Леди гробниц (СИ)

— Перед вами королева Кинамора, избранная властительница Мёртвых Земель, северных племён, орочьих племён, Угрука и Эленвуна, — любезным тоном произнёс Алиагосс.
— И убийца моего отца… — добавил юный король и тут же съёжился, удивившись собственной смелости.
— Это вам поведал слуга дома Ланге? — поинтересовалась я, переведя взгляд на бледного мужчину в тёмных одеяниях. — Король Сигмир, вам и вашим советникам не стоит доверять алчным до власти вампирам. Впрочем, хоть замыслы этого проклятого рода и могут показаться сложными и запутанными, на деле же все они легко разрушаются грубой силой.
Я направила руку в сторону бледного мужчины и сдавила его телекинетической хваткой. Собравшиеся здесь паладины похватались за рукояти клинков, однако им тут же преградили путь рыцари смерти. Слуга дома Ланге округлил свои глаза, а затем внезапно преобразился кровавой дымкой и в этой бестелесной форме промчался мимо меня. Вампир материализовался прямо за моей спиной, но я даже не вздрогнула: я знала, что мои защитники не допустят, чтобы с моей головы упал хотя бы волосок.
Кир среагировал мгновенно и ударил ребром щита неудавшегося убийцу по пояснице, тем самым свалив его с ног. Затем чёрный рыцарь опустил ногу на спину вампира и придавил его к полу, а Алиагосс быстро выхватил клинок, окропил его святой водой и вонзил лезвие в сердце слуги дома Ланге. Тот издал приглушённый хрип, после чего его плоть обратилась в пепел и рассыпалась по ковровой дорожке. Паладины ошарашенно переглянулись и отступили, так и не достав оружие.
— Я… Я не понимаю… — пробормотал советник Жак.
— Вам и не нужно, — сухо оборвала его я. — Вы и ваш господин уже давно не контролируете ситуацию. Король Сигмир, войны, которые развязали твои предки, решают твою судьбу и судьбу твоего народа за тебя. Твой отец подвёл слишком много людей и слишком многих обрёк на смерть, а ты, будучи ведомым своими советниками, пойдёшь по его стопам.
Мальчишка проглотил подступивший к горлу ком и посмотрел на меня так, будто уже смирился с неизбежностью своей смерти.
— Но я пришла сюда не для того, чтобы мстить или разрушать, и уж тем более не лишать жизни ребёнка, — продолжила я, пристально посмотрев в глаза Сигмиру. — Я даже не собираюсь отбирать у тебя трон.
— Нет? — в унисон переспросили Алиагосс, Тарагвирон и Кир, а также несколько советников юного короля.
— Нет. Пока на троне сидит узурпатор, эта страна никогда не познает мир. Народ не примет меня и моих последователей в качестве своих лидеров, и Давитан погрузится в смуту.
— Это, конечно, верно, однако… — подавленно произнёс Тарагвирон, но я не дала ему закончить мысль.
— Однако, этой стране нужны перемены. Я не допущу того, чтобы Давитан остался прежним, и не потерплю продолжения его агрессивной экспансии. Поэтому с этой минуты я провозглашаю себя королевой-регентом Великого Королевства Давитан. Я буду напутствовать тебе, Сигмир Четвёртый, пока ты не вырастешь и не станешь достойным правителем.
В зале вновь повисла напряжённая тишина. Практически все присутствующие, включая многих моих подчинённых, потеряли дар речи. Лишь Угруку и Ктуку было глубоко плевать на происходящее, а Алиагосс смотрел на меня с явным восхищением, нежели с недоверием или упрёком. Что ж, по крайней мере, все в зале кроме Тарагвирона и Кира считали, что я знаю, что делаю.
Решать споры аристократов, издавать указы и участвовать в государственных советах оказалось куда утомительнее и сложнее, чем я того ожидала. Сегодня мы два битых часа пытались придумать, куда пристроить тысячи земледельцев и шахтёров, потерявших работу из-за мертвецов, орков и северян, которым тяжёлый труд давался гораздо лучше. Ну а завтра мы будем обсуждать, в каком порядке пройдёт дарование суверенитета дворфийскому королевству Тормар, как повлияет на расстановку политических сил его возможное воссоединение с Кардомаром.
