"Фантастика 2025-110". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)
Однако стоило выспаться, обновиться, как он смог снова стать собой и осознать: он — Даркен Маллой, он — главный герой этой истории, он — тот, от кого все в восторге, вокруг него крутятся все события.
А потому, надо просто быть собой, и принц как-нибудь сам развлечётся, находясь рядом. А находиться рядом он будет потому, что каждому интересно орбитировать вокруг такого клёвого персонажа, как глава ковена рыцарей плюшевого енота Тимки.
Усталость и сон урывками лишали Даркена главного: они душили его импульсивные сиюминутные порывы. И пусть эстетика неумолимо идущего вперёд несломленного воина и притягательна, но без непредсказуемости “номер один” теряет часть своей эпичной ауры. Он становится более легко читаемым. Противники будут точно знать, чего бояться.
А чего они боятся, к тому и готовятся.
И сейчас Даркен целиком и полностью отдался воле тех самых импульсивных сиюминутных желаний и звучащих бредово идей. Он отдыхал. Сбросил с себя любые, минимальные путы условностей. Буквально “любые”!
Ведь сегодня вечером не существовало необратимых последствий. “Всё, что произошло на мальчишнике Маллоя, останется на мальчишнике Маллоя”. Полная индульгенция на все пригрешения. А кое для кого и возможность амнистироваться от тягот оков прошлых ошибок и взаимоотношений.
Вот и сейчас, Даркен вроде как искал Лёву, но при этом постоянно отвлекался. Как минимум потому, что…
— О-о-о-о!!! — широко разведя руками воскликнул “номер один”. — Jaсopo, sei una stronza senza cuore!
Возглас пана Маллоя привлёк внимание высокого темновласого молодого человека с острыми чертами лица. Изящный, стройный. Корсиканская версия корейского поп-айдола. Вплоть до аккуратной чёрной серьги в ухе. Разве что куда как более зализанная. Серьёзно, даже на этом мероприятии он выглядел “с иголочки”.
— А-а-а-а, Darken, aborto spontaneo sei un autore senza talento! — отставив в сторону цветастый светящийся коктейль в стакане столь же длинном и тонком, как и он сам, Джакопо тотчас же шагнул навстречу, да обнял родича.
Встреча вышла громкой, радостной и темпераментной. Всё же, эти двое были из одной породы. Маллои и Строцци. У них даже гербы были крайне схожи.
Закончив с обнимашками, корсиканец отстранился и нагло, без экивоков или предупреждений, отвесил звонкого фофана.
— Как долго я ждал, чтобы вернуть его тебе! — злобно рассмеялся Джакопо.
Дарк рассеянно потёр лоб.
— Да ладно тебе “долго”? Сколько времени прошло?
— У меня уже дочке старшей пять лет.
— Иди ты! — вскинул брови “номер один”. — Ты времени вообще не терял, посмотрю?
— Ты Альгамбру-то видел? Она уже тогда была тот ещё “шедевр зодчества”.
— Ты раньше не упоминал!
— Об очевидном?
— Поймал, — рассмеялся Дарк, после чего повернулся в сторону сопровождения. — Это Ваця и Приса. Думаю, разберёшься, кто из них кто.
Девушка успела поднять ручку и молвить тихое “привет”, а вот принц только лишь рот открыл, как его перебил корсиканец.
— О Присе я наслышан, а кто, Леший вас дери, этот Ваця?
Дарк пару секунд просто молча моргал, а затем обратился к пану Лотарингскому.
— Дружище, я, конечно, не подстрекатель, но я бы за такое лицо ему сломал бы.
— Я девушек не бью, — усмехнулся кривовато принц.
— Мы на мальчишнике, — напомнил собеседнику Джакопо.
— Я тоже, — подняла пальчик Приса.
— Я в курсе, молодой человек, — спокойно ответил девушке принц
Шутливая перепалка закончилась… ну, не взрывом смеха, но выстрелом хлопушки точно. Вряд ли кто-то оскорбился столь очевидной подначкой. А если бы и оскорбился… Вацлав был не из тех, кто таит обиду. С него сталось бы, скорей, тут на месте начать дуэль. Тем более, что в сражении принц имел, что показать.
Пожалуй, потому Джакопо и не боялся отмачивать подобное. Потому как знал, что в худшем случае ему сломают лишь лицо или позвоночник, но не жизнь.
