Злобный король

— Трогай себя быстрее, королева бала. Ты сейчас кончишь.
— Откуда ты знаешь? – я задыхалась, выгибая спину и необузданно подпрыгивая на нем.
— Я, блядь, чувствую это, – прохрипел он и толкнулся бедрами в меня.
 Я кончила без предупреждения. Мир стал белым, и все мое тело содрогнулось. Стенки моей киски сжали Николая, и он застонал, пока я продолжала двигаться на нем, мое тело поднималось и опускалось из чистого животного инстинкта. Я не думала. Я не прилагала никаких усилий. Я просто чувствовала. На мгновение я была полностью свободна.
  
 Николай толкался в меня, его бедра продолжали двигаться вверх, а я пульсировала вокруг него, теряя сознание от наслаждения.
— Блядь, София, я кончаю, – прорычал он.
 Его бедра толкнулись в меня, раз, другой, а затем замерли. Твердый член дернулся внутри, и тепло наполнило меня, когда он кончил. Его сперма была горячей, согревая меня изнутри. Ощущение было порочным и грязным, как ад, но, несмотря на это, каким-то образом приятным.
 Член Николая пульсировал во мне еще целую минуту после того, как он начал кончать, его тело было напряжено, а зубы стиснуты. Однако его глаза так и не закрылись. Он наблюдал за мной все это время. В тот момент в его теле было столько сдерживаемой силы, что думаю, я бы не смогла сделать это, если бы он не был связан. Он был слишком подавляющим.
— Поцелуй меня, – потребовал он, когда я подалась вперед, а мои мышцы наконец расслабились.
 Я приблизила свои губы к его и легонько поцеловала. Это было глупо целомудренно после того, что мы только что сделали, но так интимно, что я не была готова.
 Он углубил поцелуй, покачивая меня на полутвердом члене, все еще погруженным глубоко внутрь, пока его сперма стекала по моим ногам и мочила внутреннюю поверхность бедер. Мне стало интересно, будет ли там еще и кровь.
 Холодная реальность распространилась по мне, когда туман срочности рассеялся. Я отстранилась раньше, чем хотела. Я могла бы остаться там на всю ночь, наслаждаясь ощущением, что меня хочет тот, кого я хочу в ответ, но это было слишком опасно. Для меня, конечно, тоже. Снова разочаровывать отца было страшно, но настоящая опасность грозила Николаю. Если бы кто-нибудь застал бы нас вместе, он бы никогда не выбрался отсюда. Мой отец убил бы его.
 Я поднялась на дрожащие ноги, игнорируя ощущение его семени, стекающего по моей ноге, и боль в киске. Засунула его влажный член обратно в джинсы и снова застегнула их. Прежде чем я отстранилась, Николай без слов поцеловал меня в макушку. Я принимала его грубость, насмешки и злые намерения. Его нежность была чем-то совершенно иным.
 Почти бегом я вернулась в свою комнату.
Глава 17
София
 После долгого горячего душа на следующее утро я спустилась на кухню. Может, я и дала волю своему внутреннему бунтарству прошлой ночью, но у меня все равно не хватало смелости разгуливать повсюду липкой и пахнущей спермой Николая.
 Одной этой мысли было достаточно, чтобы с моих щек не сходил румянец всё утро. Все бурлящие эмоции, нарастающие в моей груди, наконец достигли апогея, как чайник на плите, который слишком быстро закипел и непременно должен был взорваться.
 Разумеется, и я взорвалась прошлой ночью. Но сегодня я не могла найти в себе сил для сожаления. Напротив, я избавилась от чувства вины и стыда, что было для меня в новинку.
 Кармелла была по локоть в муке, и это зрелище меня успокоило. После маминой смерти она была единственной материнской фигурой в моей жизни.
— А, вот и ты. Подойди и помоги мне. Я не знаю, где все сегодня утром, а Анджело, как всегда, молчит.
 Мой телохранитель сидел за кухонным столом и читал спортивную страницу, вникая в последние новости итальянского футбола. Он смял бумагу и нахмурился, но продолжил есть. Никто не вставал между Анджело и его завтраком. Ну, может быть, Кьяра, но это было не то направление мыслей, которое я хотела развивать.
