ВозРожден быть знаменитым (СИ)
— Если бы это было этично, я бы ей заплатил за роль моей девушки, — честно признался Дан, вытирая со щеки липкий блеск Ирэн — она решила на прощание чмокнуть его. Метила в губы, Дан успел увернуться.
БигБи прыснул со смеху. Ужимки и прыжки школьных хищниц были не слишком заметны издалека, все же девушки переживали о своей репутации, но для Дана и его близких друзей открытие охотничьего сезона не прошло незамеченным. Ирэн так вообще умудрилась «ошибиться чатом», спросив его мнение о новом нижнем белье. Разумеется, абсолютно прозрачном и в приложении к чулкам и красной помаде. Ведь именно так девчонки фоткаются, чтобы показать подружкам новый комплект белья. Дан вообще сомневался, что девчонки таким делятся. Спросил у Мэри — она сначала долго ржала, потом честно ответила, что некоторые могут, но она бы постеснялась.
— Можешь попросить кого-то из знакомых сыграть роль девушки, — предложил Эйдан.
— Кого? — хмыкнул Дан. — Только если кого-то из вас, парни.
Они опять радостно заржали, но все же начали называть попеременно имена их общих знакомых. Большинство из них либо были слишком скромны, чтобы дать отпор этим хозяйкам жизни, либо… либо именно к ним Эшли и ревновала… это было бы не менее не этично, чем если бы он попросил ее сыграть роль до конца учебного года. Бог с ними, с хищницами. Как-нибудь переживет, они явно не опаснее сумасшедших фанаток, которые иногда буквально пытались оторвать от него кусочек.
Глава 33
Музыкальный талант
До Рождества Дан написал песню «Sorry», мысленно посвятив ее расставанию с Эшли. После праздников, на каникулах, они с Тимоти начали усиленно работать над его альбомом с балладами. После череды танцевальных песен было даже несколько непривычно записывать такие длинные партии живого звука — в альбоме будет много фортепиано и гитары.
Именно в инструментале и была главная причина долгой записи. Музыкантов ведь приходилось приглашать в студию, потому что компьютерный звук все равно слышится иначе, чем живое исполнение. Каждый музыкант — это сначала репетиция, потом несколько дублей записи. Следующий музыкант. И следующая мелодия. Только на создание инструментала для девяти песен — пять его и четыре кавера — ушло две недели. А потом его голос они записали за три дня.
Sorry он включил в альбом, несмотря на то, что представители лейбла уговаривали ее продать, переписав для более яркой баллады. Дан отказался. Песня вышла слишком уж личной, он категорически не хотел, чтобы ее исполнял кто-то еще… годика через два — возможно. Сейчас — однозначное нет.
Готовые треки отдали продюсерскому центру — создать обложку, подготовить к загрузке на платформы. Публикация в сети планировалась уже в феврале, так что Дан пока расслабился. Он участвовал в съемках, занимался вокалом, потихоньку писал музыку, подготовил с Тимоти три песни для Jovial Attack, записывать которые будут не раньше осени и уже наверняка без Дана, выполнил еще две песни на заказ для альбома Лиама, с которым работал над рождественской мелодией.
Песня к Рождеству, к слову, стала очень популярна. Для Тимоти это было ожидаемо, а вот Дан немало этому удивился. Но еще раньше он удивился номинации Jovial Attack на Грэмми. Дану заранее сказали, что шансы выиграть в номинации лучший танцевальный альбом близки к нулю просто из-за малой популярности группы и… автора песен. Но даже номинация — уже ценно.
В самом конце января вышла песня Кети Пэрри, моментально ставшая хитом. Повторилась история с заглавкой Jovial Attack — казалось, что знакомые до боли слова звучат просто из каждого утюга. Пока он с мамой и менеджером ехали в аэропорт, чтобы отправиться в Париж для съемок в рекламной кампании, эта песня по радио сыграла трижды. И еще по разу — две песни Jovial Attack. Мама над ним посмеивалась каждый раз, когда начинала играть знакомая мелодия. Менеджер с подозрением косился в сторону Дана, но вопросов не задавал. В модельном агентстве, разумеется, не знали о том, что Дан пишет музыку.
