Необузданные Желания (ЛП)

  
Предупреждение
 
Эта книга может содержать подробный сексуальный контент и ненормативную лексику, и может показаться оскорбительной некоему кругу читателей. Эта книга предназначается ТОЛЬКО для взрослых. Пожалуйста, храните свои файлы в надежных местах, где к ним не смогут получить доступ несовершеннолетние читатели.
  
Команда
 
Переводчик: Лена
Редакторы: Персефона & Samesta
Вычитка: Samesta & Ведьмочка
Посвящается Джею. Это никогда не был ты.
Мы не сумасшедшие. Мы люди, мы хотим любить, и кто-то должен простить нас за пути, которые мы выбираем во имя любви, потому что путей много, и они темны, а мы пылки и жестоки в нашем путешествии.
— Леонард Коэн
  
Плейлист
 
“Good Time Girl” Sofi Tukker
“Flames” R3hab & Zayn
“Up” Cardi B
“Take It” Dom Dolla
“Wildside” Claptone
“Hey Lion” Sofi Tukker
“Let Me Touch Your Fire” Arizona
“Medicine” James Arthur
“Cuz I Love You” Lizzo
  
1
 
СЛОАН
 
Открываю глаза и вижу мужчину, склонившегося надо мной.
На нем костюм от Armani черного цвета. У него черные как смоль волосы, твердая челюсть и самые красивые голубые глаза, которые я когда-либо видела. Его глаза в окружении длинных, густых, чуть изогнутых ресниц, таких же густых и темных, как и его волосы.
Восхищаюсь этим красивым незнакомцем примерно две секунды, пока не вспоминаю, что он – мой похититель.
Мне стоило бы догадаться раньше. Чем сексуальнее мужчина, тем быстрее надо убегать от него куда подальше. Красивый мужчина – это бездонная яма, в которой может исчезнуть ваша самооценка, которую вы рискуете больше никогда не увидеть.
У моего похитителя обнаруживается глубокий голос с мелодичными нотками ирландского акцента, когда он произносит:
— Проснулась.
— Похоже, ты разочарован.
Он изгибает полные губы в едва заметной улыбке. Я его забавляю. Но улыбка исчезает так же быстро, как и появилась, и он отстраняется, усаживаясь напротив меня. Мускулистая гора.
Похититель взирает на меня так, будто мог бы заморозить расплавленную лаву.
— Сядь. Давай поговорим.
Я лежу на кожаном диване кремового цвета в узкой комнате с закругленным потолком, мои голые ноги и ступни холодит сухой прохладный воздух. Не помню, как здесь оказалась, и без понятия, где это «здесь» находится. Помню только, что собиралась навестить лучшую подругу Натали в Нью-Йорке, и как только вышла из машины на стоянке у ее дома, наперерез мне вылетело с полдюжины черных внедорожников с тонированными стеклами. Из одного из них выскочил голубоглазый дьявол и схватил меня.
Была еще стрельба. Это я точно помню. Жженый запах пороха в воздухе, оглушительный грохот выстрелов...
Я резко сажусь. Комната начинает вращаться. Резко болит правое плечо, как будто меня туда ударили. Борясь с приступом тошноты, я делаю несколько глубоких вдохов, прижимая одну руку к взбунтовавшемуся животу, а другую - к липкому лбу.
Меня тошнит.
— Это, должно быть, кетамин, — говорит похититель, наблюдая за мной.
В памяти всплывает его имя: Деклан. Он представился сразу же после того, как затолкал меня в джип. Сказал только имя и то, что везет меня на встречу со своим боссом... в Бостон.
Теперь вспомнила. Я в самолете, направляюсь на встречу с главой ирландской мафии, чтобы ответить на несколько вопросов о том, как я могла развязать войну между его семьей и русскими. И всеми остальными.
Вот такие у меня были веселые нью-йоркские каникулы.
Я несколько раз сглатываю, пытаясь успокоить взбунтовавшиеся кишочки.
— Ты накачал меня наркотиками?
— Пришлось. Ты удивительно сильная для той, кто одевается как Зубная Фея.
Это сравнение меня раздражает.
— То, что я - девчонка, еще не значит, что я - маленькая девочка.
 
