Первая любовь (СИ)

Легкий ветерок вдруг неожиданно принес запах свежесваренного кофе, я повела носом и не удержалась от сладострастного стона:
— О Боже! Кажется, я бы полцарства отдала за капучино! Если бы у меня было полцарства…
— Ладно, — улыбнулся Денис и махнул рукой: — Обойдусь без твоих полцарства, просто так тебе капучино сделаю. Ну, не совсем просто так… по дружбе, — и он оскалился еще шире.
— У тебя есть кофемашина? — изумилась я.
— Нет, у меня есть кофе, молоко и френч-пресс.
— И..?
— Пойдем, покажу.
Мы зашли в дом. На кухне Денис сполоснул небольшую турку, насыпал туда две чайные ложки кофе, залил водой и поставил на газовую плиту. Больную руку он прижимал к телу, и я была уверена, что действия доставляют ему сильный дискомфорт.
— Тебе помочь? — не выдержала я и вскочила со стула.
— Ну давай, — вздохнул он. — Возьми вон там ковшик и молоко в холодильнике и доведи до кипения.
Вся посуда и плита сияли чистотой, было приятно кулинарить на этой кухне. Мы с Денисом стояли бок о бок, но я не испытывала ни малейшего напряжения, будто и впрямь признала его совсем своим. В этот момент я особенно злилась на Глеба и не понимала, зачем он так предается своей паранойе.
— Так, угу… — бормотал Денис. — Перелей молоко во френч-пресс. А теперь вот так…
Он сделал несколько движений поршнем вверх-вниз, и в колбе образовалась густая молочная пена. Молодой человек вылил кофе в чашку, а потом поверх профессиональными движениями «накидал» пену, в конце аккуратно выведя «хвостик» в обратную сторону, так чтобы получилось сердечко. И как финальный аккорд насыпал сверху щепотку корицы.
— Волшебство! — восхитилась я, забывая дышать от восхищения.
— Это еще не все! — возразил Денис и достал из холодильника эмалированную кастрюльку. — Знаешь, какая выпечка сочетается с кофе лучше всего?
Я задумалась на мгновение, а потом печально вздохнула:
— Знаю! Синнабон! Но это уж совсем из области фантастики.
Казалось, его лицо не могло засиять еще больше, но — засияло:
— Пять баллов, Манюся! Нет, десять… из пяти! Именно он! — И с видом фокусника извлек из кастюльки маленькую спиралевидную булочку, покрытую сливочным кремом.
— Но… это невозможно… — ошарашенно пробормотала я. — Ближайший «Синнабон» находится километрах в двухстах отсюда…
— Ну да. А корицу продают в местном сельпо.
— А сливочный сыр?
— Сами делаем.
— Денис. Твоя бабушка печет Синнабоны?!
— Ну да. А что такого?
— Мне нужен рецепт!
Он закатил глаза:
— Манюсь! В каком веке ты живешь? Я бабуле рецепт из интернета скачивал…
«Тоже готовился к моему приходу?» — мелькнула в моем мозгу подозрительная мысль, но я не стала заострять на ней внимание. Меня ждал капучино с Синнабоном, и все прочее отступило на задний план.
Булочка, конечно, была не точь-в-точь, как в знаменитой сети кафе, но тоже очень вкусная и безобразно сладкая. Хорошо, что мы не добавили сахар в капучино! А вот кофе превзошел мои ожидания.
— Капучино просто невероятный! — сказала я Денису. — Лучше, чем 90 % из того, что я пробовала.
Он кивнул:
— Я знаю, что брать и где. Покупаю только зерна, сам перемалываю и варю. Иначе никак, если ты любишь хороший кофе. А я люблю. Но стараюсь не пить много. 1–2 чашки в день — не больше. На него легко подсесть.
Я понимающе покивала, а потом в повисшей тишине ощутила неловкость и желание уйти домой. Денис будто почувствовал это и нарочито бодро предложил:
— Может, кино какое вместе посмотрим? У меня отличная коллекция. Ты смотрела «Джентальменов»?
— Ээ… нет. Прости, Денис, мне надо домой, за мелким смотреть. Я и так полдня прогуляла…
— Что за повинность такая? — нахмурился он. — Бесконечная.
— Это мне не трудно, а маме большая помощь. Маленький ребенок — это, я тебе скажу, нелегко…
— И зачем тогда его заводить?
Я посмотрела на него, как на полоумного:
— Ты не знаешь, зачем детей заводят?
Он покачал головой:
— Знаю только, почему.
— Разве это не одно и то же?
— Неа.
— И почему же?
— Я тебе потом расскажу. Когда подрастешь.
 
