Овцы смотрят вверх

– Эй, майор! – крикнул солдат, который заметил у одного из нападающих пистолет. – Не подходите ближе, а то вас убьют.
– Заткнись!
Это прокричал Татум – его отделение охраняло забор в том месте, к которому как раз подходил Фриц с друзьями.
– Пусть майор поступает так, как считает нужным, – сказал сержант. – В конце концов, это его похороны, а не твои!
Майкл прошел между солдатами и встал перед Фрицем, остановившимся в ярде от проволочной сетки забора. Губы у того скривились в улыбке, а пальцы правой руки поигрывали кусачками.
– Так вот как ты выглядишь при дневном свете, майор! – сказал Фриц. Диана, стоящая рядом, ухмыльнулась.
– Хочешь попробовать эту еду? – спросил Майкл.
– Хочу. И что?
– Которую упаковку?
– Что?
– Я спросил – которую упаковку.
Все вокруг устремили свои взоры на Майкла и Фрица. Майкл намеренно возвысил голос. Жаль, что у него не было мегафона.
– Вчера вечером я сказал, что эту еду подвергли исследованию и не нашли наркотика. Ты мне не поверил. Никто из ваших не поверил. Поэтому выбери упаковку и попробуй сам. Если с тобой ничего не произойдет, вы уйдете.
Наступила мертвая тишина. Наконец Фриц кивнул.
– Ладно, пойдет. Ты говоришь, я могу взять любую упаковку?
– Любую.
– Согласен.
– Отлично! Рядовой! Дайте мне ваш нож, – попросил Майкл, повернувшись к стоящему справа солдату.
– Но, майор! – это вновь был Татум. – Вы не имеете права!
– Почему? Они явились за наркотиком, который, как они считают, содержится в этой еде. Когда они поймут, что там ничего нет, они уйдут. Так, Фриц?
Поколебавшись мгновение, тот кивнут:
– Точно!
– К тому же вы все равно собирались на ланч и только потом – жечь «нутрипон». Рядовой! Дайте нож!
– Не давать! – рявкнул сержант.
– Вот нож! – крикнул Фриц, доставая его из кармана. – Я возьму упаковку, в которую он воткнется.
Он бросил нож через забор и тот, описав дугу, воткнулся в одну из ближайших коробок.
– Отлично! – сказал Майкл и, взяв нож, взрезал картон, усиленный полиэтиленом. К этому времени десятки молодых людей уже скопились у забора, и новость о том, что здесь происходит, распространилась, словно пожар в сухой степи. Некоторые из пришедших смеялись, отпускали шуточки, а многие из тех, кто был вооружен ножами и пистолетами, убрали оружие за пояс или положили на землю. Татум, вне себя от злости, наблюдал это в течение нескольких минут, после чего принялся звать полковника Сэдлера, который в этот момент был по другую сторону кучи упаковок.
Неся охапку пакетов с «нутрипоном», Майкл вернулся к забору. Увидев его, Фриц, ловко орудуя кусачками, проделал в сетке дыру диаметром в фут, через которую вытащил продукт наружу. Похоже на кормление зверей в зоопарке, несколько отстраненно подумал Майкл, глядя, как «нутрипон» исчезает в желудках пришедших за наркотиком.
– Еще! – потребовал кто-то, кому не досталось.
– Нужно подождать и посмотреть, будет ли эффект, – сказал Майкл. – Эффекта не будет, но никто не верит словам, а потому…
– Еще! – прокричал кто-то угрожающим тоном. Да, точь-в-точь кормление зверей. Опасных, диких животных…
Он пожал плечами, повернулся и тут же столкнулся с полковником, пунцовым от ярости.
– Майор! Какого черта? Что вы устроили? – крикнул он.
– Эта молодежь верит, что еда отравлена наркотиком, – сказал Майкл. – И они не позволят вам сжечь ее, пока вы не докажете обратное.
– Да я…
– А вы верите, что она отравлена? – повысил голос Майкл. – Верите, что именно она свела с ума тысячи невинных людей в Африке и Гондурасе?
Сзади раздался удивленно-одобрительный возглас:
– Отлично, Майкл! Врежь ему как надо! Классная работа, приятель!
Это был Фриц.
Мгновение полковник не шевелился, после чего расстегнул кобуру и достал пистолет.
– Вы арестованы, – сказал он. – Сержант! Отведите этого человека в здание и поставьте охрану.
– Эй! Не имеете права! – раздался девичий голос.
Это, вероятно, была Диана, и ее слова эхом пронеслись по склонам холма. Словно шелест насекомых, прокатилась волна вопросов и ответов, и вдруг, совершенно неожиданно, взлетел к низким облакам истошный вопль – неестественный, лишенный половых признаков:
 
– Бей этих уродов!
Потом имя Майкла Адвоусона поставят номером первым в списке из шестидесяти трех жертв. Когда же военные попробовали свои лазеры на «нутрипоне», все сработало превосходно.
  
Июль
   
Галопирующее потребление
 
14 октября 1936 года
 
 
Этот день мы запомним навек, и расскажет отец
 
                                                             малолетнему сыну:
 
Королевский потомок нажал на рычаг, и волчком
 
                                                         закрутилась турбина;
 
Он огромную станцию враз запустил при гигантском
 
                                                                  стеченье народа.
 
Были графы и герцоги там средь особых особ
 
                                                                королевского рода.
 
 
 
И стоял караул бесподобных красавцев, отборных
 
                                                              гвардейцев дворцовых,
 
Из казарм Дарлингтона прибывших, в зеленых мундирах,
 
                                                                        с иголочки, новых:
 
На пурпурный обшлаг опускалась свободно атласная
 
                                                                            желтая лента,
 
Синий кивер блистал серебром, и сияла вся грудь в золотых
 
                                                                                позументах!
 
 
 
И в блистательной речи своей прославлял Лорд-правитель
 
                                                                          благую природу,
 
Что дала электричество нам, подарив свою мощь
 
                                                                      человечьему роду:
 
Закрутились машины, пошли поезда, и станки застучали
 
                                                                                      повсюду,
 
И молитву вознес человек в благодарность такому
 
                                                                            великому чуду.
 
 
 
И в молитве он славил того одного, кто принес навсегда
 
                                                                           нам спасенье,
 
От холодного мрака и голода дал нам навек,
 
                                                               навсегда избавленье!
 
Пусть венчает отныне чело величайшего сына Земли
 
                                                                     золотая корона —
 
Благородного сына Земли, гениального сына Земли —
 
                                                                                   Эдисона!
 
 
Редивий Макконигал, 1936 год