Злобный король

 Я кивнула и отпустила его руку. Отец выглядел усталым, и, поскольку он только недавно перенес операцию, вероятно, скоро снова уснет.
— Мне нужно, чтобы ты какое-то время побыла дома. Никакого колледжа, никаких прогулок. Просто сиди дома. Нам нужно, чтобы все улеглось.
— Я присмотрю за Софией, Zio, – сказал Сильвио со своего места, где он прислонился к стене.
 По мне поползли мурашки отвращения и угрозы. Мой кузен действительно становился проблемой.
  
 Антонио моргнул своими водянистыми глазами.
— Va bene. Ренато нельзя беспокоить этим. У него в Италии есть проблемы посерьезнее. Никто ему не звонит, – предупредил он, взглядом заставив меня замолчать, когда я открыла рот, чтобы возразить.
— Франко будет отвечать за все здесь, а Сильвио - в комплексе. Это мое решение. – Он закашлялся и поморщился от боли.
 Дядя кивнул и шагнул ко мне.
— Как скажешь, брат. София, отправляйся домой. Сильвио отвезет тебя.
 Вот так просто меня прогнали. Я отвернулась и быстро шагнула в сторону, когда Сильвио потянулся ко мне.
 Мускул на его челюсти дрогнул, и он, не раздумывая, схватил меня за руку, его пальцы сильно впились в мою кожу.
— Не устраивай сцен, София. Ты слышала босса. Я отвечаю за твою задницу дома. Если хочешь, чтобы я был с ней нежен, не зли меня.
 Он вышел в коридор и потащил меня за собой. Анджело пристроился рядом, его глаза, напряженные и обеспокоенные, поймали мой взгляд.
 Сильвио усмехнулся и, прижав меня к себе, прошептал на ухо:
— Похоже, дни, когда ты пряталась за папочкой, подходят к концу. Скоро останемся только ты и я. Мой отец не помешает мне взять то, что я хочу. Ренато нельзя беспокоить, и нас разделяет гребаный океан. О, и я также не заключал никаких сделок с Кириллом Черновым о возвращении его брата живым. Эта неделя обещает быть удачной.
 Я оттолкнула его и зашагала по коридору, пока он следовал за мной по пятам.
— Доктор сказал, что отец уже поправляется, так что я бы не советовала строить планы, о которых ты можешь пожалеть.
 Сильвио ухмыльнулся.
— Да, но в больнице опасно. У твоего отца много врагов.
 Я остановилась и уставилась на него.
— Ты угрожаешь нам?
 Сильвио пожал плечами.
— Ни в коем случае, просто указываю на факт. Не волнуйся. Мой отец станет отличным боссом, когда возникнет необходимость.
 Я выдавила из себя беспечный смешок.
— Когда? Ты имеешь в виду, если. Кроме того, в этом случае Ренато вернется домой. Тебе никогда не стать наследником семьи Де Санктис, Сильвио, так что перестань фантазировать. Это неловко.
 Мы подошли к его красному блестящему спортивному автомобилю в форме пениса, незаконно припаркованному у обочины.
— Единственное, что вызовет неловкость, – это то, как ты будешь умолять меня быть помягче с тобой, когда твой мир рухнет. Скоро у меня будет достаточно власти, чтобы выдать тебя замуж за старого Винченцо Морони. Или, может быть, я возьму тебя первым. Заберу то, чем ты размахивала передо мной годами, а потом все равно отправлю тебя к нему.
 Он рассмеялся, и у меня по спине пробежал холодок. Если мне нужен был знак, что мой отец в реальной опасности, то Сильвио, небрежно угрожающий изнасилованием, был именно им. В моей семье только что стало намного напряженней.
— Значит, Франко планирует переворот? Ты к этому клонишь?
 Сильвио затолкал меня в машину, почти не слушая, а Анджело сел на заднее сиденье. Мы оба смотрели, как Сильвио обходит машину спереди.
— Не дави, София. Не давай ему понять, что ты что-то подозреваешь, – тихо сказал мой телохранитель.
 Я с усилием прикусила язык. Он был прав, но гнев притупил мой самоконтроль. Я собрала его по кусочкам, восстанавливая ту бесчувственную, отстраненную маску, на которую я полагалась, чтобы выжить в своей семье.
 Сильвио с ворчанием сел в салон, раскачав всю машину.