Я ужасно смутилась, и это смущение было неприятное, тяжелое — желание сбежать усилилось. Я вздохнула:
— Ладно. Я пойду, хорошо? Увидимся на дискотеке.
Я встала со стула и направилась к двери в прихожую, но Денис вдруг загородил мне путь:
— Может, я зайду за тобой и вместе сходим за Диной?
Я пожала плечами и одновременно мотнула головой:
— Это ни к чему. Мы сами справимся, — и опять дернулась на выход, но молодой человек неожиданно схватил меня за талию и удержал:
— Слушай… я тут подумал… может быть… вчера я заслужил поцелуй?
Его щеки слегка зарумянились, а я так будто нырнула в кипяток с головой. Отказать — не посмела. Он прав. Заслужил. Я привстала на носочки и потянулась губами к его гладко выбритой щеке. В нос ударил запах мужского парфюма, голова закружилась, и мой спаситель внезапно воспользовался этим — повернул голову и подставил губы. Мы едва соприкоснулись ими. Ахнув, я резко отпрянула и жалобно прошептала:
— Нет, Денис, прости, не могу. Так — не могу! Это неправильно.
Челюсти его сомкнулись так, что на побледневших щеках заиграли желваки, темные глаза прищурились:
— Ты все-таки с ним? Больше не друзья?
— Д-друзья… — пробормотала я неуверенно. Почему-то не хотелось говорить всю правду.
— Так и в чем дело?
— Ты… тоже мой друг. И все.
— И что? — он закипал.
— А я не целуюсь с друзьями. Прости.
Он прикрыл глаза и протяжно выдохнул.
— Я пойду… — пролепетала я в который раз и попыталась выбраться из его рук.
— Подожди… Маша… ты… не сердись на меня, ладно?
— Я не сержусь!
— Хорошо… Хорошо. Друзья? — он протянул мне больную руку, и я с готовностью, но осторожно ее пожала.
И ушла, с тяжелым сердцем. Все-таки Глеб был прав.
  
Глава 17. Подготовка к балу
 
ДЕНИС
Невероятно, просто невероятно! Похоже, этот ушлепок побеждает меня! Каким образом, непонятно. Более малахольного идиота я еще в жизни не встречал!
У меня на руках случайно оказался мощный козырь — моя героическая помощь Марусе в поисках брата. Дурно радоваться таким вещам, ведь это была настоящая катастрофа для ребенка, но так как я не имел отношения к ее организации, а только к исправлению, грех было не воспользоваться. Вчерашний ночной разговор с Глебом также наполнил меня надеждой на то, что я на пути к победе — иначе почему Стрельников так разнервничался, что даже решился на прямой разговор? Приемы он использует, конечно, детские, но Марусе это, похоже, по вкусу… Они два сапожка — пара. Но нет. Этому не бывать. Я еще не был готов на последний решительный шаг, потому что он перечеркнет сразу все, и меня в том числе, но кое-какие грязные приемчики можно попробовать…
На самом деле, бизнес давно звал меня в город: все, что нужно, я здесь уже уладил, а там в нетерпении ждали люди, но оставить все так я не мог. Без меня они тут мигом сговорятся и перейдут на следующий уровень отношений, а этого допускать нельзя. Что дальше — я не знал. Просто чувствовал упрямую решимость не отдать свою добычу маргиналу Стрельникову. Хрен ему, с маслом. Перетопчется.
Первым делом я отправился к Ирке Тарасовой, которую уже один раз безуспешно натравлял на своего соперника, но она оказалась слабачкой. Тем не менее, сейчас ее помощь могла мне пригодиться в плане сбора информации и организации намечающегося мероприятия.
Ирка, которую, очевидно, мать отправила на огород, сидела возле грядок на небольшом чурбачке и тыкала в свой смартфон.
— Привет, Тарасова! — крикнул я, и она резко вздернула голову:
— А, учитель счастья пожаловал! — фыркнула девка. — Чего тебе еще? Опять уму-разуму учить станешь?
— Нет, денег хочу тебе дать.
Ее маленькие, неаккуратно накрашенные глазки вспыхнули алчным огоньком: