Измена. Как я не заметила раньше? (СИ)

— В жизни надо опираться только на самого себя, — печально подметила Катька.
— Но не всегда же получается. Вдруг заболеешь, или ещё чего.
— Нельзя так говорить, — поплевав и, постучав по столу, предупредила Катька.
— Но это же тебя от старости не спасёт, — засмеялась Лена.
— От старости, может, и да. А болезни и неудачи притягиваются. Мысли материальны.
— Мне кажется, это совсем другой механизм, — снова засмеялась Лена. — Если о чём-то мечтать, начинаешь планировать. Планируешь — исполняешь. Так и добиваешься успеха. А с негативом всё работает так же, только в обратную сторону.
— Умная, да? — усмехнулась Катька.
— Ну, во всяком случае, уже не тупая. — сыронизировала Лена, вспоминая излюбленные оскорбления мужа.
— Ну, так что, разводиться будешь? — поинтересовалась Катя.
— Сейчас ещё не готова. Пока просто поживу у родителей, передохну. Как станет лучше, так документами займусь.
— А тянуть чего? Или, всё ещё раздумываешь?
— Костя сказал, что раздумываю, — усмехнулась Лена. — Даже в доказательство привёл мне то, что я дважды приходила за вещами, и дважды уходила без них. А у меня просто так совпадало.
— Ну, знаешь. Я об этом однажды с Ольгой разговаривала, — поделилась Катя. — Я так несколько раз забывала то ключи, то телефон, то ещё чего. А оказалось, просто не хотела идти на работу. И вот, вроде, умный человек, с мозгами всё в порядке, понимаешь, что работа — дело важное. А вот есть всё же что-то в нашем мозге, что управляет нами. Явно делаешь одно, а подсознание другое.
— Я, может, не со всем в Ольгой согласна. Но здесь точно на себе прочувствовала. Я ж так хотела снова избить Костю. Но понимала, что нельзя. И так не хотелось его терять… Что начала тогда целовать его.
— Ну а что, ещё к Ольге пойдёшь?
— Не знаю. Она мне, конечно, помогла в чём-то. Знаешь, я и на себя немного другими глазами смотреть начала. Да и на окружающих. Но мне кажется, мне нужно идти другой дорогой.
— А с работой что? Ты говорила, хочешь уволиться?
— Хочу, но пока не знаю куда.
— Так, а что, выбора что ли мало? Или родители на первое время не помогут?
— Ну нет, Кать, я так не готова. Не хочу на шее родители сидеть, и так у них живу. Да к тому же и стаж… И мысли приглушить помогает. И всё равно хоть какие-то деньги.
— А давай я в Егоркиной школе спрошу? — загорелась Катька, — Может, учителя нужны?
— Учитель географии? — усмехнулась Ленка. — Без опыта работы?
— А как ты опыта наберёшься, если не работала⁈
— Наверно, как-нибудь, только не в их школе, и не в другой, и не в третьей, — засмеялась абсурду Лена.
— Ну ты подожди, может и возьмут. Не знаешь же. Спросить-то всегда можно, а дальше уже решать. У меня мать всегда говорит: «Всегда проси скидку. Дадут — хорошо, нет — всё равно ничего не теряешь».
— Мудро, надо запомнить, — снова усмехнулась Лена.
— Если так и будешь сидеть в своём болотце, — вкрадчиво предупредила подруга: — так в нём и утонешь. Вырываться надо раз — и с корнями.
— Тяжело же так.
— Ну, поэтому, я и предлагаю тебе помощь.
— А сама говорила, что только на себя полагаться нужно, — напомнила ей Лена.
— Так и есть, — словно одно не противоречило другому, возмутилась Катя, — Надо быть всегда готовой, что никто не поможет, и предстоит справляться самой. Но если есть рука помощи, так чего бы её не ухватить? Легче же будет. Но всё же, — вернулась Катя к первоначальной мысли, — Важнее всего — уметь справляться самой. И ты умеешь. Просто не хочешь или боишься. Что-то тебя держит.
— Как минимум — отсутствие своего жилья и альтернативы, — улыбнулась Лена.
— Так альтернативу искать надо, чтоб она была! Подожди, я спрошу всё-таки.
— Спасибо, — снова улыбнувшись, поблагодарила Лена.
[1] Отсылка к одному из «Советов великих магов» в другом моём романе, «Чёрно-белый фамильяр» Александры Сутямовой.
  