Февраль слился в сплошную работу. Съемки, показы, съемки, показы. Он пропустил месяц школы и, вернувшись домой, планировал исправлять проблемы с оценками — хоть ему и шли навстречу, ставить баллы за красивые глаза и шесть кубиков пресса они все еще отказывались.
Но сначала он отправился в студию — его альбом вышел пару дней назад и хотелось обсудить это волнительное событие с Тимоти.
Тот встретил его смущенной улыбкой.
— Ты садись, — предложил он.
— Начало мне не нравится, — осторожно присел Дан.
— Нет, все хорошо… просто они сделали вещь, которую я не ожидал. В общем — вот.
И он выложил перед Даном коробку CD-диска со знакомой обложкой — множество теней птиц на фоне облачного закатного неба. Это обложка его альбома. Поверх знакомой картинки, которую Дан сам выбрал, значилось название альбома — «Sorrow» и такое непривычное для американца имя — BongHyon.
— Физический альбом? — неверяще уточнил Дан. — Но планировался же только диджитал…
— Главный сказал сделал минимальный тираж. Пять тысяч экземпляров. Пятьсот оставили здесь, кажется, их планируют вкладывать в качестве подарка партнерам. И… они будут крутить тебя по радио.
Дан сощурился:
— Радио? Это же неформат…
Тимоти покачал головой:
— Для баллад нет неформата. У тебя красивый голос, песня уж больно хорошо и они явно решили попробовать.
Дан нахмурился:
— Зачем? Я не буду дебютировать в США по целому ряду причин, в тур меня не отправить, на шоу ходить не буду. Чтобы продать пять… четыре с половиной тысяч экземпляров альбома?
Тимоти тяжело вздохнул, но улыбался по-прежнему доброжелательно:
— Не стоит думать о нашей сфере только как о бизнесе. Мы все приходим сюда идеалистами, мечтающими делать музыку. Абсолютно все. Это потом на первый план выходят чарты, деньги и номинации. Считай, что это неловкий подарок от нашего главного: они решили вложиться в радио ради твоего очень далекого будущего. Без продвижения и клипа эта песня все равно не сможет стать супер-популярной. Но, если ты через пару лет запоешь, это станет событием — голос у тебя достаточно узнаваем.
Тимоти выложил перед Даном целую стопку таких же дисков:
— Вот. На сувениры. Возможно когда-нибудь эти диски будут очень дорогими из-за малого тиража.
Сделать Дан ничего не мог. Лейбл не мог требовать от него продвижения или участия в туре — его контракт затрагивал только и исключительно написание и исполнение песен. Но они оставили себе лазейку: право выпуска и перевыпусков альбома полностью в их власти. Дан и подумать не мог, что они могут вложиться в физический диск и уж тем более — в продвижении на радио. Но… Через пару дней вечернее радио часто «баловало» слушателей голосом Дана.
С точки зрения стриминга, альбом был очень удачным. Все песни Дана постоянно были в крупных плейлиста, «Sorry» даже занимал лидирующие строчки в топах музыкальных платформ и умудрилась попасть в чарт Billboard аж на двадцать второй строчке. Небывалое достижение для малоизвестного исполнителя, которого еще и никто не видел в лицо.
Все это обеспечивало Дану приятную зарплату. Раз в месяц стриминговые площадки передает деньги за прослушивания основным правообладателям — лейблу. Лейбл рассчитывает кому и сколько оттуда нужно заплатить, деля роялти между авторами текста, музыки, аранжировки, исполнителем и самим лейблом. На это у него уходит месяц, после они отправляют деньги тем, кому они причитаются. Так как песни Дана выходили достаточно плотно и были весьма популярны, его выплаты были соизмеримы с зарплатой: две-три тысячи долларов в месяц. Первые деньги ему пришли в декабре, там было еще относительно немного — чуть больше тысячи долларов, но после цифры только росли.
В апреле состоялась премия Грэмми. Jovial Attack, как и предсказывал Тимоти, статуэтку не взяли, но показали яркое выступление. Впрочем, их главная премия впереди — в плане яркости шоу и понятности вознаграждения VMA однозначно обгоняет Грэмми.