Злобный король

 София тяжело дышала, двигая бедрами маленькими горячими кругами.
— Я хочу кончить. Заставь меня кончить, Николай.
— С удовольствием, – прорычал я и стал трахать ее пальцами сильнее, потираясь своим членом.
 Она кончила с пальцами в обеих своих дырочках, вцепившись в мои плечи, словно я был скалой в бушующем море. Ее киска сжималась вокруг моего пальца так сильно, что даже ее попка стала туже. Я планировал однажды трахнуть её там.
  
 Она застыла, когда кончила. Похоже, действие маленькой снотворной таблетки полностью прошло. Она покидала то полусонное состояние, в котором могла оправдываться. Прийти в себя и обнаружить, что мои пальцы все еще все еще находятся внутри нее, должно было стать грубым сигналом к пробуждению, даже если она сама его начала.
— Хороший оргазм способен сжечь химические вещества. Это неплохое достижение, согласись, – сказал я, осторожно вынимая из нее свои пальцы.
 Она отползла в сторону, закрывая глаза связанными руками.
— Не разговаривай. Это всего лишь сон.
— Ну, по крайней мере, ты не назвала это кошмаром. Буду считать это победой.
 Она выпустила долгий вздох, а затем поморщилась, ерзая на кровати.
— Что случилось?
— Ничего, – тут же ответила она.
— Скажи мне, или я сам проверю.
 Она вздохнула, и это пробрало меня до костей.
— Мне неудобно.
— Мокро?
 Она кивнула с таким видом, будто хотела, чтобы кровать проглотила ее, а затем зевнула. Возможно, действие снотворного еще не полностью прошло. Она все еще была более открыта для меня, чем обычно, и, казалось, что вот-вот снова заснет.
— Холодно, – пробормотала она, проводя рукой между ног.
 Я убрал ее пальцы и разгладил влажный материал.
— Да, у тебя там мокро. Какой беспорядок ты устроила, кончив на мои пальцы… давай-ка мы это уберем.
 Я провел языком по внутренней поверхности ее бедра. Она моргнула, глядя на меня сверху вниз, пока ее пальцы лениво играли с моими волосами. Она была бескостной и не сопротивлялась, когда я быстро спустил ее трусики.
— Давай сделаем тебя чистой и красивой, – пробормотал я, задевая носом ее мокрое белье. Затем я вылизал ее нежную плоть, стирая следы того, как сильно она кончила, а она снова погрузилась в сон.
Глава 10
София
 Ничто так ослабляет веревки на руках, как ласкание пальцами своей пленницы. Это была суровая правда, которую Николаю Чернову предстояло узнать.
 Я проснулась раньше него, когда за окнами забрезжил багровый рассвет, и поняла, что мои руки достаточно свободны, чтобы я могла скинуть путы. Его лицо в покое было таким красивым. Высокие скулы, твердая, покрытая щетиной челюсть, раскосые темные глаза, брови, такие выразительные днем, и длинные ресницы, мирно покоящиеся в кои-то веки.
 Я слишком долго лежала, глядя на него. Запечатлевая в памяти мужчину, который проник в мое сердце и мысли, когда мне было семнадцать, и я так и не смогла его оттуда вытащить. Часть меня пыталась смириться с тем, что когда я стану старше и опытнее, то выйду замуж за другого, и для моей маленькой больной одержимости Николаем Черновым больше не останется места. Но в глубине души я знала, что это неправда. Его яд проник в меня. Мне было суждено жить с его присутствием в моей голове до дня моей смерти, случись это на следующей неделе или через много лет.
 После прошлой ночи и эпической потери рассудительности и самоконтроля я знала, что должна убраться отсюда, пока не погрузилась во тьму с ним еще больше. Он был так же вреден для моего душевного здоровья, как и для физического.
 Было ли это смущение? Возможно. У меня определенно не было опыта с раскаленной добела похотью, которая захлестнула меня прошлой ночью, и никак не могла разобраться в чувствах, которые переполняли меня, когда Нико прикасался ко мне.
 Эти чувства не могли быть нормальными. Этот мужчина был как сладкий яд – он убивал тебя медленно, и ты умирала в экстазе, но все равно умирала.
