Леди гробниц (СИ)

— Здесь нет чужаков из дальних земель, — возразил Угрук. — Большинство воинов — эльфы из Эленвуна. Люди похожи на давитанцев. Но оружие разное, многие клинки я никогда прежде не видел.
Поселение Хранителей Жизни жило в гармонии с природой. Даже позади стен прорастало множество деревьев, а некоторые дома были сооружены прямо наверху раскидистых дубов. Ктук всё также продолжал перемещаться перебежками от куста к кусту, от тени к тени, однако гоблину не удавалось избежать пронзительных и очень суровых взглядов эльфов.
— Что ж, по крайней мере, в этот раз мы прошли сразу внутрь, и Угруку не пришлось проламывать кому-либо… лицо, — сказала я, пытаясь приободрить себя и товарищей. — Уверена, переговоры пройдут гладко.
Орк лишь многозначительно хмыкнул, а Ктук и Тарагвирон промолчали. Кажется, ни один из моих спутников не был доволен решением прийти сюда без поддержки мертвецов. В этот раз я не смогу призвать полчище теней по одному щелчку пальцев.
Находясь под воздействием моих заклинаний, Угрук и Ктук свободно говорили как на своих родных языках, так и на эльфийском, но совсем не придавали этому значения. Для однократных переговоров этого было достаточно, но в будущем мне стоит задуматься о том, как раз и навсегда решить проблему языкового барьера для всех моих спутников.
Изис обогнал нас и провёл к распахнутым высоким деревянным вратам, ведущим внутрь Мирового Древа. Пройдя через них, мы очутились в просторном холле, кривые стены которого были отёсаны и покрыты многочисленными тонкими узорами, составляющими целые картины. Большинство из них изображали различных мечников, противостоящих огромным полчищам нежити. Заложенный в картинах смысл был мне предельно ясен.
Изис прошёл ещё немного вперёд и остановился перед двумя широкими изгибающимися лестницами, ведущими в помещения выше. Десяток мечников встали между нами и командиром шестого оборонительного отряда, дав ясно понять, что дальше нам не позволят пройти.
— Что это за сброд? — презрительно-надменным тоном спросила относительно невысокая пожилая эльфийка со светло-русыми волосами, серебряной кирасой и длинным мечом в ножнах, стоящая на верхних ступенях одной из лестниц. — Кто и зачем впустил сюда некроманта?
— Прошу меня простить, архимагистр Кираэль, — обратился к эльфийке Изис, преклонив перед ней колени. — Чужачка, которую я привёл, назвала себя королевой Кинаморой и заявила, что она повелевает всей нежитью Мёртвых Земель, а также желает вступить в переговоры с нашим орденом.
— Эта людская девчонка? Она повелевает всеми мертвецами Мёртвых Земель? Что за вздор?.. — пожилая эльфийка с прищуром посмотрела на меня и состряпала такую мину, будто бы увидела назойливую и очень неприглядную на вид муху. — Сколько тебе лет, девочка? Тридцать? Двадцать? Того меньше?
— Это весьма грубый вопрос, который я, пожалуй, оставлю без ответа, — сказала я, испытывая жуткий соблазн жахнуть по надменной старухе каким-нибудь заклинанием помощнее. — Я не думаю, что вы способны самостоятельно решить те вопросы, ради обсуждения которых я сюда прибыла. Не могли бы вы позвать тех магистров вашего ордена, которые знают цену дипломатии и умеют вести переговоры?
Несколько окруживших нас мечников заметно переменились в лицах и опустили ладони на рукояти своих клинков, на что Угрук отреагировал, издав угрожающее рычание. Другие же члены ордена лишь удивились, а некоторые даже едва заметно улыбнулись и посмотрели на меня с неподдельным интересом.
— В действительности, архимагистр, нам следует проявить достоинство и встретить гостей как подобает! — мелодичным голосом воскликнул крайне привлекательный на вид голубоглазый эльф, неестественно белоснежные волосы которого спадали на его плечи. — Тем более если среди гостей есть королевская особа.
Я внимательнее пригляделась к этому незнакомцу. Под его бело-зелёными одеяниями виднелся золотистый нагрудник тонкой работы, со свины свисал зелёный плащ с изображением дуба, а на поясе покоилась пара ножен с двумя лёгкими клинками-близнецами. Я не смогла распознать в словах эльфа издёвку или сарказм, но всё же его поведение казалось мне немного наигранным.
