Искушённая (ЛП)

Харлоу нашла в себе силы усмехнуться про себя, услышав горечь, скрывавшуюся за многими предыдущими разговорами.
— Убирайся, Айла! — рявкнул Винсент, вытаскивая Айлу за дверь и сердито шепча ей что-то на ухо. Всё, о чём могла думать Харлоу, это о том, что это она могла принять на себя основной удар яда Винсента. Она вздрогнула. Именно тогда ссора с Атласом и Кольтом затмила все нежные воспоминания, которые у неё могли быть с Винсентом. Она поклялась себе никогда больше не убегать от драки с ними.
К счастью, прежде чем у неё затуманились глаза, Винсент вернулся без Айлы.
— Значит, теперь это просто плохой полицейский, да? — спросила Харлоу. — Кстати, поздравляю с твоей парой. Она настоящая находка.
Кровь стекала по её щеке и попадала в рот, когда Винсент стоял над ней и поджимал губы.
— Ты была бы оскорбительна, если бы не была такой жалкой. Твоя ревность в некотором роде симпатична.
Харлоу рассмеялась:
— Я думаю, что корабль ревности отплыл. Конечно, я ненавижу её, но она это заслужила. Она идиотка.
Винсент схватил ножки стула, рывком поставил его вертикально и с грохотом опустил на бетон. Зубы Харлоу клацнули друг о друга, а позвонки сжались.
— Ты никогда больше не увидишь своих драгоценных друзей из Грейвкреста! Они все умрут!
— Почему? — потребовала Харлоу.
— Потому что я не могу допустить, чтобы ты распространяла ложь о Холлоу Гроув! Я установлю своё лидерство, а ты останешься верна своей стае!
Глаза Харлоу сузились:
— Твой отец послал тебя за мной. Не так ли?
Винсент зарычал:
— О чём ты говоришь? Конечно, нет!
Отстранённое выражение появилось на лице Харлоу.
— Твой папочка послал тебя, потому что только слабые альфы позволяют женщине присоединиться к другой стае, если её отвергли. Он думал, что твои союзники изменят тебе, если узнают. Держу пари, это были его точные слова.
— Заткнись! — Винсент заскулил. — Если так, то он был прав! Ты жалкая, и я отверг тебя. Теперь тебе придётся с этим жить!
Харлоу покачала головой:
— Ты такой ребёнок, Винсент. Настолько, что твой собственный отец думал, что я смогу в одиночку разрушить ваши союзы, если открою кому-нибудь свой рот. Твоё короткое не долгосрочное правление не может справиться с миром, зная, какой ты жалкий трус.
Винсент сократил расстояние между ними, крича Харлоу в лицо:
— Ты никогда больше не увидишь дневного света! — Харлоу ударила Винсента головой в нос, сломав хрящ, и кровь брызнула ей на лоб.
Крича и держась за свою окровавленную морду, Винсент начал непроизвольно обращаться. На его лице и шее выросла шерсть, зубы заострились в клыки, руки округлились в лапы, а изо рта вырвался мучительный вой.
Он прыгнул на Харлоу, снова опрокинув её стул и вцепившись зубами в её одежду и волосы. Его когти впились в её руки, а клыки сомкнулись на шее. Когда ей перекрыли подачу воздуха, и она начала терять сознание, Харлоу смутно услышала, как кто-то вошёл в комнату и выкрикнул имя Винсента.
Она очнулась, когда Джулия занялась её травмами. Глубокие порезы прорезали её горло, грудь и руки. Её дыхание было поверхностным, и она не могла пошевелиться без боли. Джулия заметила, что она очнулась, и положила руку ей на плечо, заставив вздрогнуть.
— Тсс, всё в порядке. С тобой всё будет хорошо. Постарайся расслабиться. Постарайся не двигаться, — она бормотала эти и другие бессмысленные банальности и заверения, суетясь вокруг связанной Харлоу.
— Джулия, — Харлоу вздохнула с облегчением, но Джулия снова шикнула на неё и украдкой огляделась, как будто за ними кто-то наблюдал.
— Джулия, вытащи меня отсюда, — настаивала Харлоу.
Джулия покачала головой:
— Я не могу этого сделать, Харлоу. Ты увязла в этом по уши, и я ничем не могу тебе помочь. Я здесь для того, чтобы убедиться, что ты выживешь, и это, пожалуй, всё, что я смогла убедить их позволить мне сделать.
