ВозРожден быть знаменитым (СИ)
Его блог не был о моде или стиле, но все же и того, и другого там хватало. Фотографии в разных аутфитах, например. Ну или его ролики с танцами — почти всегда он был одет в другую одежду, нужно же «выгулять» все подарки. И у него часто спрашивали — что это за вещь, где он ее купил. Дан обычно отвечал. Подписчики писали, что у него есть собственный стиль. Поэтому он и решил снять видео про бренды.
Видео, которое вышло на его канале, начиналась с того, что он рассказывал о школьном проекте, в котором он вот только вчера поучаствовал — «захват» показа. И дальше Дан рассказывал о своем стиле и некоторых предметах одежды, которые он считает важными для себя. Видео он записывал еще на прошлых выходных, просто вступление записал вчера вечером.
— У меня немного люксовых вещей, — говорил он на камеру. — Большей частью — доступный люкс. Много обуви от Tommy Hilfiger, например. Есть отдельные вещи от Ralph Lauren и Lacoste, но почти все куплено в аутлетах. [*Моды здесь будет немало, но вот короткая расшифровка. Все перечисленные бренды — это люксовые вещи, которые доступны среднему классу американцев, причем даже не верхней его части, а просто обычным людям с уверенным средним доходом. Аутлеты обычно понимают как магазин с уцененным товаром и так было достаточно долгое время — там продавали брендовые вещи с браком, либо то, что не удалось распродать в бутиках. Со временем появились более дорогие аутлеты, где можно купить обычные сезонные вещи средней ценовой категории, просто в одном месте собрано по десятку, а то и больше брендов.*]
— У меня много спортивной обуви и одежды от Adidas, — продолжал Дан. — И я даже не буду скрывать, что практически всю их одежду мне они подарили сами — пригласили в большой бутик незадолго до Рождества, позволили выбрать кучу всего и просто вручили пакеты с тем, что мне подошло. И они высылали мне сами новые кроссовки по моему размеру буквально месяц назад.
Он даже продемонстрировал в кадре белые сникерсы, которые ему выслали недавно. [*Не шоколад) Модель городских кроссовок, по-английски — sneaker, у них прямая толстая подошва.*]
— Ну и гвоздь программы — Louis Vuitton, — улыбнулся Дан. — Началось все с того, что я попросил у родителей на Рождество и окончание первого семестра в нынешней моей школе… — он выдержал небольшую паузу, — брендовый рюкзак… у многих моих одноклассников были дорогие люксовые вещи и мне так хотелось… — последнее он добавил смущенно, потому что это и правда была немного детская просьба, об осуществлении которой он и не мечтал. — И за несколько недель до Рождества мы с мамой пошли в бутик Louis Vuitton. Она расширила допустимые операции с моего детского счета, чтобы я купил рюкзак вроде как сам. У Louis Vuitton несколько моделей рюкзаков и лично я был уверен, что мы сразу его купим… но нас огорчили тем, что именно сейчас рюкзаков в наличии нет. Я расстроился и уже хотел уходить, но мама заставила их вынести ремни — мы купили вот этот. И еще кольцо. Одно из самых недорогих, но ношу я его часто.
Дан поочередно показал в камеру пряжку ремня и серебряное кольцо, а после деловито продолжил рассказ:
— Мы оплатили покупку, они записали мои данные, взяли номер телефона и обещали позвонить, когда появится рюкзак. Особенность была в том, что мама хотела непременно рюкзак из канвы Louis Vuitton. Кто не знает — это синтетический материал, который считается очень прочным… проще говоря, она хотела купить такой рюкзак, который подольше проживет у подростка. Мне позвонили за два дня до Рождества, пригласили в бутик, потому что пришли новые рюкзаки. Так я получил вот этот темно-серый Кристофер. Я с ним проходил до конца учебного года. А в августе у меня был День Рождения, я отложил деньги и решил купить модель… поменьше. Тоже в Louis Vuitton, чтобы не покупать опять ремни и кольца от другого бренда. Тем более — была модель, которая мне нравилась. Это рюкзак Кампус, он чуть меньше и уже из кожи. Его мне тоже продали с небольшим ожиданием — я хотел черный, а у них не было в наличие такого цвета. Но ничего лишнего я уже не покупал, просто выкупил свой заказ через несколько дней. И это, к слову, очень классные рюкзаки. Я, конечно, достаточно аккуратно ношу вещи, но… должен признаться, иногда приходится бросать их на землю, потому что больше поставить некуда. И ни одной царапины. Канва и правда не убиваемая.