Дарк утёр выступившую в уголке глаза слезинку, смахнул кровь с губ, вновь приложился к разбитому горлышку бутылки с абсентом, после чего обратился к корсиканцу.
— Тяжело было вырваться?
— Шутишь? Проще некуда! Твоя свадьба — отличный повод завалиться в гости и пообсуждать тут всякое. Ты хоть в курсе, на каком экстремальном количестве пересечений политических интересов стоит твоя страна. Это не говоря о твоей богине-невесте, с которой мы, вроде как, с завтрашнего дня будем родственниками.
— Скольким уже пообещал замолвить перед ней словечко?
Джакопо начал очень демонстративно что-то высчитывать в уме, то загибая, то разгибая пальцы на руке.
Дарк не дождался окончания представления и от души врезал пану Строцци по плечу кулаком.
— Ты хоть в курсе, насколько она у меня мнительная?
— Пф?! Я обещал замолвить словечко, а не что это принесёт какой-то результат, — закатил глаза южанин.
— Ля ты крыса…
— Уже крыса? Был же варан. Как из комодского дракона я превратился во что-то столь мелкое и несерьёзное?
— Свадьба меняет человека.
Они вновь рассмеялись.
— Посмотрим, кем она сделает тебя.
— Скучным благообразным дворянином, вроде тебя или моего отца.
Джакопо не удержал ползущих к ушам уголков губ.
— Слушай, я понимаю, что она, конечно, богиня. Но разве ей подобное под силу.
— Я начал курить трубку.
Пан Строцци умудрился поперхнуться прежде, чем сделал глоток из вновь обретённого стакана.
— Тебе же было лень.
— Мне до сих пор лень… — тут “номер один” получил в спину тычок со стороны принца. — Ладно, у меня тут дело было. Пошли со мной.
— У меня тоже куча дел. Я тебя найду через часик-два.
— Ля ты крыса!
— Я оскорблён!
— В том и цель!
— Feccia!
Дарк демонстративно приподнял шляпу за тулью, поклонился и в такой позе отчалил прочь.
2.
Лёву нашёл Елецкий. Ну или кто-то из его людей. Не суть. Если Лёву нашли люди Елецкого, а Елецкий их организовал, значит, все их достижения приписываются ему. Так устроено общество. Так банально воспринимается весь мир. В случае с Даркеном оно работало аналогично. Это он в курсе, кто в его ковене какую роль выполняет, а вот окружающие, даже если столь же информированы, всё равно посчитают, что всё, сделанное под руководством “номера один” тем же Гало, собственно, сделал сам пан Маллой.
Он же приказал. А если и не приказал прямо, то так организовал работу. А если даже не организовал работу, то как минимум сделал всё, чтобы на него впахивал такой крутой боец, как Ётун.
Кстати, о последнем. Так уж получилось, что Лёва вместо того, чтобы, как полагается дорвавшемуся до бухла и доступных женщин малолетке, наслаждаться благами взрослой жизни, отчего-то скромненько так куковал у шведского стола в компании Гало. И ладно-то последнего понять можно: он уже не маленький мальчик, никогда жарким темпераментом не отличался, всех запретных плодов уже успел вкусить, зато по стилю жизни и магии стал тяготеть к постоянному поглощению съестного, но Глашек Младший-то чего тут забыл? Ладно на официальных приёмах ему делать, кроме как жрать, особо нечего. Но тут-то?
— Лёва! — вместо приветствия начал Дарк, не выпуская удерживаемой одними лишь зубами трубки изо рта. — Твой культурный уровень меня угнетает!
Парнишка отвлёкся от разглядывания незнакомого ему азиатского блюда и перевёл непонимающий взор на некромага.
— Я же ещё ничего не сказал.
— Ты сейчас должен под алхимическими стимуляторами жарить кого-нибудь, кого там твои попаданческая сущность и половое самоопределение велят жарить…
— Нет, спасибо, я ненавижу готовить.
— А я не про готовку.
— А я и понял. Просто пошутил. Неужели я произвожу впечатление настолько отбитого имбицила?
Дарк развёл руками.
— Я предпочитаю не недооценивать людей. Как их таланты, так и идиотизм не перестают меня удивлять. Ладно, слушай, я тебя записал на “королевскую битву”. Пора становиться мужчи-и-и-иной!