Я – пожиратель (СИ)

Я всё ещё не понимал, как Шики связан с Падальщиками. По словам Мэссиэля он заселил серыми существами подземелья над поселением, но откуда он изначально их взял? Не удержавшись, я задал этот вопрос тануки.
— Ой, нашёл пару интересных существ, скрестил между собой, и получил Падальщиков. Если интересны подробности, то за основу взял червей, умеющих перемещаться сквозь камень и простеньких упырей. А дальше уже работала её госпожа эволюция.
Мако и Садако тем временем устало уселись возле стены вместе с Госу, и даже Мэссиэль не торопился переходить к обсуждению сложившейся ситуации. Зато кицунэ демонстративно встала перед Мэссиэлем, сверля его злым взглядом.
Поскольку у нас появилось время передышки, я решил осмотреться по сторонам. Камера Шики оказалась совершенно пустым квадратом размером примерно пять на пять метров. Ума не приложу, как он тут провёл пятьдесят лет без еды, кровати и даже туалета. С другой стороны, Мэссиэль же не зря говорил, что они материальны не полностью, видимо, это как-то помогло тануки перейти в другую форму, не требующую обычного питания. Если это действительно так, то применив подходящий набор рун, вполне вероятно, я смог бы запечатать ёкая в момент превращения.
— Яре, яре… сколько бы мы здесь не сидели, нам всё равно придётся рано или поздно выйти и принять бой с Падальщиками, — заметил Госу, успевший немного прийти в себя. — А потом ещё предстоит подумать над тем, как выбраться из самого подземелья. Если мы, конечно, выживем.
Кицунэ яростно запрыгала на четырёх лапах и зашипела, продолжая привлекать к себе внимание «кота».
— Ладно, ладно, — нехотя сказал Мэссиэль, и взмахнул лапой, позволив «лисе» вернуться в человеческую форму.
Удивительно, но этот процесс снова произошел практически мгновенно. Это не было болезненным превращением, как его часто показывают в фильмах ужасов, кицунэ будто на мгновение потеряла материальность и плавно перешла в другую форму.
— Вы двое, это всё из-за вас! — тут же зарычала серебряная лиса. — Лучше бы мы прорывались с боем без этих ваших штучек с энергией! Тогда и Каппа бы был ещё жив!
— Или всех нас бы в одно мгновение сожрали огромные Падальщики, — не согласился с ней Мэссиэль. — Мы даже не представляли, что они успели вымахать до таких размеров. Видимо, нам придётся совершать вылазки из камеры до тех пор, пока мы не перебьем их всех по одному.
— И я даже знаю, кого мы будем использоваться в качестве наживки, — сверкнула в мою сторону кровожадной ухмылкой кицунэ.
Кстати, интересный факт, у всех ёкаев были нормальные имена, и только серебряную лисе все называли просто кицунэ. Интересно, почему так?
— Я бы предложил более рациональное применение человеку, — вмешался Госу. — Точнее, его навыкам, разумеется. Он же умеет проходить сквозь стены, пусть поднимется наверх и приведёт помощь.
— Помощь? — переспросила кицунэ. — Я бы не стала ему настолько доверять. К тому же, кто и зачем станет нам помогать? Кому мы нужны?
— Человек неоднократно говорил, что его ищут. Думаю, мы можем предложить этим людям что-нибудь интересное, — не согласился Госу. — Лично у меня там снаружи есть схроны, в которых хранятся многочисленные артефакты и золото. Как насчёт такой платы?
Взгляды всех ёкаев скрестились на мне.
— Кхм… конечно, меня ищут и рано или поздно найдут. Тут нет других вариантов, — уверенно подтвердил я. — Но мне бы не хотелось, чтобы кто-то пострадал во время моих поисков, поэтому я и торопился наверх. Прежде, чем что-то решать, у меня есть один вопрос… Мэссиэль, ты говорил, что вы не полностью материальны? Это то, что я видел в тот момент, когда кицунэ меняла форму?
— Да, — подтвердил «кот», явно удивившись моему вопросу. — Мы можем переходить в нематериальную форму в момент превращения и ещё при некоторых условиях. Но к чему ты это?
Я задумчиво посмотрел на Шики.
— Кажется, у меня есть идея, как можно вытащить вас всех отсюда. Но нам всё-таки придётся договориться. Я слышал что-то о схронах с золотом?
  