Глава 21
 
Могло бы быть иначе?
 
— … Так, Константин, — донеслось из динамика ноутбука. На экране был лысоватый мужчина: — я всё же попросил бы Вас сменить шрифт. И сделать линии чуть толще.
 
— Все линии, или на каких-то определённых фигурах?
— Думаю, круги нужно сделать чуть толще.
— Ещё?
— Мы с Вами говорили об этом в прошлый раз, кажется, да, — вспоминал заказчик.
— Да, и я сделал линии чуть толще, на 0,3, как и договаривались.
— Сделайте на 0,5, пожалуйста.
— Хорошо, но я напомню, что у нас было условие: две бесплатные правки. Это уже третья, — аккуратно начал Костя. Он знал, что не все воспринимают подобную информацию адекватно. Даже если изначально на это согласились.
К сожалению, это был как раз тот случай:
— Я понимаю, Константин, но это же всего на 0,2 больше. Минутное дело.
— Что-то ещё?
— Да, если можно, нужно поменять цвет.
— Увеличение на 0,2 и замена цвета — это третья правка. — настоял Константин. — Если Вы хотите, чтобы я исправил, то я попрошу вначале внести оплату.
— Вы что, не можете заменить цвет и увеличить всего лишь на 0,2?
— Могу, я и предлагаю это сделать. Однако, эти правки требуют моего времени. Во-первых, изменение самой модели, подборка цвета, смена шрифта, потом ещё рендер…
— Знаете, не надо! — недовольно отказался от собственной просьбы заказчик. — Я недоволен выполненной работой. Верните мне деньги.
— Сергей Иванович, эти условия прописаны в договоре, который Вы, надеюсь, прочли, и что точно — подписали. С Вами лично я согласовывал каждый этап своей работы, начиная от скетчей. Поэтому, Вы…
— Я сказал, верните мне деньги!
— Сергей Иванович, я вновь Вам объясняю…
— Мне не надо ничего объяснять!
— В таком случае, Вы можете обратиться в техподдержку сайта, полагаю, они рассмотрят Ваш запрос, и примут решение. Во всяком случае, пока Ваши деньги находятся на балансе агрегатора, я их ещё не получил.
— И это отлично! Отвратительная работа!
— Но также, — успел всё же Костя, — пока Вы ещё не отключились, я напомню Вам, что если Вы расторгаете договор, то уже не можете пользоваться полученными от меня материалами, даже черновиками.
— Я купил их!
— Если Вы возвращаете деньги, то расторгаете тем самым договор, а значит, авторские права принадлежат мне.
— Всё, я больше не хочу с Вами говорить! Вы морочите мне голову! Я обращусь в техподдержку! — сбросил звонок Сергей Иванович.
Костя откинулся на стуле, закрыв глаза и запрокинув голову.
Раньше, в такие минуты, если Лена была дома, она обязательно подходила к нему и обнимала. Напоминая, что в данной ситуации прав именно он.
Иногда так важно просто услышать, что ты прав. И что, действительно, тебя «обидели» несправедливо. Хотя, наверно слово «обидеть» здесь нужно употребить в прямом смысле. Чем же эта обида отличается от той, что мы испытывали в детстве?
Всё то же обжигающее чувство несправедливости.
На самом деле? Лена была хорошим человеком. Была и остаётся.
Всегда добра и приветлива. Помогала, поддерживала, если это было необходимо. Да, иногда случались неприятности, когда приходилось сначала упрашивать её проявить поддержку, а она дулась на какую-нибудь мелочь. И всё же, стоило до неё достучаться, и она проявляла самые тёплые чувства.
Лена искренняя. Наверно потому, что она была и остается ребёнком, а дети всегда и искренни в своих эмоциях.
Она умела заботиться как никто другой. Хотя нет, обманывают. Она заботилась точно также, как моя мама. Пусть моя мать и была строгой.
Лена же, мне кажется, в своей «строгости», скорее проявляла, характерную ей, детскую натуру. Возможно, я принял одно за другое, и в этом ошибся.
И несмотря ни на что, как же сейчас не хватает её помощи!
Она умела меня успокаивать.
И почему я о ней говорю в прошедшем времени? Со мной или без меня, но она продолжает жить. Может, потому, что нынешняя Лена — уже не та, что я знал ещё месяц назад?