Очарованная (ЛП)

Лейси снова опустила голову. Рекош опустился обратно на пол.
Телок встал, оперся рукой о дверной косяк и выглянул в коридор. Его подозрения должны были пробудить подозрения Кетана, но Айви издала сонный, смущенный звук и начала приподниматься с груди Кетана.
— С Эллой все в порядке? — спросила она.
— Тсс. Она в порядке, — Кетан опустил взгляд на свою пару, возобновляя успокаивающие движения рук вверх-вниз по ее спине. — Возвращайся ко сну, моя сердечная нить.
Со вздохом она расслабилась и опустилась на него, потершись щекой о его грудь. Он не мог не заметить, как ее теплое, мягкое тело прижалось к нему.
Дверь с тихим шорохом закрылась, и шкура Телока заскрежетала по стене, когда он опустился на пол. Кетан хотел посмотреть на своего друга, без слов задать вопрос и выяснить, что произошло между Телоком и Ансет, но на него навалилась такая усталость, какой он никогда не испытывал. Веки Кетана опустились. Каким-то образом он продолжал двигать руками, пока темнота полностью не поглотила его.
— Кетан.
Глубокий, знакомый голос вырвал Кетана из сна, окатив его настороженностью так же уверенно, как если бы ему на голову вылили горшок холодной воды. Хотя ему казалось, что он только что закрыл глаза, он знал, что время прошло, на инстинктивном уровне. Немного времени, но все же.
Айви все еще лежала на нем, вялая и теплая во сне, и он мог поклясться, что все еще чувствует, как трепещет ее тело после их совокупления накануне. Но Телок тоже был здесь, его ноги были согнуты так, что нижняя часть тела почти касалась пола.
— Они ушли, Кетан, — сказал Телок.
— Кто? — спросил Кетан, но он знал ответ еще до того, как это крошечное слово полностью сформировалось у него во рту.
Холодный, твердый комок внутри него увеличился, давя на грудь и затрудняя дыхание.
— Ансет и Элла. Я пошел проведать их, когда мне показалось, что их не было слишком долго. Но их нет снаружи.
Кетан уперся парой рук в пол и принял более вертикальное положение, продолжая крепко держаться за свою пару. Айви снова пошевелилась, напрягшись и прижавшись к нему. Он сжал кончики жвал и поборол нарастающую панику.
— Телок, солнце еще не взошло?
— Только что, — ответил Телок. — Но ночью разразилась буря, и она до сих пор не утихла.
Айви прикрыла зевок рукой и провела пальцами по волосам, убирая их с лица.
— Что происходит?
Слова ответа Кетана прозвучали так, как будто они были пропитаны болью и неуверенностью, даже для него самого. По-английски он сказал:
— Ансет забрала Эллу.
Айви уперлась локтем ему в грудь, перенеся на него свой вес, когда приподнялась. Ее глаза были широко раскрыты и полны недоверия.
— Что? Что это значит, Кетан? Забрала ее куда?
С ее лица исчезли все признаки сна. Кетан почувствовал, как ее сердце учащенно забилось через соприкосновение их тел; оно не могло сравниться с ритмом его и без того учащенно бьющихся сердец.
— Ансет унесла отсюда Эллу, — ответил он.
— Почему? Куда? Кетан, что…
Его, несомненно, затопил холод, его не испугал страх в голосе его пары, не смутило сбивчивое бормотание, когда проснулись остальные.
— Она несет Эллу в Такарал, Айви.
Паника сверкнула в ее глазах, угрожая затмить их ясную, небесно-голубую окраску. Тысячи невысказанных вопросов танцевали в ее взгляде, как оборванные нити наспех сплетенной паутины на ветру, и ни один из них не был достаточно сильным, чтобы превалировать над другими.
Это отражало эмоции Кетана; его захлестнули тысячи чувств, все противоречивые, тысячи мыслей, все вышли из-под контроля, ни одна из них не помогала. В этой спутанной паутине была обреченность и смерть. Предательство. Но все равно он знал, что его не предавали.
Слова, которые он однажды сказал своей сестре по выводку, эхом отдавались в его памяти.
Ты всегда видела вещи такими, какими они должны быть, Ансет, а не такими, какие они есть.
Кетан изначально возражал против пробуждения этих людей. Он знал, что его сестра встала бы на сторону Айви, хотя она не знала ни одного из этих существ.