— Как давно ты знаешь об этом? — спросила Харлоу, в её голосе прозвучала обида из-за того, что её старая наставница предала её.
Джулия сжала губы и сглотнула, её глаза наполнились непролитыми слезами.
 
— Я не должна тебе ничего говорить, — прошептала она. — Но ты должна знать, что всё не так, как они говорят. Они вернули тебя обратно, потому что после того, как ты сбежала, многие из нас тоже захотели уйти. Никто из нас не думал, что Винсент поступил с тобой правильно, но некоторые из нас… — Джулия умолкла, её взгляд скользнул к двери. — Ну, мы не смогли выбраться вовремя.
Харлоу встретилась взглядом с Джулией и сочувственно посмотрела ей в глаза.
— Помоги мне, Джулия, — взмолилась она. — Помоги мне выбраться отсюда, и я клянусь тебе, я покончу с ним. Я разорву его на части, даже если это будет последнее, что я когда-либо сделаю. Ты будешь свободна. Все вы!
Джулия закрыла глаза и снова покачала головой:
— Не говори так. Выхода нет. Он заставляет нас всех наблюдать друг за другом. Ты никому не можешь доверять. Ты никогда не выберешься отсюда!
Харлоу умоляла свою наставницу:
— Я выберусь, Джулия! Грейвкрест силён и хорош. Если я смогу выбраться, если я смогу предупредить их, они поймут. Они придут за тобой! Атлас и Кольт будут…
— Хватит! — Линкольн распахнул дверь с глухим стуком, который так напугал Джулию, что она отскочила от Харлоу, смахивая слёзы с лица тыльной стороной ладони. — Этого хватит, Джулия. Теперь ты можешь идти.
Джулия поспешно собрала свои принадлежности и выбежала за дверь. Харлоу слабо посмотрела на него.
— Ты никогда не выберешься отсюда, Харлоу, — прорычал Линкольн. — Как бы ты ни старалась, кем бы ты ни манипулировала, тебе никогда не сбежать. Мы нападём на Грейвкрест и убьём всех. Тебя заберут обратно в Холлоу Гроув и сделают примером для подражания. Наши союзники увидят, что происходит, когда нашему новому альфе не подчиняются. Твоё единственное утешение в том, что скоро всё закончится.
— Что с тобой случилось, Линкольн? — рассуждала Харлоу. — Ты всегда был таким хорошим лидером.
Линкольн закатил глаза и взялся за дверную ручку:
— Твои уловки на меня не подействуют. Постарайся больше не причинять неприятностей, и мы быстро убьём тебя.
Выходя, он с грохотом захлопнул дверь.
Харлоу всхлипнула, пока не услышала, как его шаги удаляются по коридору. Схватив ключ, который сунула ей Джулия, она потянула кабельные стяжки на запястьях вниз, пока не смогла дотянуться до них кончиками когтей и освободиться.
Если она хоть что-нибудь и знала о Линкольне, так это то, что он возьмёт своё мрачное настроение завершённости и на некоторое время испортит чей-нибудь парад. У неё было бы по крайней мере несколько минут, пока он отвлекал бы всех от неё.
Харлоу повернула ключ в замке как можно тише и приоткрыла дверь, посмотрев в обе стороны, прежде чем на цыпочках пройти по коридору. У неё не было времени сформулировать идеальный план или даже собрать воедино разрозненные фрагменты приблизительной идеи. Она могла только надеяться, что следование своей интуиции и внимание к окружающему сработают достаточно быстро, чтобы вытащить её.
Остановившись, чтобы прислушаться у наружной двери, она попробовала ключ и обнаружила, что он работает. Не переставая удивляться, где Джулия раздобыла отмычку, она высунула голову наружу и дождалась затишья в патрулировании, прежде чем рвануть к линии деревьев.
— Где она? Охрана! — со стороны её пустой камеры раздались голоса. Время вышло. Харлоу бросилась бежать, её травмы мешали ей двигаться. Она надеялась найти ручей или пруд, где они потеряют её след, прежде чем поймают, но она понятия не имела, где находится.
Она услышала крики, а затем вой, когда оборотни бросились за ней. Как Винсенту удалось завоевать преданность стольких людей? Разве они не знали, что если будут работать все вместе, то смогут вырваться на свободу?
Он, должно быть, пообещал им что-то — статус, льготы, женщин или деньги. Что бы это ни было, она могла рассказать им, что стало с обещаниями Винсента, и им бы это не понравилось.