"Фантастика 2025-110". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

Горничная облегчённо вздохнула, приложив руку к груди.
— Я рада. Прежде, когда тебя так искажало, это значило, что ты стала одержимой.
— То было прежде, — богиня резко выставила удлинившуюся в полтора раза руку в сторону, накрывая убегающий кус хвоста противницы. — Одержимость в прошлом. Теперь эта сила моя и только моя. Нет нужды беспокоиться. Я абсолютно в своём уме.
  
— Как меня зовут?
— Что? — не поняла Лешая.
— Как меня зовут?
Мощная челюсть богини раздробила кусок черепа противницы. Длинный вёрткий язык скользнул внутрь и принялся сгребать мозг и семена.
— Ты мне не доверяешь, малыш?
Русовласка попыталась выполнить что-то, напоминающее попытку гневно топнуть ножкой, но манипуляторы дрона помешали. Зато трикоптер опустился чуть ниже.
— Ты одержима!
— Нет, — синее око богини смотрело прямо в васильковые глаза смертной.
— Тогда почему ты не помнишь моё имя?
— Простой берсерк, дорогая, — попыталась успокоить её Светлая. — Бой был тяжёлым. Много моих плоти и воспоминаний ушли в землю. Такое бывает. Я просто не хотела, чтобы ты волновалась.
— Ладно, — вздёрнула собеседница острый носик. — А как зовут тебя?
— Что это за вопрос? — склонила голову на бок Лешая, не прекращая работать челюстями.
— Хороший вопрос. Ты ведь научилась прятать ядро своей личности. Так скажи, как тебя зовут? Если ты — это ты, то у тебя не будет проблем с самоидентификацией.
— Броня.
— Это я обратилась к тебе. А фамилия?
— Печенько.
— Нет! — возмутилась горничная.
— В смысле “нет”? — искренне удивилась богиня. — Моя фамилия — Печенько. Я в этом уверена.
— Твоя фамилия — Глашек! — на глазах русовласки наворачивались слёзы. — Броня Глашек! Будущая Броня Маллой! Зануда, пытающаяся казаться циником, но на самом деле очень отзывчивая и добрая! Ты всегда пыталась казаться хуже, чем есть, но ты так плохо умеешь притворяться, что люди вокруг видят истинную тебя и не задумываясь идут следом, потому что уверены, что ты скорей сожжёшь себя, чем дашь пострадать невинным.
Богиня метнулась мимо плачущей горничной и на ходу перехватила деловито шагающую прочь автономную мышцу соперницы.
— Так разве я не осталась прежней? Разве я не сожгла себя во имя других? Разве не это на самом деле делает меня мной? Что есть имя? Его вы мне можете подсказать. Но станет ли Перловка более мной, если будет звать себя Броней Глашек, но при этом ради развлечения отрывать головы детям на глазах их матерей? — спокойно вопросила Лешая. — Я есть я. Как ты меня не назови, именно это и определяет мою личность, разве нет? И главное мне удалось сохранить. Раны излечатся, повреждённая одежда сменится, а имя вы напомните мне. Так почему ты плачешь, малыш? Разве у тебя имеются причины сомневаться в том, что я сохранила главное?
Острый носик горничной громко шмыгнул, а затем девушка утёрла его пистолетом и обернулась через плечо, натянув на лицо сияющую улыбку, фальшивую и разом искреннюю, ведь она прятала боль за истинной заботой.
— Прости глупую эмоциональную Илегу, Броня. После этой лекции у меня не осталось ни единой крупицы сомнений, что ты — это ты. Как всегда всё так по полочкам разложила… я помогу тебе вспомнить всё. И если ты забыла что-то пикантное… думаю, приятно удивишься вновь, как в первый.
Лешая застыла в неестественном положении, изучая внимательным взглядом пространство вокруг. Ей не хотелось позволить какому-то чересчур живучему кусочку Перловки сбежать и принести основной сети хотя бы жалкий осколок знаний.
— У нас на это будет время в графике? — поинтересовалась богиня.
Илега презрительно фыркнула.
— Знаешь, а вот привычку обламывать романтик всякими скучными обязанностями ты могла бы и потерять где-нибудь! — сказала она. — Найдётся. У тебя сейчас будет свидание с любовницей твоего будущего мужа, а затем до самого утра ты абсолютно свободна, если ты понимаешь, о чём я.
— Понимаю, дорогая, понимаю, — клешня с размаху вонзилась в почву и сомкнулась зубцами на червеобразном куске плоти противницы. — Я хтонически устала. Буду счастлива на время забыть о рутине.
  