 
Так быстро, но нежно, как только мог, Кетан снял Айви с себя, опуская ее на пол. Она встала на колени, наблюдая, как он изогнулся, подобрал ноги под себя и поднялся.
— Кетан?
— Она хочет помочь, — он потянулся в сторону, чтобы взять свое копье со стены. — Но она ошибается в том, как это сделать.
— Что происходит? — спросила Ахмья, садясь в своей криокамере.
— Что-то не так, — сказала Келли.
— Ни хрена себе, — пробормотал Коул.
— Это не помогает, чувак, — Диего уже свесил ноги с борта своей капсулы и протирал глаза, прогоняя сон.
Теперь Айви была на ногах, глядя на Кетан снизу вверх с еще большим беспокойством в глазах.
— Кетан… Что будет?
Наклонившись, Кетан взял ее за руки ладонями нижних рук. Айви вцепилась в нижнюю сторону его предплечий.
Свободной рукой он пригладил ее взъерошенные волосы. В тот момент она казалась такой маленькой, такой уязвимой, такой потерянной и одинокой. Все инстинкты Кетана протестовали против этого; даже видеть намеки на это на ее лице было невыносимо. И все же… В своем беспокойстве она была прекрасна, как всегда. Это сострадание и забота сделали ее дух таким лучезарным, что он сиял ярче любой звезды, любой луны, ярче самого солнца.
Он коснулся губами ее шеи сбоку и глубоко вдохнул ее аромат, не прилагая никаких усилий, чтобы унять голодное, благодарное урчание в груди. В то же время он погладил передней ногой ее икру. Ему нужно было ощутить на себе как можно больше ее аромата, пока дождь все не смыл.
Кетан ничего так не хотел, как остаться здесь с ней навсегда. Он хотел перестать заботиться обо всем и обо всех остальных. Он хотел освободиться от ответственности, от чувства вины.
Но каждый удар его сердец знаменовал еще один момент, приближающий катастрофу.
— Скажи им, что моя сестра по выводку отправилась за помощью для Эллы, — прохрипел он на языке вриксов.
— Почему ты не можешь сказать им сам? — она дрожащим голосом ответила на том же языке. По смирению в ее тоне он понял, что она уже осознала.
Он отстранился, чтобы встретиться с ней взглядом.
— Я сделаю все, что в моих силах, чтобы найти Ансет до того, как она доберется до Такарала.
— Позволь мне пойти вместо тебя, Кетан, — хрипло сказал Телок. В его глазах было что-то жесткое, решительность, с которой Кетан был хорошо знаком.
Один из людей — похоже, Уилл — спросил Айви, что происходит. Она повернула к нему голову и ответила по-английски, передав сообщение Кетана.
— Мы все с ней друзья, — Рекош развел руки в стороны ладонями вверх. — Любой из нас мог бы пойти вместо тебя.
Телок заскрежетал жвалами, тонкие волоски ощетинились.
— Ты нужен здесь, Кетан.
Все люди проснулись и выбрались из своих капсул, на их лицах явно читалось беспокойство. Некоторые из них разговаривали друг с другом; их голоса теперь ничего не значили для Кетана.
Кетан посмотрел на своих друзей одного за другим.
— В этом, должно быть, виноват я. Этот вопрос… Он задевает суть моей сестры по выводку. Только у меня есть надежда изменить ее путь. И она не могла далеко уйти за это время.
Уркот хмыкнул и постучал ногой по полу.
— И все же, если Ансет доберется до Такарала…
— Завтра тот день, когда я должен исполнить свое слово, данное Зурваши, — сказал Кетан, сдерживая вспышку ярости, которая вспыхнула в центре его страха. — Сегодня я все еще обладаю некоторой свободой. О королеве можно не беспокоиться.
— Если только она тебя не увидит, — хотя Айви не повышала голоса, ее слова заполнили все пустое пространство в комнате, сделав воздух невероятно густым и тяжелым.
Кетан вернул свое внимание к ней. Его сердце натянулось, дрожа под огромным давлением. Все должно было пойти не так. Они не так составляли свои планы, не к этому готовились.
Но был один урок, который Кетан должен был выучить снова и снова на протяжении всей своей жизни, — Клубок не интересовался ничьими планами.