Искушённая (ЛП)

Финн и Джексон боролись на траве, и Харлоу покачала головой, зная, что они, вероятно, снова окажутся под её опекой, если не прекратят это. Хотя на данный момент шансов на это мало. Она оставила их разбираться с родителями. Это было не её дело, и у неё на уме были другие вещи.
— Привет, Мэллори! — крикнула она, увидев вдалеке одну из своих подруг. Мэллори помахала рукой, а затем подошла с пивом в руке и странной улыбкой на лице.
— Привет, давно не виделись, — она обвила одной рукой шею Харлоу в нерешительном объятии.
— Я знаю, извини, — ответила Харлоу, чувствуя себя немного виноватой из-за того, как мало её было рядом в последние несколько месяцев. Между практикой, учёбой и Винсентом она была так занята, что у неё не оставалось времени ни на что и ни на кого другого. — Предупреждение о плохом друге.
— Всё в порядке, — она отстранилась и сделала глоток из своей бутылки. — У тебя столько всего происходит. Я понимаю это, — она погладила Харлоу по руке, которая теперь поняла, что это была за улыбка, когда она оглянулась на Мэллори — жалость.
— Впрочем, всё хорошо, — сказала Харлоу, не желая, чтобы это прозвучало так, будто она пытается заставить Мэллори пожалеть её. В конце концов, она училась тому, что ей нравилось, и создавала дом с мужчиной, которого любила. Это было хорошо. Верно?
Мэллори склонила голову набок:
— Да, — она сжала губы в плоской улыбке, когда посмотрела Харлоу в глаза, а затем обняла её ещё раз.
— В любом случае, хватит обо мне, что насчёт тебя?
— Всё хорошо. Знаешь, мало что меняется.
Мэллори опустила взгляд в землю, и Харлоу поняла, что что-то не так. Было ли это из-за того, что она пренебрегла другими своими отношениями — не то чтобы у неё их было много — ради достижения собственных целей и проводила остаток своего времени с Винсентом? Мэллори разозлилась?
— В любом случае, было приятно с тобой пообщаться. Приятного ужина.
— Да… тебе тоже.
Харлоу смотрела, как её подруга уходит, удивляясь, как всё могло так сильно измениться за такой короткий промежуток времени. Они с Мэллори никогда не были лучшими подругами, поскольку Харлоу всегда была скорее волком-одиночкой. Не в прямом смысле. Ей нравились другие, и ей нравилось быть частью стаи, но она также любила одиночество. Возможно, пришло время, когда окружающие поняли это в ней.
Она огляделась вокруг, наблюдая за взаимодействием между остальными членами своей стаи — от серьёзных разговоров старших до беззаботных и весёлых обменов мнениями и связей между младшими членами стаи, такими же подростками и двадцатилетними, как она.
— Привет, Харлоу, — окликнули две женщины её возраста, проходя мимо. Она и раньше проводила время с Авой и Эммой, но они не останавливались. Для них это было необычно. Это было так, как если бы они наткнулись на неё по ошибке и не хотели вступать в дальнейший контакт.
— Привет, вы садитесь есть? — Харлоу крикнула им вслед, надеясь получить шанс пообщаться со своими товарищами по стае.
— Извини, уже поела, — Ава обернулась и одарила её той же странной улыбкой, которая была у Мэллори всего несколько мгновений назад. Они продолжали удаляться от неё, и Харлоу проводила их взглядом. У неё скрутило живот, когда они подошли к небольшой группе и прижались друг к другу. Они болтали, поглядывая на неё, один за другим.
Теперь у неё сдавали нервы, и, какой бы голодной она ни была, она не могла даже подумать о том, чтобы сесть и поесть. Она наблюдала, как все вокруг наслаждались празднованием, набивая животы, пока не пришло время главного события.
— Стая Холлоу Гроув, пора! — голос альфы Линкольна зазвенел вокруг них, сопровождаемый криками и песнопениями, когда стая праздновала этот особый момент. — Как вы знаете, это не просто полнолуние. И это не просто ужин стаи.
Желудок Харлоу сжался, когда она ждала встречи с Винсентом. До сих пор его держали отдельно от остальной стаи, что было признаком того, что он отличался. Он был не просто частью их. Он был их лидером.