Глава 7. Цена покоя
 
1.
Илеге то и дело приходилось одёргивать Броню, когда та начинала задавать слишком много вопросов о работе. Дескать, в ближайшие дни Лешей не полагается думать ни о чём, кроме предстоящей свадьбы. В смысле, можно немного порассуждать о Перловке, намеревающейся эту свадьбу сорвать, но это потом. Не ранее, чем завтра с утра. А сегодня не могло быть ничего ответственней лесбооргии. Иначе маленькая русовласая горничная обратится в злую-злую домину и накажет непослушную богиню. Без права на стоп-слово.
У Брони проскользнула мыслишка о том, что ей ничего не стоит обмануть заботливую камеристку и заняться делами, но, немного поразмыслив, богиня пришла к выводу, что имеет смысл пойти на поводу у Илеги. В конце концов, процесс заполнения лакун информации сам по себе — штука ответственная и трудоёмкая. На ближайшие сутки этого будет более, чем достаточно. Вряд ли горничная стала бы скрывать от госпожи что-то по-настоящему важное, ведь так?
Иногда надо уметь расслабляться. Особенно когда целью противницы является пошатнуть твою психику, чтобы заиметь возможность задавить твою личность своей. Так что, отныне это не просто болтопинание, а болтопинание тактическое. Дальнего прицела, так сказать.
Хотя, если честно, Броня не ощущала каких-то серьёзных повреждений. Она — всё ещё она, пусть и подзабыла какие-то штуки. Ничего страшного. Потом вспомнит.
Богиня оправила волосы, скользнула пальцем по тяжеловесной серёжке, а затем замерла перед зеркалом, спрятав ручки в карманы брючек с заниженной талией и наслаждаясь тем, как из пространства между коротенькой жилеточкой и тяжёлой, сверкающей сапфировыми глазами черепа, пряжкой ремня, выглядывает соблазнительный животик.
— Так бы сама себе отдалась, — резюмировала Броня. — Мне кажется, или образ выходит несколько агрессивным?
— Самое то, учитывая, что в этих отношениях тебе положено доминировать, любимая! — уверенно вздёрнула носик Илега. — Плюс, Ёлко сейчас нуждается в заботе, ласке и защите. У них с Даркеном всё, вроде как, только-только наладилось, но лодку счастья сейчас всерьёз мотает на порогах житейских трудностей в условиях урагана политической нестабильности. Они с твоим женихом практически не видятся за пределами работы.
Ну, да. Верно. Теперь понятно, отчего горничная велела Броне не думать о делах. Не хватало ещё обратить свидание со страдающей от недостатка внимания девушкой в обсуждение мировых проблем.
Стоило порой прислушаться к другим. Иначе легко и мудрость чужую упустить. А чем это чревато? Да танцами на граблях, вестимо.
— Принято, — кивнула Лешая. — Без магии обращу девицу в медузу: она попросту лишится костей и растает на солнышке.
Илега весело захрюкала.
— Романтично, как кирпичная стена, — заключила горничная. — Впрочем, твоя искренняя неловкость нам сейчас на руку.
Искренняя неловкость? Разве Броня от этого не избавлялась?
Наверное, попросту не получилось, ведь она плохо представляла, как это. Ну, да ладно. На предстоящем свидании это даже плюс. Прибавит немного “мужиковатости”. Потом можно будет поработать над этим.
Лешая вдруг шагнула назад, развернулась, схватила горничную за талию и руку, а затем наклонила назад в романтичном полутанцевальном “па”.
— А разве ты не обещала мне ночи страсти? И что это за лесбооргия, если нас там будет только двое?
— Я присоединюсь к вам позже, — бодро хихикнула Илега, алея щёчками. — Уже когда вы останетесь наедине. А до тех пор смешаюсь со слугами и прослежу за тем, чтобы всё прошло без сучка и задоринки. В конце концов, это же ваше свидание. Как вы сможете уединиться, если я буду тянуть одеяло на себя.
  
Броня многозначительно прищурилась.
— Не забудь о своём обещании.
Горничная снова хихикнула.