"Фантастика 2025-110". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

Глубокое синее море потемнело.
— Хорошо… — тоном “ничего хорошего” ответила богиня. — Как скажешь. Я не хочу в очередной раз начинать конфликт, тем более, что вижу, как ты пытаешься наконец принять новую меня. Давай лучше поговорим о том, ради чего ты меня сюда притащил?
— Давай, — согласился некромаг. — Я узнал от Ёлко, что ты выясняла местоположение МакГаффина. Зачем?
  
— Хочу сбалансировать Ганнибала.
— Ценой отношений с Корсикой?! — возмутился Даркен.
— Это если они узнают, — склонила голову на бок Броня. — Кроме того, это позволит нам склонить чашу весов, отмеряющих отношение Македонии к Богемии, в нашу пользу.
— Ты хочешь заключить союз с фашистами? — не поверил некромаг.
— Ты хочешь воевать с фашистами? — уточнила богиня. — Сейчас? Когда у нас и так хватает проблем? Что тебе важнее, Даркен? Твои принципы или благо людей?
Последний вопрос ощутимо резанул по сердцу. Действительно, “номер один” отчаянно цеплялся за свои принципы. Потому что знал: они правильны. Вот только Форгерия с этим почему-то не соглашалась. Попытка следовать путём света вела к жертвам, а вот те, кто шагнул во тьму, порой оказывались более благими.
Некромаг медленно втянул воздух, пожевал челюстями пустоту, да выдохнул через сжатые зубы.
— Видят Семеро, я не хочу признавать твою правоту, но признаю. Сейчас и правда хоть с Лешей союз заключать, лишь бы сохранить побольше жизней и бессмертных душ.
Броня осклабилась. Жестоко. Зло. Самодовольно.
Как та самая Броня в моменты, когда её маска безэмоциональности спадала.
— Не видят ничего Семеро. Лишь я вижу. Но когда один из них откроет таки глаза, думаю, он узрит то же, что и ты.
— Уф! — Даркен прижал руки к животу, делая вид, будто бы ему смачно вмазали под дых. — Это было больно. Но, пожалуй, ты права. Однако я настаиваю на том, чтобы взять эту операцию под контроль. Я правильно понимаю, что ты намереваешься проложить тропинку в Македонию через Фортуну.
Броня усмехнулась.
— Это было очевидно. У меня не так уж и много выходов на ту страну. Но, да. Слечна Штернберк — моя elsis. И я не думаю, что в её интересах пытаться порвать со мной все связи. Особенно сейчас, когда мой божественный статус не вызывает никаких сомнений, а от борьбы за твоё сердце она отказалась, сбежав к родичам.
— Фортуна, вроде как, бежала от войны, — поднял бровь Даркен. — С чего бы ей самостоятельно ввязываться в неё?
— Понятия не имею, но факт остаётся фактом: Туна сейчас служит в армии.
Некромаг отмахнулся.
— Это что-то вроде потешных войск. Она будет ходить на прототипе летучего корабля с пафосным названием. Её задачей будет выглядеть красиво и улыбаться на приёмах в каждом городе, в котором эта воздухоплавающая дура остановится. Никто не пустит в бой столь дорогостоящую разработку в случае, если будет иметься хотя бы малейший шанс на то, что данная вундервафля может потерпеть поражение, — молодой человек развёл руками. — Урон репутации страны. Позор фюреру, позор его жене, позор его корове. Ну и ответственным за разработку, внедрение и выдачу приказов достанется. Голов посекут много. Всех в высоконасыщенный прах переработают.
Броня хмыкнула.
— Ты многого не знаешь, Джон Сноу.
— Удиви меня! — усмехнулся некромаг.
— Фортуна согласилась участвовать, — пояснила Лешая. — Она, как и я, ожидает, что из искры, что горит сейчас, полыхнёт пламя мировой войны. Что пожар не остановится ещё долгое-долгое время.
— А она имеет представление о деталях? — уточнил Даркен. — У вас сейчас достаточно ограниченные возможности по коммуникации. Если вы, конечно, не хотите, чтобы разговор отследили.
Броня хмыкнула.
— Ей придётся мне довериться иначе никак.
Некромаг перевёл задумчивый взгляд на систему зеркал, призванную увеличить путь фотончика, основательно запутав направление.
— А ты в курсе о том, как слечна Штернберк о тебе отзывалась? Знаешь ли ты, что она винит тебя в этом конфликте и в возможной мировой. Не удивлюсь, если ту карикатуру, что ходит в сети, нарисовали с её подачи.