— Отец сегодня уехал в Атлантик-Сити, так что, вероятно, большая часть его свиты поехала с ним, – пробормотала я, наливая себе чашку кофе, такого же успокаивающе горького и темного, как моя душа этим утром.
 Работа на семью подразумевала постоянную занятость. Были те, кто отвечал за комплекс, такие как Джино, и те, кто был приставлен к определенным людям, такие как Анджело. У остальных были обязанности в разных местах. Отец владел складами в Джерси на побережье, где он проводил всевозможные сомнительные деловые операции. Затем была охрана – читай, рэкет, – сюда входили люди, совершающие еженедельные обходы. Добавьте сюда охоту на просроченных плательщиков и перемещение товаров, и люди Де Санктис превращались в маленьких занятых пчелок.
 Но только не я. Как недвусмысленно заметил вчера вечером отец, у меня была одна цель, и близился день, когда мне придется ее выполнить.
— Что ж, давайте наслаждаться тишиной, пока можем, – сказала Кармелла и суеверно перекрестилась. — Волнение здесь никогда не сулит ничего хорошего.
— Аминь, – пробормотал Анджело.
— Ты сегодня выглядишь по-другому, – заметила проницательная женщина, наблюдая за мной от плиты, где она замешивала тесто.
— Я хорошо выспалась, приняла душ… – увильнула я.
 Она прищурилась, глядя на меня. Кармелла заподозрила неладное, и отвлечь её внимание казалось лучшим решением. Мой взгляд упал на синяк на её щеке.
— Что случилось с твоим лицом? – Она отмахнулась от моего вопроса. — Опять Сильвио?
 Только Сильвио считал, что имеет право поднимать руку на персонал Каса Нера. Он воображал, что однажды станет капо и считал, что Анджело и Кармелла должны проявлять к нему такое же почтение, какое они проявляли ко мне и Ренато.
— Тебе следует рассказать моему отцу или, по крайней мере, Франко. Он должен знать, что представляет собой его сын.
— Думаешь, Франко станет отчитывать своего избалованного сына из-за старой служанки? Не говори глупостей. – Она перекрестилась. — Давай просто помолимся, чтобы Антонио долго оставался в добром здравии.
 Я не смогла сдержать тихое фырканье, вырвавшееся у меня в ответ на ее жест.
— Ты действительно думаешь, что Бог заботится о таких людях, как мой отец? Вряд ли он попадет на Небеса.
 Кармелла вскинула голову.
— Он защищает свою семью. В этом есть своя честь. Ты бы отправила солдат в Ад?
— Антонио и такие, как он, Сильвио, Фрэнк… они не солдаты. Их волнует только власть и как можно больше денег.
 Кармелла повернулась и пристально посмотрела на меня.
— А как же твой брат? Что насчет Ренато?
 Я открыла рот, чтобы заговорить, но не нашла слов.
— Это другое. У него нет выбора, – медленно произнесла я, пытаясь найти ему оправдание. Мысль о том, чтобы поставить в один ряд брата и отца, была неприятной. Еще один мужчина промелькнул в моем сознании. Николай тоже не похож на них. — Не все мафиози ужасны. У некоторых есть свой кодекс, а кто-то вообще никогда не выбирал эту жизнь. Она выбрала их.
— И, возможно, Антонио чувствует то же самое по отношению к себе. Не забывай, София, все люди, независимо от того, кто они, где они и как они живут, хотят одного. Жить. Люди будут примириться со многими вещами, чтобы выжить.
— Сильвио избил пленника до полусмерти не для своего выживания. Ты видела русского внизу? Предполагалось, что мы не будем наносить ему подобные увечья. Это не было частью сделки. Если бы это был честный бой, Сильвио бы плакал и умолял, как маленькая сучка, стоя на коленях, чтобы выжить, – мрачно пробормотала я и бросила в миску стручковую фасоль. Я почувствовала, что Кармелла наблюдает за мной.
— Что?
— Осторожней, tesoro15, твоя предвзятость дает о себе знать, – сказала Кармелла почти шепотом.
 Я уставилась на нее, мои щеки пылали. Я чувствовала себя так, словно меня поймали с поличным. Анджело отодвинул стул и скрип от этого движения заставил меня подпрыгнуть. Он вышел из кухни с газетой в руке, и между мной и Кармеллой воцарилась тишина.