю, как.
— Над вопросом “как” я бился с того дня, как осознал, что Лешая глобально перестроила свою личность, — глава ковена рыцарей плюшевого енота более никак не мог усидеть на месте: он забрался на сидение с ногами и теперь перебирался на капот машины. — Я перебрал в своей голове великое множество вариантов, как вернуть “ту самую” Броню. Думаю, теперь они сгодятся, чтобы вернуть хоть какую-нибудь.
Джакопо хмыкнул.
— Я “за”. Лично не знаком ни с одной Броней, но у меня на Лешую большие планы. Не хотелось бы, чтобы моё имя было связано с падшей и сошедшей с ума богиней.
Ёла же предпочла задать вполне конкретный вопрос:
— И какое из этих “как” мы будем использовать?
Даркен занял позицию на “носу” их импровизированного судна. Он скрестил руки на груди.
Лицо и торс приятно обдувал приятный свежий ветерок. Он ласково гладил кожу и уносился прочь, забирая с собой толику сомнений и печалей.
— В прошлом томе…
– “Некромагичка для мажора: Мезальянс”? — не удержалась от шпильки Ёла.
– “Даркен Маллой и Древний Полководец”, — с заметной обидой в голосе подправил её Главный Герой. — Ну, не суть. В общем, в предыщем томе была такая сцена: я расклеился, чувствовал себя совсем не в своей тарелке, и тут Броня решила меня подбодрить. Она завалилась с гитарой в комнату, где я ванильно смотрел в окно, да начала петь…
Гало отвлёкся от оглашения заказа, чтобы вставить важную, с его точки зрения, ремарку:
— Уж прости, дружище, но это ты у нас по музыке прёшься. Я с Броней общался в тот период. Она училась играть на гитаре специально для тебя. Вспомни, как ты сам просил её спеть в позапрошлом томе: в “Некромагичке для мажора”.
— И ты, Брут? — печально зыркнул на “номера три” через плечо Дарк.
— И я — Брут, — кивнул тот. — Но я же тебя по-брутски предупреждаю. Ты можешь исходить из ложных предпосылок, брутан.