Деклан окидывает взглядом мой наряд. На мне розовая мини-юбка из многослойного тюля, белая футболка с короткой белой джинсовой курткой поверх. Куртку я украсила бабочками со стразами, потому что бабочки - это красивые, офигенные символы надежды, перемен и преображения, а это как раз та позитивная энергия, которую я поддерживаю. Даже если она абсолютно девчачья.
Деклан сухо констатирует:
— Очевидно. Твой хук справа впечатляет.
— Что ты имеешь в виду?
— Имею в виду месиво вместо носа у Кирана.
— Знать не знаю никакого Кирана. Или его нос.
— Ты не помнишь? Ты сломала его.
— Сломала? Нет. Я бы запомнила, как сломала чей-то нос.
Когда Деклан молчит, только сидит и смотрит на меня, у меня замирает сердце.
— Наркотики?
— Ага.
Я смотрю вниз на свою правую руку и поражаюсь, рассмотрев синяки на костяшках пальцев. Я действительно сломала кому-то нос. Как я могла этого не запомнить?
У меня начинается паника. Голос срывается:
— О боже. У меня проблемы с мозгами?
Деклан удивленно выгибает одну темную бровь.
— Имеешь в виду, больше, чем раньше?
— Это не смешно.
— Откуда тебе знать? Ты одета будто сегодня Хэллоуин, только в детской версии. Я бы сказал, что у тебя такое же хреновое чувство юмора, как и гардероб.
Борюсь с неожиданно возникшим желанием рассмеяться.
— Почему я босиком? Где мои туфли? — Деклан молчит долго и выверено. — Это моя единственная пара от Louis Vuitton. Ты хоть представляешь, какую хренову тучу денег они стоят? Мне пришлось копить на них несколько месяцев.
Деклан наклоняет голову немного вбок и изучает меня пронзительными голубыми глазами дольше, чем считается уместным.
— Ты не боишься.
— Ты уже сказал мне, что не собираешься делать мне больно.
Он на мгновение задумывается над этим, задумчиво сдвинув брови.
— Я так сказал?
— Да. В гараже.
— Я мог бы передумать.
— Ты этого не сделаешь.
— Почему нет?
Пожимаю плечами.
— Потому что я очаровашка. Меня все любят.
Деклан наклоняет голову чуть набок, хмурится, но затем приподнимает верхнюю губу в насмешливой полуулыбке.
— Это правда. Я - симпатяга.
— Только вот ты мне не нравишься.
От его заявления я разозлилась, хотя стараюсь этого не показывать.
— Как и ты мне.
— А я и не утверждаю, что я здесь самый очаровательный и привлекательный.
— И хорошо, потому что это ни разу не правда.
Мы пристально смотрим друг на друга. Затем после молчания Деклан говорит:
— Мне говорили, что у меня очаровательный акцент.
Я лишь усмехаюсь.
— Это совсем не так. — Когда Деклан смотрит с сомнением, я смягчаюсь. — Даже если бы это было правдой, то ужасная часть того, кем ты являешься, полностью сводит на нет все очарование твоего акцента. О чем ты хотел поговорить? Подожди, сначала мне нужно отлить. Где здесь уборная? — Когда я встаю, Деклан наклоняется вперед, хватает меня за запястье и возвращает в сидячее положение. Не отпуская запястья, он рычит:
— Ты пойдешь в уборную, когда я разрешу, а так заткнись и выслушай меня.
Теперь моя очередь удивленно выгибать бровь.
— Я лучше слушаю, когда со мной не обращаются грубо.
Мы снова пялимся друг на друга. Причем, понимаю, что ослепну раньше, чем успею моргнуть. Это противостояние, молчаливое «толкай-тяни», когда ни один из нас не уступает канат ни на сантиметр, пока, наконец, мускул на челюсти Деклана не напрягается. Затем Деклан медленно выпускает воздух из легких и неохотно отпускает меня.
Ха. Привыкай проигрывать, гангстер. Я улыбаюсь ему и вежливо говорю:
— Спасибо.
У него при этом точно такой же вид, как у моего старшего брата, когда мы были детьми, и тот собирался отчитать меня за то, что я его раздражаю. Естественно, взглянув на него, я расплываюсь в широкой улыбке.