— Сегодня вечером мой сын становится тем, кем ему всегда суждено было быть. Сегодня вечером мы становимся сильнее, зная, что наша кровь могущественна. Стая Холлоу Гроув становится всё сильнее, и кто-то всегда будет у руля, ведя нас вперёд.
 
Толпа разразилась новыми криками и одобрительными возгласами.
— Винсент, выходи сюда!
При звуке его имени сердце Харлоу потеплело, её желудок всё ещё сжимался от странной смеси чувств, которые захватили её — нервы, надежда, любовь, страх и всё то, что она испытала от многих членов стаи сегодня вечером, особенно от женщин.
Винсент появился босиком, одетый только в джинсы. Он подошёл к своему отцу, который заключил его в мужские объятия, прежде чем отстраниться и взять голову сына в свои руки. Он кивнул, ноздри раздулись, а глаза сузились:
— Моему сыну сейчас исполнилось двадцать пять лет. С восходом полной луны я могу сказать вам, что Винсент становится главой этой стаи. Он поведёт вас вперёд. Он новый альфа!
Линкольн снял свою куртку и накинул её на плечи сына. Это был, казалось бы, скромный поступок — ни короны, ни наследования чего-либо материального. Но для волка-оборотня это было всё. Знак того, что теперь он носил шкуру своего отца, альфы.
Запрокинув голову Винсента к небу, он держал её там, одной рукой обхватив горло и подбородок, другой — затылок.
— Посмотри вверх, сынок. Посмотри, что тебе дано. — Тишина была оглушительной, как будто каждое существо на мили вокруг затаило дыхание, пока Винсент смотрел на небеса и на луну, которая будет направлять его и его стаю. — Клянёшься ли ты возглавлять стаю Холлоу Гроув как истинный альфа?
Харлоу ждала, затаив дыхание, когда мужчина, которого она любила, казалось, менялся прямо у неё на глазах, не по форме, как она видела много раз раньше, а по характеру. От него уже исходило что-то другое, и было странно думать, что мужчина, на знакомство с которым она потратила месяцы, уже может быть другим. Возможно, ей следовало этого ожидать, но потом ей часто говорили, какой она наивной была.
— Я клянусь! — голос Винсента звучал ниже и проникновеннее, чем когда-либо прежде.
Линкольн отпустил его, а затем несколько раз обошёл вокруг, принюхиваясь к воздуху, прежде чем, наконец, встать перед ним, притянуть к себе и прошептать что-то ему на ухо, что он никому не позволил услышать.
Затем Линкольн повысил голос, чтобы его снова услышала толпа:
— Винсент поведёт эту стаю вперёд, его кровь будет течь дальше. Но для этого у него должен быть кто-то, кто родит ему следующее поколение альф.
Сердце Харлоу бешено колотилось в груди, и она едва могла слышать из-за биения пульса в ушах.
— Сынок, ты принял решение о том, кто это будет?
Харлоу пригладила свои длинные рыжие волосы, рассыпавшиеся по плечам, и собралась с духом. Она была не из тех, кто любит быть в центре внимания — отнюдь нет, но если бы это было то, что она должна была сделать по долгу службы, она бы это сделала.
— Да, принял, — ответил Винсент.
Она закрыла глаза и ждала, когда назовут её имя, удивляясь, что он ещё не разыскал её в толпе. Тем не менее, всё это было так напряжённо, что она подумала, может быть, именно поэтому.
— Я выбираю Айлу Грегори, — ответил Винсент с явным рычанием в голосе.
Голова Харлоу закружилась, и она открыла глаза, гадая, не ослышалась ли она. Но… но это было не так. Когда высокая брюнетка направилась к Винсенту, и он взял её за руку, она поняла, что её худшие опасения наконец сбылись.
У неё перехватило дыхание, всё обрушилось на неё с жестокой неизбежностью. Она знала, что что-то было не так, и что Винсент недавно пережил нечто большее, чем просто восхождение, но она не бросила ему вызов. Теперь было очевидно, что всё это время кто-то другой привлекал его внимание, и она будет той, кто построит с ним жизнь.
Не только это, но и другие члены стаи знали. Жалость, то, как люди активно игнорировали её раньше — вот в чём всё дело. Как она могла быть такой глупой?