В оковах тишины (СИ)

Альбинос неожиданно бросил в Романа маленький нож, и ему пришлось на секунду отвлечься, чтобы увернуться. Эта ошибка сыграла роковую роль: он пропустил одно из заклинаний, которое ударило его в грудь.
Его отбросило назад и прокатило по полу. Боль была такой силы, будто внутри внезапно заклокотала лава. Заклинание высушило его досуха. Он впервые почувствовал не только физическое истощение, но и магическое.
Роман пришёл в себя из-за нечеловеческого визга, накрывшего весь зал. Он хотел закрыть уши, но не мог пошевелить и пальцами. Лёжа на боку, он сфокусировал взгляд и увидел Уилсона, который метался по воздуху. Роман с ужасом понял, что этот странный магический визг издавал именно он. Уилсон потерял контроль и начал палить огнём.
«Ему тоже больно», — сквозь накрывающую сознание пустоту понял Роман.
Он стоял на крыше высотки безлюдного города и наблюдал за тем, как ураган разрушал здания, поднимал в воздух машины и сметал деревья. Над головой раскинулось багровое небо, освещаемое ослепительными молниями, с жутким треском пронзающие землю точно копья.
— Это сон. — Роман посмотрел по сторонам и ветер сорвал его с крыши, бросив в объятия стихии. — Это сон!
Он зажмурился и представил храм, но, открыв глаза, понял, что очутился в абсолютной темноте.
— Заувен! — закричал Роман, и его слова эхом отозвались вокруг. — Заувен, я здесь!
Он почувствовал прикосновения тьмы: она схватила его за руки и ноги, стянула его грудь своими путами, а затем укрыла с головой. Роман на мгновение повис в невесомости и провалился куда-то вниз — в беспросветную пропасть.
Романа разбудила мышка, которая тихо пищала и взбиралась по его голове верх. Он приоткрыл веки и понял, что ничего не видит. Роман чуть было не закричал из-за нарастающей паники, но спустя секунду понял: здесь просто не было света.
«Ночь закончилась, — выдохнул он. — Сейчас день. Просто наступил день».
Роман был совершенно голым. Его руки были скованы цепями, а сам он лежал на сыром и холодном полу. Мышь немного попищала у самого его уха и уползла куда-то прочь. Роман тяжело сел и прислонился к стене. Он осторожно потёр грудь. Боли больше не было, но чудовищное опустошение никуда не делось. Роман вдруг понял: он не чувствовал в себе Уилсона.
— Уилсон, — прохрипел он. — Где ты?
Ответом ему была мёртвая тишина. Роман вцепился в кандалы и попытался их снять, но металл вдруг нагрелся и обжёг кожу. Плечо тоже заныло от боли — никто даже не перевязал его. Он утомлённо лёг обратно на каменный пол и сразу уснул.
Роман провёл в своей камере по меньшей мере два полных дня — он понял это по способностям, которые возвращались в тёмное время суток: снова мог видеть без света и слышать звуки, доносившиеся издалека. За это время никто даже не принёс ему воды. У него сложилось впечатление, что про него просто-напросто забыли. Несколько раз он даже слышал чьи-то вопли.
«Может быть, будут пытать и меня», — равнодушно тогда заметил Роман.
В недолгие моменты бодрствования он многое успел обдумать. Надежда на благополучный исход постепенно растаяла и сменилась отчаянием. Роман корил себя за напрасный риск и наивность. Но, в результате, и отчаяние сошло на нет: теперь его наполнила необыкновенная холодность.
В итоге к нему пришли только на третью ночь. Он уловил разговор визитёров ещё до того, как они оказались рядом:
— Почему мне не доложили?
— Ваше Величество, вы почти не спали и слишком устали. Если по таким мелочам…
— Я просил докладывать мне обо всём. Обо всём, Дердан.
— Простите, Ваше Величество.
— Где он?
Роман услышал, как визитёры прошлись по коридору и остановились прямо перед ним. Через несколько секунд массивная дверь отворилась. В глаза ударил свет факелов, и Роман прищурился. Внутрь вошло только трое: та самая чародейка Эва, мужчина в доспехах и, собственно, король.
— Что это? — спросил король, прикрыв нос.