— Карикатуру? — не поняла богиня.
— Клюющий руку мёртвого богемийского военного двуглавый орёл, у которого одна голова означена щербатым клювом, а вторая — украшена терниями.
— Остроумно, — благожелательно покивала Лешая. — Надо будет поискать в сети. Но, отвечая на твой вопрос, я скажу, что доверяю интеллекту нашей огневласой красавицы. Именно оттого, что она боится мировой войны, я считаю, что она заинтересована в том, чтобы помочь свершиться предначертанному.
Даркен многозначительно поднял бровь.
Броня продолжила.
— Если этого не избежать, так почему бы не поспособствовать тому, чтобы цели были достигнуты в кратчайшие сроки?
Во рту у “номера один” пересохло.
Вот и не верь теперь судьбу, вот и считай теперь богов лишь прокачанными некромагами, ежели пророчество исполняется, как по нотам, будто бы само мироздание взяло его в качестве плана произведения и мерзенько хихикая принялось корректировать события, что могли бы направить ход истории в иное русло.
4.
Если честно, к совместным съёмкам для канала Даркен готовился без особого интереса. Он просто позволял визажисткам шуровать по его лицу кисточкой, лишь временами морща нос, ежели становилось щекотно.
Однако когда они с Лешей уселись за стол, а оператор махнул рукой, некромаг привычно нацепил на лицо убедительнейшую из своих фальшивых улыбок. И она была таковой ровно до тех пор, пока девушка не заговорила.
— Я вас категорически приветствую, — богиня пыталась придать своему голосу той самой характерной монументальности, какая отличала оригинал, однако по очевидным причинам ей это не удавалось. — Дарк Ришардыч…
“Номер один” пожал руку Брони, а затем беспечно поднял предплечье, ладонью в камеру.
— Всем привет.
— Обо что? — поинтересовалась у приглашённого гостя богиня, поднося костяшки к подбородку.
Сын рода Маллой не следил за тем, что выкладывает на свой канал слечна Глашек. В конце концов, он ожидал, что это будут те же щи, которыми невеста кормила прихожан, но приправа из столь жирной отсылки оказалась неожиданной. Но, что куда важней, отсылалось это действо очевидно к человеку, всерьёз повлиявшему на мировоззрение Броньки. Уж больно много общих мотивов и тем наблюдалось в риторике этих двоих.
Так что, ничего удивительного, что Даркен решил надавить на ностальгию так сильно, чтобы у Лешей свело олдскулы. Чтобы та часть личности, возвращения которой “номер один” так желал, могла лучше нащупать опору.
— Ну, тут такая тема, что без свиней говорить невозможно.
— Охо-хо, — многозначительно подняла брови богиня. — Илега, неси свиней. Народ требует свиней.
Некромаг проследил взглядом за тем, как верная камеристка госпожи Глашек бодро нырнула к стойке с реквизитом, хватает оттуда две розовые резиновые игрушки, изображавшие означенных животных, а затем шустро побегает к столу и выставила по экземпляру перед каждым из претендующих на место в кадре лиц.
Даркен тут же с вежливым выражением интереса на физии осторожно, но настойчиво вдавил палец зверушке в спину. Искусственная свинья занятно выгнулась, да, пропустив воздух через пластиковую затычку в открытом рту, издала весьма характерный громкий протяжный хрюк.
Молодой человек попытался задать ритм хрюканью, чтобы получилось нечто, похожее на смех. И, в целом, при определённом настроении, получалось уловить нечто общее.
Броня же ответила на эти позывные тем, что обхватила свою свинью поперёк тулова, да сжала его по полной. Деформированная животина издала громкий, пронзительный, протяжный, но отчего-то не кажущийся недовольным визг.
  
Обстановка за столом стала чуть более весёлой и непринуждённой. Но не стоило забывать о главном.
И Лешая не забывала:
— Так чего ради мы нагнали свиней из загона?
— Тема очень актуальная для нашей страны в этот мутный-смутный час, — усмехнулся Даркен. — Мне хотелось бы поговорить о таком явлении, как “политическая педофилия”, и о том, за кого держат людей те, кто использует столь грязные трюки для достижения своих целей.