Меня отчасти успокаивало то, что номинально я могла не присутствовать на всех этих бесконечных советах. Когда ситуация в королевстве стабилизируется, я буду смело отправлять вместо себя Алиагосса или Тарагвирона. Представляю, как же несладко придётся всем этим вельможам, когда их действия и решения начнёт критиковать древний лич.
 
Покинув зал совета, я направилась к своим покоям, но мои надежды побыть наедине с собой довольно быстро обратились в прах.
— Ваше Величество! — обратился ко мне Жак Отто Миримский, просочившись между ещё не захлопнувшимися дверьми. — Мне нужно обсудить с вами ещё один… щепетильный вопрос.
— Нет, я не рассматриваю возможность политического брака с Сигмиром, — устало отмахнулась я. — Юный король годится мне разве что в племянники.
— Я о другом щепетильном вопросе. Видите ли, это касается Ктука…
— А что не так с Ктуком?
Я одарила советника суровым взглядом, и тот нервно поёжился.
— С вашим… Гм-м-м… С вашим другом всё отлично. Я лишь хотел уточнить, вы уверены, что роль дипломата и советника по внешней политике окажется ему по плечу? Если вы желаете найти для него подходящее занятия, у меня есть парочка на примете. К примеру, из него может выйти отличный шут…
— Я скорее тебя сделаю шутом, чем его, — сухо ответила я.
— Э-э-э-э… Прошу меня простить, я просто…
— Что-нибудь ещё?
— Н-нет, Ваше Величество! Не смею больше задерживать вас.
Я кивнула советнику и продолжила нелёгкий путь к своим покоям. Впереди меня могло ждать великое множество трудностей, которые, увы и ах, не решаются ни моей магией, ни обворожительным обликом, ни даже приказом королевы-регента.
Несмотря на все опасения Жака, я знала, что Ктук справится с возложенными на него задачами. Он уже выступал в роли дипломата в землях северных варваров и для переговоров с недружественными орочьими племенами подходит отлично. Угруку на его месте просто не хватило бы терпения, и этот воин нажил бы нам лишь новых врагов.
Но зато сейчас Угрук отлично чувствует себя в роли великого боевого вождя и главнокомандующего давитанского войска. Гигант как никто другой знает, как устроена война и как закаляются солдаты, а потому он легко выстроил дисциплину в армии и принялся руководить ею железной рукой. Даже после всех тягот, через которое прошло Великое Королевство, оно не стало уязвимым для соседей и не впало в анархию.
Алиагосс теперь является моим представителем в Ордене Хранителей Жизни. Высший эльф всё-таки заполучил звание магистра и взял на себя задачу найти новую цель для Ордена, ведь угроза в лице неконтролируемых орд нежити из Мёртвых Земель более не существовала. Впрочем, в этом мире не приходится скучать, и рано или поздно для легендарных мастеров меча найдётся важная роль.
У Великого Королевства оставалось немало проблем, требующих скорейшего решения, не только внутреннего характера, но и внешнего. Формально Давитан всё ещё оставался в состоянии войны с Элегором, и Хильди… Вернее сказать, кардомарская принцесса Хильдрун выступила посредницей в переговорах между двумя королевствами. Отношения Давитана с Великой Каташиитской Империей также оставались весьма прохладными, а столь могучего соседа было опасно оставлять без внимания. Потому я отправила в Империю множество дипломатов, но при этом отдала приказ перевести значительную часть войск поближе к южной границе.
Кир возглавил дворцовую стражу, а Сиахсис — отряд моей личной стражи. Впрочем, находясь во дворце, я не испытывала нужды в своём сопровождении и чувствовала себя в полной безопасности.
Тарагвирон как был, так и остался моим первым советником и источником бесценных знаний. Если бы не его помощь, я бы не понимала сути и половины проблем, которые мне приходится решать, а потому я безмерно благодарна личу, ставшему одним из первых моих друзей в Аркедоруме.
Карл вернулся к своей прежней деятельности и вновь стал давитанским разведчиком. Командир его отряда был доволен исполнительностью скелета, однако считал, что Карлу критически не достаёт свободы мысли и навыков импровизации. Действуя строго по данным ему указаниям, он рискует однажды попасть в нестандартную ситуацию и не найти из неё выхода. На всякий случай я строго запретила Карлу пользоваться свитками призыва иномирцев.