Дан убрал из кадра оба своих рюкзака и продолжил:
— На всякий расскажу, почему мы не брали в каком-нибудь брендовом аутлете или через интернет-магазин. Когда ты приходишь в бутик самостоятельно, тебе могут сразу не продать что-то — это частая проблема, особенно если хочешь какую-то популярную вещь. Ее либо может не быть, либо они могут не захотеть отдавать ее тому, кто им едва знаком. Покупая в бутике, ты создаешь историю, тем самым как бы показываешь бренду, что ты постоянный покупатель и тебе стоит доверять… ну или типа того. Если бы я был достаточно богат, чтобы покупать по рюкзаку каждый месяц, мне было не важно создавать историю отношений с брендами. Но для меня эти покупки — редкость, а шансы, что я захочу через несколько лет какую-нибудь популярную вещицу, весьма велики…
Дан, когда видео вышло, больше переживал о том, что он так мало рассказал о самом показе — он упомянул его только в самом начале видео, объясняя причину, по которой решил рассказать о своих вещах. Но он не учел другой факт. Его одномоментная популярность. То, что видео было записано до взрыва его популярности, было понятно всем. То, что он не рекламировал рюкзаки, а просто рассказывал, было понятно многим. Louis Vuitton и так не жаловались на редкие покупки, но тут даже они заметили, когда внезапно к ним ломанулась толпа подростков за рюкзаками из канвы.
Для Дана эта история получила внезапное развитие курьерской посылкой в четверг рано утром. Курьер выставил у дверей их квартиры несколько фирменных пакетов Louis Vuitton и под роспись отдал Дану большой конверт из явно очень дорогой бумаги.
Дан с уже проснувшейся мамой затащили пакеты в квартиру и он вскрыл письмо. Бренд благодарил его за доверие и поэтому посчитал необходимым подарить ему кое-что на свой вкус. И так же понадеялся на дальнейшее сотрудничество.
— Распаковываем? — в предвкушении спросила мама, кивая в сторону четырех пакетов.
Дан согласно кивнул. Самым дорогим подарком оказалась сумка City Keepal — лаконичная модель на широком ремне. Она считается моделью унисекс — мужчины часто используют ее во время путешествий, чтобы держать деньги и документы при себе. В довесок к сумке были кроссовки, кепка и кардиган. Ну и мелочи — брелок и записная книжка. Общая сумма «подарка» около четырех тысяч долларов.
— И мы не должны это возвращать? — удивленно спросила мама.
Дан качнул головой:
— Они делают это постоянно. Про Louis Vuitton уже ходили сплетни, что они для рекламы сумок рассылают их блогерам… вполне вероятно, что для мужской одежды я случайно стал самым крупным после официальных селебрити…
— То есть будут еще? — уточнила мама.
— Кажется, мне все же нужен менеджер, — нервно хихикнул Дан.
Глава 16
Социальные достижения
И он оказался прав: ему действительно нужен был помощник. Louis Vuitton отличало лишь то, что у них уже был его домашний адрес. Все прежние подарки были от небольших брендов и приходили почтой на удаленный ящик. Люксовые бренды же обставляют свои подарки более помпезно и предпочитают вручать их курьерами. Уже на следующей неделе Дан давал свой адрес официальным представителям других брендов.
На подарках если и заработаешь, то только перепродажей. Но это может испортить отношение с брендом. Вот только не всегда именно дарят подарки, иногда это контракт на появление в кадре. Первыми и здесь были Louis Vuitton.
У Дана были правила, которые могли усложнить его работу с рекламодателями: он отказывался надевать тотал-луки. Впрочем, пока что он был такой не один — большая часть фэшн-блогеров тоже отказывались надевать все от одного бренда, соглашаясь на рекламу только отдельных предметов. Дан дорожил своей аудиторией и поэтому сразу уточнял, что рекламная одежда должна быть в его стиле и иметь предметы других брендов.