— Ты слышала Антонио. Теперь я главный в доме. Ты не будешь посещать занятия или покидать территорию, пока твой отец в больнице. Я не могу выделить больше людей. Мы окажемся в затруднительном положении, если придется разделить рабочую силу между нами и им.
— Я не могу все время пропускать занятия, – заметила я.
 Сильвио пожал плечами.
— Всем плевать. Ты ведь скоро выйдешь замуж? С таким же успехом можешь бросить учебу прямо сейчас.
Глава 20
Николай
 Я сразу почувствовал изменение в энергетике дома. Что-то происходило. Я так долго пролежал в тишине своей подвальной камеры, что теперь это была уже не просто тишина. Теперь я мог различить шаги наверху, закрывающиеся двери и приглушенные разговоры. Слов было не разобрать, но тон был ясен. В остальной части Каса Нера происходило что-то серьезное.
 С помощью Кармеллы я медленно приходил в себя. Пожилая экономка ухаживала за мной, сознательно бросая вызов Сильвио, что было редкой храбростью, на которую мало кто был способен. Ее молчаливый, непоколебимый отказ трусить, даже когда ее лицо было в синяках, а волосы вырваны, демонстрировал тот выносливый тип силы, который я встречал только у женщин в своей жизни.
 Под ее домашним халатом и фартуком скрывался несгибаемый стальной стержень.
 Наконец я достаточно окреп, чтобы двигаться.
 В настоящий момент была глубокая ночь и я находился за дверью Софии.
 Принудить Анджело к тому, чтобы он освободил меня и провел сюда, было несложно. Он имел слабое место, на которое можно было надавить, и я знал, как это сделать.
— Стой на страже. Стучи, если кто-то придет, – сказал я и забрал у него ключ, который он держал в руке. Судя по всему, их было всего три: один у Софии, один у ее отца и один у человека, которому Антонио доверил ее защиту.
 Анджело открыл дверь, выглядя встревоженным. Я хлопнул его по плечу.
— Я же сказал тебе больше не беспокоиться о ней. Теперь это моя работа. А ты беспокойся о себе и о том, как достать то, что мне нужно.
 Оттеснив его, я вошел в комнату Софии и закрыл за собой дверь, заперев ее на ключ на всякий случай.
 В комнате пахло ею, и я глубоко вдохнул сладковато-пряный аромат.
 Здесь было темно, лишь свет из ряда окон освещал громоздкую мебель. Посреди комнаты стояла огромная кровать с балдахином, задернутая шторами. Одна из них была распахнута, и внутри на белых простынях виднелась фигура.
 Я приблизился, оценив ее редкий расслабленный вид. Я мог смотреть на неё столько, сколько хотел. Она была такой чистой и красивой; это заставило меня осознать контраст между нами. Она заслуживала гораздо лучшего, чем я, но отныне это было невозможно. Мы слишком глубоко залезли друг другу под кожу. Пути назад не было.
 Я отошел и направился в ванную комнату. Мое отражение было похоже на картинку из фильма ужасов. Я был перепачкан застарелой кровью, грязью и сажей. Мне повезло, что Антонио отпускал меня в туалет дважды в день. Должно быть, высокому и могущественному дону Де Санктису не нравилась мысль о том, что взрослый мужчина может нагадить в углу одной из его комнат, даже, если это подвал.
 Я включил душ и сбросил грязную одежду. Душ был прочным и роскошным. Вода обрушилась на мое избитое тело, смывая старую, запекшуюся кровь в сток коричневым водоворотом. Это было больно и исцеляюще одновременно. Я мог бы стоять так часами, умываясь и наслаждаясь свободой от тесноты подвала. Но мое внимание постоянно привлекала женщина в соседней комнате.
 Я вылез и обернул полотенце вокруг бедер. Критическим взглядом окинул свои раны. Они были далеко не так серьезны, как думал Сильвио. Как и с любой работой, за которую он брался, даже когда это было избиение связанного человека, он справился отвратительно, к счастью для меня.
 Я не стал бриться, опасаясь, что Сильвио догадается, что за мной ухаживали лучше, чем позволено. Мужчина был тупым, но иногда даже он мог сложить два и два.
 Вместо этого я как можно лучше вытерся, не обращая внимания на синяки и небольшие порезы на запястьях, и вернулся в спальню.