 
— Ты вновь заставляешь меня напомнить тебе, что ты всё ещё не магистр, Алиагосс, — холодно произнесла Кираэль, одарив выскочку крайне тяжёлым взглядом. — Твоё мнение здесь не имеет никакого значения. Знай своё место. Ну а ты, «королева», говори, зачем именно сюда явилась, пока у меня не кончилось терпение. Мы не ведём переговоров с некромантами.
— Кажется, вы так меня и не поняли, архимагистр! — воскликнула я в ответ. — Я подчинила себе всю нежить Мёртвых Земель и прибыла сюда, чтобы заключить перемирие с вашим орденом! Иными словами, я могу избавить Хранителей Жизни от многовековой службы и нескончаемого противостояния мертвецам. Ваша борьба может быть окончена! Необходимости проливать кровь за враждебно настроенное к вам королевство больше нет! Вы сможете начать жить так, как сами того захотите, освободив себя от клятв и не поставив под угрозу мир живых! И для этого вам нужно всего лишь проявить толику терпения и тактичности.
За всю мою речь архимагистр Кираэль ни разу не переменилась в лице: она всё также смотрела на меня мрачным, холодным взглядом, не предвещающим ничего хорошего. Но многие мечники после моих слов посмотрели на неё и на меня с надеждой, с внезапно родившейся верой в то, что их жизни могут измениться в лучшую сторону. И всё же около половины из них продолжали сверлить меня подозрительными и враждебным взглядами.
— Мы не ведём переговоров с некромантами, — сухо повторила Кираэль. — Орден никогда не пойдёт на поводу у той, кто повелевает ордами нежити, и никогда не прекратит свою миссию.
Весь зал залился шёпотом: мечники ордена принялись оживлённо обсуждать принятое архимагистром решение. Многие из них выглядели сильно возмущёнными и недовольными, но никто не решался вставить слово поперёк воли Кираэль. Никто кроме одного эльфа.
— Это предложение, от которого… нельзя так просто отказываться, — сказал Алиагосс, обратившись к архимагистру. — Наш орден существует не ради убийства нежити, а ради защиты живых, разве не так? Если мы можем навсегда устранить угрозу в лице армий из Мёртвых Земель, то сделать это — наш долг. Если же мы убьём достопочтенную королеву Кинамору, то мертвецы вновь выйдут из-под контроля, и наша борьба продлится ещё много веков!
— Алиагосс, ты забываешься! — громко произнёс ещё один эльф, спускающийся к нам по ступеням лестницы. Этот тип выделялся тёмно-рыжими непослушными волосами и очень строгим взглядом, а его меч в висящих на спине ножнах казался каким-то непропорционально широким и коротким. — Если мы позволим повелительнице мёртвых творить всё, что ей вздумается, и усыпим свою бдительность, то однажды заплатим непомерно большую цену. Мы воины, а не дипломаты.
— В самом деле? Разве вы не стояли в стороне, когда короли Давитана в погоне за своими амбициями порабощали ваших сородичей и разрушали крепости нашего ордена? Разве не вы судорожно искали мирное решение проблемы вместо того, чтобы дать отпор и за себя постоять?
По залу вновь разошёлся ропот, но в этот раз центром обсуждений стал беловолосый эльф, а голоса звучали преимущественно осуждающе.
— Мне кажется, или этот Алиагосс не относит себя к местным эльфам? — тихо спросила я у Тарагвирона, пока внимание толпы переключилось на бунтаря.
— Я думаю, он алидаморец, а не уроженец Эленвуна, — предположил лич. — Внешние черты и манера речи этого мечника выдают в нём так называемого «высшего эльфа».
— Алиагосс, архимагистр Кираэль верно сказала: твоё слово здесь не имеет веса, — заявил рыжеволосый эльф, спустившись по ступеням и представ перед алидаморцем. — Отступи, пока ты не сделал себе хуже.
— Мой друг, ты никогда не задумывался, почему меня до сих пор не возвысили до магистра? — произнёс Алиагосс вместо ответа. — Едва ли мои навыки владения мечом не соответствуют необходимым.
— Всё просто: ты слишком молод, импульсивен и неопытен. Ты не можешь рассмотреть всю картину целиком и верно оценить риски. И ты чужак, неспособный проникнуться нашим духом и стать полноценным Хранителем Жизни.