 Хуже всего было то, что в моем животе поселилось черное чувство вины. Я запустила механизм для его поимки, и теперь, после прошлой ночи, это было тяжким грузом. В нем была какая-то непонятная мне честь, но где-то в его запутанных моральных устоях сидел кодекс, и он не переступал его. Я уважала это.
 Может, я была такой же сумасшедшей, как и он. Еще более долбанутой была та часть меня, которая сожалела о том, что я дала водителю номер отца. Если бы люди Де Санктиса ворвались сюда сейчас, они бы спасли меня от похитителя, но они также забрали бы Николая обратно в Каса Нера, чтобы он ответил за свои преступления.
 После прошлой ночи я не знала, что чувствовать.
 Я осторожно высвободила свою руку из его, мое сердце билось так громко, что я удивилась, как он не услышал. Прежде, чем я успела это понять, мои запястья освободились и я в шоке уставилась на свои руки. Чувство нереальности преследовало меня, пока я на цыпочках выбиралась из постели и бесшумно надевала свою влажную одежду. Я понятия не имела, сколько времени Николай не спал, но, должно быть, уже больше двух ночей подряд. Неудивительно, что он был в отключке.
 В конце концов, сбежать от него оказалось почти слишком легко. Я чувствовала себя странно, когда повернула дверную ручку и тихо вышла в коридор. Что-то дрогнуло в моей груди, когда я повернулась, чтобы посмотреть на темную фигуру в постели. Хрупкая близость прошлой ночи была похожа на пузырь, парящий надо мной, идеальный и недолговечный. Как только я закрыла дверь, пузырь лопнул.
 Щелчок прозвучал намного громче, чем мне бы хотелось.
 Я отпустила ручку и сразу же помчалась по коридору. Спустившись вниз, я направилась к стойке регистрации. За стойкой сидел тот же сонный сотрудник, который заселял нас. Он моргнул, когда я подбежала к нему.
— Мне нужно воспользоваться вашим телефоном, – быстро сказала я и обошла стойку.
 Он вскочил, оказавшись более бодрым, чем я предполагала. На его бейджике было написано «Ларри».
— Мисс, гостям нельзя сюда. Я вынужден попросить Вас выйти, – воскликнул он. Слишком громко.
 Меня охватила паника. Я шикнула на него и попыталась выглядеть умиротворяющей.
— Пожалуйста, мне нужна помощь. Меня держит в плену тот мужчина, с которым я приехала, и я должна выбраться отсюда.
 Ларри побледнел и потянулся к телефону.
— Если это правда, мне нужно позвонить в полицию.
— Нет! Никаких копов, – прошипела я, подходя к нему и пытаясь помешать набрать 911. Мой отец не любил, когда полицейские вмешивались в его дела.
 Администратор протянул руку, останавливая меня.
— Мисс! Я предупреждаю Вас, не подходите ближе. Я вооружен, и не побоюсь применить смертельную силу, если почувствую, что моей жизни угрожают, – он почти кричал.
 Вот дерьмо. 
— У меня нет оружия! Мне просто нужна помощь, – запротестовала я, поворачиваясь, чтобы посмотреть в сторону темного коридора, откуда я пришла. Этот парень создавал слишком много шума.
— Если бы тебе нужна была помощь, ты бы хотела, чтобы я вызвал полицию. Ты и твой дружок-гангстер, должно быть, пытаетесь провернуть какую-то аферу, – сказал Ларри и постучал себя толстым пальцем по виску. — Я смотрю Dateline10. Я знаю об этом все.
— Пожалуйста, поверьте мне, – попыталась я в последний раз и тут же замерла. Мои плечи подтянулись к ушам, когда мужчина полез под прилавок и достал пистолет. Гребаный пистолет. Серьезно? Должно быть, я была самой удачливой во всем мире.
— Подними руки так, чтобы я их видел. Я вызову полицию, а ты останешься здесь, пока они не приедут.
 Нетерпение подбивало меня к действию, и я задумалась, стоит ли бросаться на него и пытаться выхватить пистолет. Но в процессе меня могли подстрелить, а Николая я боялась не так сильно, как этого.
— Пожалуйста, выслушайте меня. Если человек, с которым я приехала, услышит Вас, если он придет сюда и найдет нас… он может убить Вас, – сдержанно попросила я, пытаясь спроецировать свое спокойствие на администратора.