Глава 8
  
Разумеется, мне в голову пришла мысль о том, чтобы запечатать всех ёкаев в тот момент, когда они будут в нематериальной форме, и вынести отсюда, спокойно пройдя сквозь завалы. Пока это было лишь на уровне идеи, и предстояло уточнить, насколько вообще возможно применить к ним соответствующие руны. Этот вопрос я и задал Шики, как наиболее сведущему в темах оммёдо и физиологии ёкаев.
— Это возможно, я слышал о подобных случаях, — подтвердил тануки, что-то прикидывая в уме. — Хотя, есть нюансы…
— Я не согласна! — тут же заявила кицунэ.
— Вот один из них, — кивнул Шики, скривив мордочку. — Но не самый важный. Насколько я понял, у тебя закончилась бумага, способная удерживать душевную энергию, к тому же, хоть мы все и сильно ослаблены, надолго нас запечатать не получится, даже если мы не будем сопротивляться.
Да, я уже думал о том, что у меня нет запасов бумаги, но в теории она мне была и не нужна. Защитные руны же работают при нанесении на обычный камень, а значит, достаточно взять любую поверхность и нарисовать на ней руны моей кровью, например, на одежде. Джеймс говорил о том, что оммёдо могут наноситься на разные предметы, и есть множество материалов, неплохо удерживающих душевную энергию. То же золото, например. Оммёдзи используют именно бумагу в первую очередь потому, что её удобно носить с собой, и ещё, при высвобождении энергии, носитель часто повреждается. Поэтому я просто запечатаю ёкаев в своей рубашке, надену её, и как только выберусь отсюда, сразу скину и освобожу их.
Это я и предложил тануки.
— Думаю, у тебя вполне достаточно силы души, чтобы запечатать нас, но не уверен, что обычная одежда выдержит столь большой объем энергии, — покачал головой Шики. — Точнее, наверняка не выдержит. Не зря же призраков запечатывают в гофу из специальной бумаги, частично созданной из опилок дерева Синбоку.
— Чего-чего? — переспросил я.
— Ты точно оммёдзи? — скептически спросила кицунэ. — Это же всем известно.
Я лишь пожал плечами в ответ, спорить с лисицей было просто лень.
— Синбоку — священное дерево, растущее во дворах японских храмов, — вмешался Госу. — Благодаря живущим в них духам кодама, оно приобретает особые свойства и способно хранить в себе много душевной энергии. Например, многие монахи делали из этого дерева посохи, а некоторые воины даже ходили с деревянными мечами.
Чёрт его знает, из чего делают энергопроводящую бумагу, к тому же, за пятьдесят лет всё могло и поменяться. Сколько этих деревьев и храмов всего осталось на новой земле? Технологии не стоят на месте и наверняка уже давно найден какой-нибудь более простой заменитель. Хотя, с другой стороны, бумага стоит так дорого, что может быть создана и из какого-нибудь редкого дерева.
— И ни у кого из вас нет чего-нибудь, на чём можно было бы нарисовать руны? — спросил я, недовольный тем, что моя идея оказалась бесполезной. — Какие-нибудь досочки из того же Синбоку? Или что-нибудь из золота?
— Все, что у нас было, уже сожрали Падальщики, — буркнула кицунэ. — Да и в целом мне эта идея не нравится. Лучше будем делать вылазки наружу и убивать Падальщиков по одному, пока всех не перебьем. Пусть это займёт хоть год!
Такие сроки меня точно не устраивали. Ища помощи, я посмотрел на Шики:
— Ты же откуда-то доставал краску, кисточки? Там не завалялось ничего полезного?
Тануки покачал головой.
— Мой пространственный карман небольшой, к тому же, он был заполнен едой, на которой я и продержался в камере почти пятьдесят лет…
Что же там хранилось такого, раз он смог на этом прожить пятьдесят лет? Тонна консервов?
— Смотрите! — воскликнула Мако, указывая на стальную дверь, заблокированную мечом.
Всё это время огромный Падальщик не переставал о неё биться. Если ранее защитное поле Госу полностью скрывало наше присутствие, то с камерой это почему-то не сработало. И вот прямо на наших глазах укреплённая рунами толстая стальная пластина начала поддаваться — на ней виднелось уже несколько вмятин, и периодически добавлялись новые.