— Все в одинаковых условиях, Ваше Величество, — ответил Дердан. — Для колдуна-шпиона другого места не нашлось.
 
— Он опасен?
— Нет, Ваше Величество, — ответила Эва. — Кандалы не дадут ему накопить и кроху магии.
Роман сел поудобнее, провёл языком по обсохшим и треснувшим губам и, вымученно откашлявшись, произнёс:
— Вот она… королевская благодарность. — Он привлёк внимание, а затем продолжил: — Справедливо, правда, король?
— Молчи, ублюдок. Ты жив только потому… — произнесла Эва, но Роман перебил её:
— Закрой рот, тупая бесполезная сука.
— Да ты…
— Молчать! — прогремели слова короля. — Оставьте нас!
— Но Ваше Величество…
— Разве я должен повторять дважды?
Эва гордо подняла подбородок и вышла из камеры. Вслед за ней ушёл и молчавший Дердан. Дверь захлопнулась, и король спросил:
— Как тебя зовут?
— А тебя?
— Больно ты дерзок для того, кого я могу казнить в любой момент.
— Если я покорно склоню голову и начну лебезить, то это что-то изменит? — спросил Роман. — Я рискнул своей жизнью, защищая тебя и твою семью, а что получил взамен?
Король подошёл ближе и Роман, ухватившись за цепи, поднялся на ноги. Он встретил тяжёлый взгляд короля и не отвёл глаз.
— Кому ты служишь?
— Я никому не служу. Я сам по себе.
— Откуда ты родом?
— Из Старого Азкла.
— Ложь, — твёрдо произнёс король.
— Это правда. Мой дед доживал там свои последние дни.
— Не стоит мне лгать.
«Он что, читает мысли?» — нахмурился Роман, а потом произнёс:
— Какая разница, откуда я? В этом мире нет места, которое я мог бы назвать своей родиной.
— Ты связан с лисонцами?
— Нет.
— За кого ты воюешь?
— Ни за кого.
— Что ты делал во дворце?
— Хотел поглазеть на дворян и дворец изнутри.
Этот ответ выглядел как минимум странно, но на лице короля промелькнуло лишь едва заметное удивление. Похоже, он знал, что Роман ответил честно.
«Он точно как-то различает правду, — убедился Роман. — Надо быть осторожнее».
— Это ведь не единственная причина? — догадался король. — Расскажи мне всё.
— Даже если я поделюсь всем, что знаю, какие гарантии, что ты меня освободишь?
— Никаких, — ответил король. — Однако ты можешь попробовать. Разве у тебя есть выбор?
— Выбор, — усмехнулся Роман.
— Я жду.
— Мне неинтересна ваша грызня, — произнёс Роман. — Моя… Мой друг мог появиться во дворце. Я хотел убедиться, что с ним всё в порядке.
— Ты знал о нападении?
— Нет. Я подслушал разговор мужиков у кабака. Они должны были устроить драку, чтобы привлечь внимание стражи. Вот я и решил, что надо проверить всё лично.
Король задумчиво уставился на стену и коснулся пальцем своих губ. Помолчав немного, он спросил:
— Зачем ты вступил в бой?
— А что оставалось делать? Я задержался наверху и оказался в барьере. Пришлось прыгать вниз. Ну а дальше лисонцы решили напасть сами.
— Случайность, значит? — спросил король. — Может быть, это судьба? Не стану врать, твоя помощь была очень кстати. Однако вызванный тобой элементаль успел наворотить дел.
— Где он? — оживился Роман.
— Придворные маги так и не смогли поймать его.
— Он покинул Блоувер?
— Скорее всего, — сказал король. — Иначе бы город уже весь полыхал. Где ты обучался магии?
— У наставника из Товуостена, — нехотя произнёс Роман.
Король удивлённо поднял брови и недоверчиво посмотрел на него.
— Тебя обучал эльзеар?
— Да.
— Ты тиховник?
— Да.
— Назови своё имя.
— Роман.
Король многозначительно наклонил голову, ожидая услышать продолжение, но он лишь добавил:
— Я простолюдин.
— Маг, воин, тиховник, — с улыбкой протянул король. — Одиночка без родины, случайно очутившийся во дворце. Да ещё и простолюдин. Скажи, ты действительно не знаешь, как меня зовут?
— Не интересовался.